Рыбы у себя дома
Шрифт:
…Любил Чехов рыбную ловлю не только за то, за что любим ее мы, простые смертные, но еще и за то, что в спокойном уединении на лоне природы о чем только не передумаешь. Возможно, сюжеты многих чеховских рассказов и повестей и образы их героев зародились в те часы одиночества, когда была вода в соседстве с зеленью, были зори и небо, и были поплавки удочек. Почему я так предполагаю? Да потому, что сам он сказал: «Я думаю, что многие лучшие произведения русской литературы задуманы за рыбной ловлей».
Мы уже говорили, что нерест у нашего
Но что интересно: в налимьих обществах самцов заметно больше, чем самок, однако размерами они мельче. И потому в брачную пору за крупной налимихой обычно увивается пара, а то и три небольших «кавалера». Кстати, самки тоже растут гораздо быстрее своих партнеров, и очень крупных размеров достигают, как правило, они.
Икромет — на мелководье до двух метров. Икра откладывается на песчано-галечное или каменистое дно со слабо текущей водой. Икринки маленькие, у молодой налимихи их созревает 30–40 тысяч штук, у зрелой — несколько сот тысяч, а вот у сибирских великанш — до 2–3 и даже 5 миллионов! Икра «жидкая», ею самки буквально заливают свои нерестилища, но так много ее тут же уносится водой, и так нещадно пожирается она самими же налимами и другой рыбой, что едва ли в одном проценте икринок начинается развитие крошечных эмбриончиков. Везет тем, которых забило под камни или гальку, где они надежно приклеились.
Те икринки в ледяной воде развиваются очень медленно: 2–3, до 4 месяцев. Выклюнувшейся личиночке помогает дотянуть до весны жировая капелька в желтке. В мае она уже сама себя кормит, перерождается в малька, и этот малек, особо не боясь в свое первое лето теплой воды, поразительно много ест всякой беспозвоночной мелкоты и быстро растет. Он познает жизнь с нуля, но растет быстро и с каждым днем становится проворнее и умелее.
В середине мая малец-удалец уже 3—4-сантиметровый, к концу июля он удваивает длину, а к осени еще подрастает. Но потом рост налимчиков резко замедляется, потому что далее они летнюю активность утрачивают.
В год налимчики весят от 30 до 50 граммов, в два — 130–150, к трем годам вырастают до 30–40 сантиметров и утяжеляются до 300–400 граммов, а в четыре они уже радуют рыбака: 500–700 граммов, 38–44 сантиметра от головы до хвоста… В 4–5 лет созревают и впервые участвуют в размножении.
Но с годами, как водится, рост все медленнее… В 10-летнем всего немного за пару килограммов, а длина тела примерно 75 сантиметров. Самый крупный налим, которого мне уже давно довелось держать в руках, был длиной 110 сантиметров, а потянул он 11,5 килограмма.
В нерест и прожорливый налим постится, однако сразу после него стремится наверстать упущенное… Но ставшую нарицательной налимью жадность все-таки нужно пояснить. Прожорлив-то он прожорлив, однако в холодной воде и у него съеденное переваривается медленно: осенью
И все же жадность нашего героя поразительна. Если он, будучи голодным, окажется в садке рыбака с уловом, то пока не околеет — будет заглатывать живых и мертвых рыб. Даже в мотне невода, когда панике пленения нет предела, налим торопится, пользуясь случаем, набить свою утробу поплотнее…
Любителей ловить налима в Приамурье мало: рыба эта здесь в общем-то немногочисленна, с наступлением холодов, а особенно зимой, гораздо интереснее и результативнее блеснение щуки, сига, ленков, наконец, тайменя. И лишь на таких амурских притоках, как Бурея, Кур с Урми, Симми, Горин, Амгунь и им подобные, налима ловят на наживку, реже — на блесну или мушку, блеснят и удят вместе с хариусом, ленком и другими рыбами горных рек. Колхозы добывали ее сетными ловушками с ячеёй 30–40 миллиметров, которые опускали на дно реки в налимьих местах.
Ловить налима на Амуре и в низовьях впадающих в него крупных рек на закидные крючковые снасти в октябре, а также в конце апреля — мае небезынтересно. Наживка — любая, но животного происхождения: малек, рак, резка, черви, кишки, потроха, мясо, сало. И чем она пахучее — тем лучше. Не обязательно искать глубокие места и обрывистые берега: ночами этот хищник бродит и по мелководью.
Но нужно помнить: чем темнее и ненастнее ночи, тем лучше ловится налим. Не только солнца он сторонится, но даже полной луны. Днем поймать эту рыбу случается очень редко.
Клюет вяловато, но уверенно и глубоко заглатывая крючок, поэтому надо иметь с собой запасные поводки. «Прослушивать» снасти желательно чаще: хищник на крючке сидит смирно. Редко сопротивляется он и при вываживании, хотя нет-нет да изогнется колесом, хвостом шлепнет, головой дернется.
Как заметил еще Л. П. Сабанеев, налим не только не боится звуков, но и в любопытстве плывет на них. Разговоры при ловле этой рыбы вовсе не противопоказаны. Раньше налимов даже ловили на звук: делали тяжелый пятикрючковый якорек, в ушко которого продевали большое кольцо, за которое и привязывали леску. Опустив этот якорек на дно и слегка подергивая леску, звенят кольцом. Налим идет на этот звук, а в нерестовую пору и трется о якорек, что при натянутой леске рыбаком хорошо чувствуется.
Теперь, конечно, этот способ правилами рыболовства не разрешается, ибо якорек из пяти крючков — это тот же запрещенный «краб». Но вот однажды темной октябрьской ночью удалось мне поймать на Тунгуске полтора десятка хороших налимов. Ловил я их двумя спиннингами в режиме закидушки, наживляя крючки рыбьей резкой. На поводок одного из них подвесил рядом с грузилом сигнальный звоночек и им вытащил двенадцать хищников, на другой же при прочих равных условиях пришлось всего три налима. Случай? Не исключено. Но думаю я все же, что любопытствовала эта рыба мелодично позванивавшим на течении колокольцем, а рядом оказывался харч.