Рыцарь - Степь
Шрифт:
Андрей не раз слышал, как бывалые бойцы говорили о том, что даже самый прекрасный план способен прожить только до первого выстрела, а потом все слетает с катушек и идет своим чередом, вот только не так как планировалось, в лучшем случае сохраняется общее направление. Он и сам не раз убеждался в правильности этого высказывания, да вот только у него и именно здесь почему то все выходило именно так как планировалось, возможно его и правда хранил Господь, а как иначе то это все объяснишь, если у него все работало как часы от начала и до конца. Ну не было у него другого объяснения.
Он никогда
Рассвело. Лагерь начал просыпаться и в этот момент всадники выметнулись из-за склона и две пятерки рванули в разные стороны дико крича и щелкая кнутами, лошади начали волноваться, вот они прянули ушами и вдруг сорвались с места гонимые орущими всадниками прочь.
Орки вовсе не собирались молча наблюдать за тем, как угоняют их лошадей. Те кто быстро пришел в себя хватали луки и натягивали тетиву, чтобы убить наглецов посмевших напасть на них, но те двигались вперед не обращая на них ни какого внимания.
Андрей быстро взял на мушку уже вскинувшего лук орка и потянул спуск. Орк тут же переломился пополам, судя по всему, пуля угодила ему в живот, но Андрей уже забыл о нем. Быстро передернув затвор, он вновь выцелил орка с луком и еще один враг повалился на землю. Остальные стрелки не отставали от своего командира, посылая в толпу орков одну пулю за другой.
Несмотря на кажущуюся неразбериху, каждый стрелок знал свой сектор стрельбы, вернее знали пятерки. Так первая пятерка стреляла по правому флангу, их задача была только бить по своему флангу ни на что не отвлекаясь, только держать свой фланг. Вторая так же держала левый. Главная их задача, не подпустить орков к лошадям, поэтому они стреляли только по тем, кто рвался к лошадям.
Остальные шестнадцать стрелков и Андрей в том числе выбивали центр. Падре предпочтя арбалет, посылал в них один болт за другим, для этого ему было выделено целых шесть арбалетов, больше он просто не мог унести, поэтому разрядив один арбалет он бросал его и хватался за следующий.
Расположившиеся на обоих склонах оврага стрелки буквально выкашивали орков перекрестным огнем. Идеальные условия, орки внизу, опасность попасть в своих практически нулевая, оркам же негде спрятаться. Можно было только залечь, но лежа невозможно выстрелить из лука, поднимаясь же, даже на колено они становились прекрасной мишенью. Некоторые пытались вырваться вдоль оврага, но падали сраженные стрелками отвечающими за фланги, скорострельность карабинов, вполне позволяла пятеркам справляться с этой задачей. Некоторые бросались вверх по склонам, но их выбивали в первую очередь, в планы Андрея вовсе
Стук угоняемых лошадей все еще был слышен, когда Андрей вдруг осознал, что стрелять уже не в кого, а затвор встал на затворную задержку. Машинально меняя магазин, Андрей недоумевал, как это он опростоволосился и примкнул не полностью снаряженный магазин. Бросив взгляд в сторону, он заметил, что практически все его люди спешно меняют магазины. Значит, он просто не заметил как произвел двадцать выстрелов. Да уровень адреналина видно зашкаливал, если он настолько выпал из реальности, ведь не первая же схватка. Но видно сработал стереотип, все же двадцать семь человек атаковали сотню, он конечно рассчитывал на успех, но как оказалось даже не представлял насколько они стали смертоносными с новым оружием.
Все прошло как по нотам. Десяток бойцов как и было условлено вскочил на ноги и под прикрытием остальных спустился вниз, быстро произведя контроль, оставлять за спиной даже раненного врага здесь было не принято. Хотя орки и угоняли в полон людей, люди никогда не поступали так, если поле боя оставалось за людьми, то орков ждала только смерть и ничего другого.
Когда с контролем было покончено, Андрей поднялся и поймав взгляд инквизитора лукаво ему подмигнул.
— Ну как, падре. Впечатляет.
— Я ожидал нечто подобное, но даже не предполагал, что все может быть так. Мы вроде не имеем даже раненных.
— Ну не известно, как там сложилось у обозников, но я лично раненых не видел.
— Я тоже, — все еще находясь под впечатлением, произнес падре Томас. — По приезде я тот час отпишу епископу.
— Но это пока ни о чем не говорит, падре. Нужно еще испытать это оружие, как оно поведет себя под дождем, если на него попадет грязь, что будет на морозе, в общем пока докладывать по большому счету нечего. Но если вы считаете.
— Нет, нет. Все верно, сын мой. Испытаем его полностью и тогда уж доложим.
— Ну тогда пора заняться трофеями.
— Ты все помнишь, сын мой?
— Падре, здесь не меньше сотни трупов, горы трофеев. Не думаю, что мы располагаем стольким временем.
— Решать тебе, но если я не осматриваю все, то все придется бросить здесь.
— Падре…
— Мы теряем время.
— Хорошо падре, приступайте. Внимание! Всем отойти в сторону, не мешайте падре работать. Джеф, направь посыльных к обозникам, не то они угонят лошадей слишком далеко. Падре, вам помощь не нужна?
— Нет сын мой. Это не займет много времени, устраивайте лагерь.
Что и говорить, инквизитор был в своем амплуа, вот положено ему осмотреть всю добычу, и как бы он не устал, а он устал, все же бессонная ночь позади как и у всех, он же не моргнув глазом приступил к перелопачиванию горы добычи. ПОЧЕМУ? Почему инквизиторы первыми обследуют всю добычу? Всегда. Что они ищут? Ведь ясно, что что-то, что видеть остальным не положено. Ну вот не нравилось ему это и все. Ну да пока не время.
Падре подошел к вопросу насколько нетерпеливо, настолько и практично. В первую очередь он обследовал орочьи повозки, после чего окликнул Андрея и разрешил отвести их в сторону, чтобы начать разгрузку.