Рыцарь и Ко

Захаров Евгений

– Завтра, это самое, испытание, - поделился усатый.
– Новая мина, в общем-то. Бьет, это самое, наповал!

– А Наповал не против?
– забеспокоился Герой.
– Если его убьют, кто про лебедя на пруду петь будет?

– Могу и я.
– И Мерин, выставив бороду, заныл по своему обыкновению: А белый ле-ебедь на пру-ду-у играет с раком в чехарду-у!

– Тебе, в общем-то, слова не давали!
– рявкнул фальцетом минодел, которому подмога явно прибавила бодрости духа. Потом, испугавшись собственного

порыва, он поковырял носком сапога пол и застенчиво сказал: Хоть поешьте, это самое, напоследок-то.

Двое его подручных внесли стол, на котором находились блюдо с хлебом и кувшин с водой. Лошадям тоже досталась вода и несколько охапок сена.

– Мы хоть и злодеи, в общем-то, - сказал минодел, - но не варвары. До, это самое, завтра!

И команда головорезов удалилась, громко топая и хором свистя похоронный марш. Это мне так показалось, что похоронный, а Мерин с его относительно музыкальным слухом подтвердил, что марш. В полном унынии мы преломили хлеб и принялись за еду. Прич вылез из угла и схватил горбушку.

– Что надо сказать?
– строго спросила Матильда, хлопая его по руке.

– Кому?
– проворчал оруженосец, набивая рот.
– Ну ладно, спасибо.

– Пожалуйста, болван!
– отозвался стол.

ГЛАВА 9

Запекая в пирог лестницу, проверь - не слишком ли он вкусен?

Из пособия начинающему спасателю

– УРРРРА!
– закричал я и сам себе заткнул рот, так как к нему уже протянулись гневные лапы присутствующих.

– Как ты нас нашел?
– спросил Ико.

– Это не я, - отказался от чужой славы столик.
– Это все Гид. Он все-таки вернулся со своей экскурсией целый и невредимый, правда, пьяные все были в стельку: вместо Тигрованой палаты Гид привел их в Виногратую. Ну, а как Гид протрезвел, мы за вами поспешили, добрались до Поля, оно и рассказало, как дело было. Ни в какую не хотело открывать, где захоронены ваши припасы и обувь, да Гид на то и Гид - найдет, что ни спрячь! Теперь Речистое на нас в обиде. А мы глядим на небо - летит Перелетная сумка в осенней дали голубой! Она была так любезна, что донесла нас до самого замка. Затем я имел с ней приватную беседу, так что она теперь ищет перелетные лоскутки на заплатки.

И стол хищно щелкнул ящиком. Из него вывалились какие-то неаппетитные клочья.

– Ну что, пошли?
– деловито спросил он.

– А ключ?
– сурово спросил Герой. Был он теперь с бородой, в камзоле, с гербом на груди и штанцах-пузырях, да вдобавок еще и с алебардой. Клю-у-уч!
– заревел он вдруг.
– Клю-у-уч!

– Э, - открыл средний ящик стол.

Там ключ и лежал.

– Запасной, - пояснил стол, задвигая ящик.
– Спрятан был в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в волке, волк в царевне, царевна в темнице во хрустальном во гробу...

– Тоже в темнице?
–

встрепенулся Прич.
– Может, найдем? Я бы на ней женился тогда!

– После того как из нее выковыряли столько всяческих вещей, вряд ли она годится для женитьбы, - ядовито заметила Тильда.

– Тем более что она - царевна, - поднял палец Герой.
– А единственный царь, которого мы здесь знаем, - Соломон.

– Боже упаси!
– И Причард зарылся с головой в солому.

– Открываю!
– предупредил Мерин, который все это время ковырялся ключом в замке, который вдруг щелкнул, и дверь отворилась.

Мерин сделал шаг назад и сказал:

– Ох.

– Чего охаешь? Это самое, ключ давай сюда, - тонким голосом потребовал усатый минодел.

– Это самое, не отдам!
– вздернул бороду маг.

– Не отдашь?
– поразился минодел.
– Давно, это самое, в лоб не получал?

– Давно, - кивнул Мерин.
– А слабо один на один сразиться?

– По-честному?
– подозрительно спросил заточитель.

– Ну!

– Давай, в общем-то!
– размял руки усатый.
– Налетай!

– А при чем тут я? Герман у нас рыцарь, с ним и дерись!
– И волшебник захихикал.

– Вот уж спасибо, - горько сказал я.
– У меня и меча-то нет. Кто-то, помнится, обещал мне его достать?

– Да?
– сухо отозвался Мерин.
– Не помню. Кто?

– Я бы напомнил, - процедил я, - да некогда. Драться надо.

– На кулачках!
– подпрыгивал минодел, складывая каждую ладонь в кулачок размером с говяжий бок.

– Да ты что, очумел?
– спросил я.

– Ага, это самое, боишься? Бойся!

– За тебя разве что, - сказал я и зевнул.
– Зашибу ведь ненароком. Я-то знаешь какой? Семерых махом одних зашибахом! Сам Тролль-с-Битой мне кузен двоюродный по материнской линии! Я за завтраком съедаю барана, а за обедом быка! Или двух, если все за слава богу.

– Да ну?
– усомнился усач.

– Помажем?
– хладнокровно спросил я, скрестив на груди руки (дабы унять в них предательскую дрожь).
– Если мы выигрываем - ты нас отпускаешь восвояси, а свою супер-мину испытываешь на каком-нибудь другом дураке.

– Лады, в общем-то, - сказал тюремщик, пожимая мне руку.
– Разбейте кто-нибудь, и прошу, это самое, в Патронный зал!

Тильда с криком: "Кия!" рубанула ладонью по нашим рукам, и мы гуськом вышли в коридор. По коридору вдоль стен стояли миноделы и кровожадно на нас поглядывали.

– Да, вот еще что!
– вспомнил я.
– И чтобы нам вернули наше оружие, наших лошадей и дали припасов с вашего стола!

– А ручного крота в коробочке вам, в общем-то, не надо?
– ехидно поинтересовался усатый.
– Ладно, так и быть. Я сегодня добрый и благородный!