Рыцарь
Шрифт:
Проигнорировав то, что я там увидела, я покачала головой и заставила себя понизить голос.
— Я была там, — сказала я. — Я не забуду, что он ранен, поверь мне. Это напугало меня до усрачки. Чёрт, да я сама вытаскивала из него осколок…
— Но и ты же — причина, по которой этот осколок там оказался, — рявкнул Балидор.
— Я не наврежу ему! — раздражённо сказала я. — Не наврежу, понятно?
— Ты уже навредила ему, Элисон. Как думаешь, почему он в таком состоянии?
Я закусила губу, опять
По одному лишь резкому тону я понимала, что он имел в виду не только операцию в банке. Он, как мой брат и несколько дюжин других, всё ещё злился на меня из-за сделки, которую я заключила с Лао Ху. Я знала, что большинство из них, включая Балидора, считало, что я сделала это, чтобы ранить Ревика — намеренно причинить ему боль, потому что он сделал больно мне.
Это не так. Во всяком случае, я не руководствовалась этим сознательно.
Однако, похоже, неважно, что я говорила об этом.
Выдохнув, я убрала волосы с глаз. Я опять осознала, насколько я вымоталась — и насколько должен вымотаться Ревик, особенно если он действительно отказывается от света.
Когда я в следующий раз подняла взгляд, Балидор и Врег смотрели на меня.
Их выражения были совершенно разными.
Глаза Врега выражали симпатию, если вообще можно было сказать, что там преобладает какая-то эмоция — наряду с затяжной злостью, которую он адресовал Балидору, периодически гневно поглядывая на него.
Балидор смотрел на меня и Ревика с какой-то обречённостью.
Увидев выражение его лица, я кивнула, но скорее про себя.
— Сними ошейник, — сказала я.
Испустив последний раздражённый вздох, Балидор пожал плечами.
Подойдя ко мне, он не стал стаскивать Ревика с моих колен или даже садиться.
Убрав волосы Ревика с нужного участка шеи, он умело щёлкнул пальцем по переключателю на задней части ошейника. Когда застёжка открылась, он нагнулся над сканером сетчатки, держа лицо неподвижно, пока красный свет прошёлся по обоим его глазам.
Это был один из новых ошейников, так что я не услышала щелчка, но почувствовала, когда механизм отсоединился.
Ничего не сказав, Балидор бросил на покрывало связку цилиндрических ключей. Я наблюдала, как он развернулся на пятках, пошёл к выходу и покинул комнату, резко захлопнув за собой дверь. Он даже не посмотрел на меня напоследок.
Когда я взглянула на Врега, тот лишь пожал плечами, раздражённо показывая на дверь.
— Игнорируй его, принцесса, — он фыркнул, затем поколебался. — …просто будь осторожна, na? Адипан тот ещё засранец, но он ничуть не преувеличивает, — он показал у своей головы жест, который у видящих означал безумие. — Нензи сейчас не в себе. Он говорил много странных вещей.
Я кивнула, посмотрев на Ревика.
— Мы будем снаружи, — добавил Врег, повернувшись к двери, чтобы уйти. — Кричи, если мы тебе понадобимся. Пошли вспышку, если не сможешь заорать.
Я почувствовала, как стискиваю зубы от его слов.
Открытая конструкция. Ну конечно.
— Уединение — это роскошь, которую ты сейчас не можешь себе позволить, принцесса, — сказал Врег, уже держа
Почувствовав, как к моему лицу приливает тепло, я опять кивнула, сохраняя нейтральный тон.
— Спасибо, Врег.
Гигантский видящий поколебался, глядя на меня с лёгким беспокойством в глазах.
Затем, в очередной раз пожав массивными плечами, он открыл дверь и тут же начал закрывать её за собой ещё до того, как полностью вышел за порог.
Глава 13
Иррациональность
У меня не было много времени, чтобы раздумывать над реакциями Врега.
Я вновь ощутила вокруг себя Ревика.
Как это всегда бывало после снятия ошейника, его свет медленно подкрался обратно, скользнул вокруг его тела так, словно кто-то с болезненной медлительностью добавлял яркости. Я почувствовала, как он реагирует на мою близость к нему, но мои пальцы уже очутились на его шее сзади, доставая концы ошейника из отверстий, которые они проделали в его коже и плоти.
Я ненавидела эти следы.
По собственному опыту я знала, что требовались месяцы, чтобы они зажили полностью. Если видящий некоторое время носил ошейник (скажем, регулярно на протяжении нескольких лет), эти следы оставались практически на всю жизнь. Это не совсем шрамы — что-то в ошейниках не давало образоваться настоящей рубцовой ткани, поскольку она могла помешать повторному надеванию ошейника — но следы определённо оставались. У меня они всё ещё не зажили полностью после тех месяцев, что я провела с Лао Ху.
Практически каждый видящий из тех, кого я знала, имел такие следы на шее сзади. Я могла припомнить всего несколько исключений — Вэш, Балидор, Тарси, та видящая в горах, Ханна, а также несколько молодых видящих, которых я встретила в Лао Ху.
Подобрав ключи, которые Балидор оставил на тёмно-синем покрывале, я повертела их в руках и поискала пометки, указывающие, к каким замкам они подходили. Я перевернула запястье Ревика, ища округлую замочную скважину для данного ключа. Вставив цилиндрический ключ с соответствующим символом в проем, я повернула его, ожидая щелчка.
Когда замок открылся, Ревик заёрзал на моих коленях и поднял на меня взгляд. Его голос прозвучал ворчливо.
— Элли… не нужно.
Я легонько дёрнула его за волосы.
— Ты действительно хочешь спать в них?
Он закрыл глаза под моими пальцами. Когда он поднял веки, я увидела там колебание.
— Скажи мне, — настаивала я. — Я могу надеть их обратно, Ревик.
После очередной паузы он покачал головой.
— Нет.
В его голосе звучала такая же обречённость, как у Балидора. Он расслабился на моих коленях, пока я снимала второй наручник. Когда я ласково убрала его волосы с лица, другой ладонью массируя его плечо, он закрыл глаза.