Рыцарь-Дракон

Диксон Гордон Руперт

– Дракон, ты что, бредишь? – взорвался Брайен. – У нас слишком много дел, чтобы думать о каком-то паспорте!

– Именно это я им и сказал, – заверил Секох. – Но понимаешь, там ведь любимые сокровища всех драконов, так что… Словом, если бы ты, Джим, отдал свой паспорт мне, я бы без промедления слетал и вернул его драконам.

– У него есть и другие дела… – начал Брайен; ярость в нем постепенно подходила к самым высшим градусам, но Джим положил руку на плечо друга.

– Думаю, так будет лучше, Брайен, – сказал он. – Это займет всего несколько минут.

– Если

вы не возражаете, – обратился он ко всем окружающим, – я на пару минут уединюсь, то есть отойду подальше, чтобы покончить с этим делом. Сами понимаете, дело связано с магией.

– Но как же, Джим, – пробормотал Брайен, – я-то думал, что твое волшебство, как ты говорил…

Он осекся, что, по мнению Джима, было как нельзя более кстати.

– Брайен, – твердо произнес Джим, – тут особый случай. Я ненадолго.

Он углубился в заросли. Весь вечер после беседы с Каролинусом на поле боя Джим не мог понять, почему, если Каролинус говорил правду и он пользовался счетом этого мага, ему все-таки удалось уменьшить мешок с сокровищами настолько, чтобы проглотить его. Заклинание-то сработало! Додуматься удалось лишь до следующего решения: этот случай – особый, и в нем Джим по-прежнему может пользоваться магическим кредитом своего наставника.

Вот и теперь, под сенью деревьев, после нескольких попыток вспомнить в точности всю процедуру, Джиму удалось выкашлять паспорт размером с пилюлю. Тот сам по себе принялся стремительно расти и мигом вернул себе первоначальный вид мешка, битком набитого драгоценными камнями, и Джим, обеими руками прижимая к себе ношу, потащил его к Секоху.

– Я полагаю, что ты поступаешь весьма мудро, передавая паспорт мне, – заявил Секох, с благодарностью принимая у Джима мешок. – Я отнесу его прямо к клиффсайд… а, минутку! Мой личный взнос, знаете ли…

Он поставил мешок на землю, развязал его и запустил лапу внутрь. Несколько мгновений он с крайне озабоченным видом шарил в мешке, а потом вдруг просиял. Вновь на свет Божий вынырнула лапа Секоха, в которой была зажата некогда пожертвованная драконом жемчужина.

– Превосходно! – воскликнул, разглядывая ее, Секох. Затем он спрятал драгоценность за щеку, тщательно завязал мешок и расправил крылья. – Еще увидимся, Джим!

Он взлетел и, поймав восходящий поток воздуха, быстро поднялся вверх и заскользил по небу в направлении Клиффсайдских пещер.

– Ну что, – не слишком любезным тоном начал Брайен, – может, теперь, раз ты покончил со своими делами, мы отведем пленников к воротам замка?

– Конечно, конечно, – поспешил согласиться Джим.

Они двинулись в обход замка. Брайен, Дэффид и Джим, естественно, возглавляли процессию. За ними следовали испытанные латники и лучники, а затем пленники, построенные в четыре нестройные колонны, идущие в сопровождении беспорядочной толпы местных волонтеров с ножами наготове – только свистни…

Они обогнули северную стену замка. Мост был опущен, а перед ним стоял Мальвин в компании какой-то фигуры в тяжелых доспехах, в одной руке державшей щит, в другой палицу.

Лицо из-за опущенного забрала разглядеть никак не удавалось. За ним через весь мост и ворота до самого внутреннего двора тянулась вереница вооруженных рыцарей в латах, вроде тех, что были разбиты за замком. Все они появились только затем, чтобы подождать прибытия Джима, Брайена, Дэффида и прочих.

Все дело приняло почти строгий, если не формальный, оттенок. Колонна еще раз шагом обогнула замок и вновь подошла к мосту, предводительствуемая Джимом, Брайеном и Дэффидом на лошадях. Они остановились в десяти футах от Мальвина и безмолвной фигуры в латах рядом с ним.

С утра небо было безоблачным, но теперь его затянули тучи, и ни один солнечный луч не мог пробиться сквозь их завесу и осветить место действия. Неподвижная фигура в доспехах тускло светилась в рассеянном дневном свете.

– Джеймс, – шепнул Брайен, глядя в упор на Мальвина. – Боюсь, теперь командовать и говорить придется тебе.

– Это я и собираюсь делать, – ответил Джим сухо, даже не пытаясь понизить голос. Он думал об Энджи и прочих людях, томящихся в плену где-то в замке.

Он спешился. Брайен и Дэффид последовали его примеру и вслед за ним вышли на несколько шагов вперед.

– Так что ты собираешься делать, Джеймс? – спросил Мальвин, когда Джим остановился в двух шагах перед ним.

– Как можно скорее выкинуть тебя из моего замка, – отрезал Джим. Когда он оказался лицом к лицу с Мальвином, в нем вспыхнула холодная ярость. По какому праву этот маг-расстрига класса ААА ведет себя так, будто он диктует здесь условия.

– Твоего замка, Джеймс? – переспросил Мальвин, склонив голову набок на манер удивленной, но не испуганной птицы. – А мне казалось, что ты прожил здесь совсем недолго.

– Все равно он мой, – заявил Джим, – его пожаловал мне король Эдвард.

– Хм-м-м-м, – задумчиво протянул Мальвин. – Тогда тебе, наверное, интересно будет узнать, что бумага, согласно которой ты лишаешься замка, лежит сейчас в Лондоне и ждет только королевской подписи. Ты, надеюсь, в курсе, что при известных условиях Эдвард подпишет любую бумагу – лишь затем, чтобы его оставили в покое?

– А почему я должен в это верить? – спросил Джим. – Но даже если я и поверю, то что это меняет в нашей ситуации? Ты захватил мой замок, а я хочу вышвырнуть тебя. Да, вышвырнуть, и какой бы ущерб самому замку или людям внутри него ты ни нанес, я заставлю тебя ответить за все!

– Уж не думаешь ли ты часом о нашем кратком свидании по требованию Департамента Аудиторства? – поинтересовался Мальвин. – Не ломай себе голову: иск, поданный тобой, покажется неосновательным, когда выяснится, что ты – мой пленник.

– Я – не твой пленник, – возразил Джим.

– Ах, ну конечно, но ты им будешь, – ответил Мальвин. – А твой иск… Я же сказал, он покажется попыткой слабенького, молодого мага, попавшего в дурной переплет, защититься, обвиняя при этом могущественного мастера искусства, чтобы отвлечь внимание от своего собственного положения.