Рыцарь

Андрижески Дж. С.

Если мы застрянем в нижних хранилищах, нам конец.

Конечно, у Ревика имелся запасной план на этот случай — он же мистер Запасной План, серьёзно — но, как и с лифтами, наши варианты мне не нравились. Основной план сводился к тому, что Ревик пробьёт дыру в стенах как можно ближе к месту, где они встречались с канализацией, используя газопровод. Скорее всего, это подразумевало перегрузку энергосистемы и массовое отключение электричества — это при условии, что он не воспламенит магистрали близлежащих зданий и не сравняет с землёй пять кварталов.

Ревик такой Ревик — он просчитал все возможности, включая приблизительные

потери.

Он насчитал пятьдесят погибших по самым скромным подсчётам, если мы прибегнем к такому.

Я всё ещё училась планировать такие вещи с тем, что Ревик называл «принять новое определение термина «сопутствующие потери»».

Если же судить оптимистично, то мы выйдем через парадную дверь безо всяких потерь.

Ревик разобрался с замком за те несколько секунд, что я думала об этом.

Затем я уже пятилась в его сторону, держа оба пистолета примерно на уровне плеч и сканируя глазами и светом лобби и тротуар за односторонними панелями. Странно было ощущать там нормальных пешеходов, пусть даже и немногочисленных. Через четыре квартала к западу отсюда находилась Пятая Авеню, полная ярких огней, сигналящих такси и пешеходов, которые направлялись в клубы и бары практически до рассвета.

Я ощутила тычок Ревика и прибавила шагу, всё ещё двигаясь задом наперёд, когда вошла через органические двери в лобби отделения банка. Он уже уговорил органические машины отключить второй комплект напольных сенсоров, но несколько неорганических охранных механизмов продолжали отслеживать наши передвижения по главному лобби банка.

Приладив глушитель на дуло своего «пустынного орла», он тут же выстрелил в одну настенную камеру, затем в другую. Поскольку телекинез оставлял вспышку в Барьере, хоть я и прикрывала нас щитами, он решил воздержаться от него здесь до самой последней минуты.

Конечно, всё равно существовала вероятность, что к тому времени кто-то уже увидел нас через камеры. Или через виртуальные каналы, подключённые к их гарнитурам, которые функционировали отдельно от той органики, что Ревик теперь контролировал своим aleimi.

Во время наших планировочных сессий Ревик обговорил эту и несколько других возможностей. Поскольку большинство финансовых институтов теперь нанимали видящих для консультации по вопросам безопасности, в их системы часто встраивались запасные варианты.

Я также вынуждена была напоминать себе то, что Ревик вбивал в меня в начале каждой операции.

Всё не пройдёт гладко.

Я это знала. Я даже испытала это на своей шкуре, особенно во время операции в Секретариате. Что-нибудь непременно пойдёт не так, как бы тщательно мы ни планировали. Мы могли лишь надеяться, что сумеем адаптироваться под это.

Однако всё это по-прежнему мне в новинку, так что сложно было не паниковать, когда ситуация внезапно и сильно отклонялась от курса.

Поэтому мне понадобилась вся моя сила воли, чтобы не заистерить, когда я увидела, как Ревик внезапно кинулся на ближайшую стойку с кассами банка. Я ощутила вспышку его тревоги, а затем он подпрыгнул на метр с лишним из стоячего положения, двигаясь так быстро, что я с трудом удержала щит вокруг него.

Прежде чем он успел повернуться ко мне, я уже забиралась на ближайшую стойку возле себя.

К сожалению, её столешница оказалась намного более узкой и заставленной пластиковыми

ящичками с разноцветными бланками и буклетами. Я постаралась удержать равновесие, расставив ноги. Я находилась очень далеко от всего остального, на «островке» между шестами с канатами, указывающими, как люди должны были образовывать очереди перед каждой кассой.

— Что? — шёпотом спросила я. — Что случилось?

Он показал мне молчать, затем указал на пол.

Я попыталась проследить за его жестом глазами, затем сдалась и использовала проблески своего экстрасенсорного зрения под Барьерным щитом, который я как-то умудрялась поддерживать вопреки панике.

Посмотрев на пространство, куда указывал его свет, я почувствовала, как что-то в моём животе похолодело.

Что бы это ни было, оно определённо живое.

Оно напомнило мне те органические, похожие на насекомых машины, которые Чандрэ использовала несколько лет назад, когда мы осуществляли операции против Териана. Ещё больше такого «животного» ощущения было присуще лишь той разумной стене, на которую мы наткнулись в отделении с главным процессором Секретариата. Позднее Ревик сказал мне, что нам чертовски повезло, что эта штука нас не убила.

Машина, которая сейчас шагала по полу, пожалуй, являлась чем-то средним между двумя этими вещами в плане общего интеллекта.

Длинный, похожий на щупальце придаток, вышел из макушки её головы и прикоснулся к полу. Машина неподвижно помедлила, словно прощупывая пол на предмет вибрации.

Я рискнула быстренько послать вопрос Ревику.

«Что она может сделать с нами?» — спросила я.

«Помимо активации сигнала тревоги? — последовал его сжатый ответ. — Взорвать. Уничтожить всю переднюю часть банка. А ещё она оснащена газом. Нам чертовски повезло, что они не подумали активировать её ранее. Должно быть, они держат её в пассивном состоянии на случай, если кто-то проникнет на первый этаж».

Он взглянул на меня. Его глаза напоминали слегка светящиеся кружки на лице.

«Оно здесь для защиты хранилищ, Элли. По частному контракту. Даже банк не нанёс бы такой удар без чертовски весомой причины. Они бы наняли ещё больше видящих, но не стали бы взрывать своё здание. Кто-то заплатил им, чтобы поместить сюда эту штуку».

Я озадачилась его словами. «Что это значит?»

Он улыбнулся. Я еле-еле увидела это сквозь свечение его глаз.

«Это значит, что ты права. То, что здесь спрятано… Это важно».

Я собиралась ответить, но он сосредоточился обратно на машине. Я увидела, что его глаза засветились ярче, и уплотнила свой свет, стараясь заблокировать вспышку, которая собиралась прорваться сквозь щит.

«Готовься, — мрачно послал Ревик. — Мне придётся спровоцировать сигнал тревоги».

Мой адреналин подскочил. «Что?»

Ревик кинулся через проход между нами, еле-еле приземлился на мраморную столешницу и переместил руки и ноги так, чтобы восстановить равновесие. Я едва успела сделать вдох, когда он схватил меня за запястье и притянул к себе, заключив в объятия.