Рядом с Адамом
Шрифт:
Мария медленно подняла глаза. В темном костюме с кремовой рубашкой и галстуком Адам был неотразим. Он посмотрел на Марию с удивлением, но место напротив все же занял.
– Доброе утро, Адам, – поздоровалась Мария.
– Доброе утро, – равнодушно ответил он.
Вздохнув, Мария отложила газету.
– Мне нужно поговорить с тобой. – Ей с трудом удавалось сохранять спокойный приветливый тон.
Адам, только протянувший руку за газетой, нахмурился:
– Вот как? Тебе нужно поговорить со мной?
– Да.
У
– Тебе… тебе с сахаром и со сливками? – выдавила Мария.
– Только сахар, пожалуйста, – бесцветным голосом сказал Адам. Взяв чашку из рук Марии, он поставил ее на стол и продолжал читать газету.
– Ради бога, Адам! – не выдержала Мария. – Тебе что, нечего мне сказать?
Адам посмотрел на нее с холодным удивлением:
– Я понял, что это ты хочешь мне что-то сказать.
– Я… да. Но то, что произошло вчера… Я очень сожалею, что так получилось. Я не хотела…
– Давай забудем об этом, – резко оборвал ее Адам. – О таких вещах лучше всего не вспоминать, как будто их и не было.
– Но ты же не сможешь забыть. А жить, все время ссорясь, невозможно. – Мария теребила кончики волос. – Невозможно все время испытывать терпение друг друга.
– Пожалуй. Ты права, наши отношения стали слишком уж напряженными. Я не думал, что так получится.
– Я… я должна уехать? Если хочешь, я сегодня же куплю билет.
– Что ты! Я и мечтать об этом не смею. – Он саркастически усмехнулся. – Раз уж ты приехала, ты не захочешь возвращаться в Ирландию.
– Тогда ты позволишь мне остаться и поступить в колледж?
– А у меня есть выбор?
Мария сердито тряхнула головой. Опять Адам издевался над ней!
– Перестань разговаривать со мной в таком духе! Ты же знаешь, что за тобой последнее слово. Я здесь ничего не решаю. Стоит тебе только написать моему отцу, и он потребует, чтобы я возвращалась домой. Особенно если ты опишешь все в таких выражениях, в которых, я знаю, ты хотел бы описать. Даже если ты сообщишь, что не против моего приезда, отец все равно не позволит мне остаться.
Адам тяжело вздохнул и отложил газету.
– Мария, ты должна признать, что ты намеренно выводишь меня из себя. Если ты вернешься в Килкарни, в этом будет только твоя вина. Можно подумать, что ты нарочно делаешь все для того, чтобы я отправил тебя домой.
– Нет!! Я ничего не делаю нарочно. Адам, как ты можешь так говорить?
– Зачем же, в таком случае, ты вчера нацепила бикини? Ты же понимаешь, что в городе этот наряд неуместен.
Мария недолго помолчала. Она не знала, что ей сказать, чтобы не навлечь на себя еще больший гнев.
– Я не знаю. Я никогда раньше его не надевала,
– Нет, вы только послушайте – сама невинность! – не поверил он. – Захотелось попробовать! Можно подумать, ты не знала, как ты в нем выглядишь.
Мария покраснела. Ее самообладание совершенно исчезло, и она почувствовала непреодолимое желание сказать какую-нибудь дерзость.
– Я думаю, ты бы не возражал, если бы мисс Гриффитс расхаживала в бикини, – еле слышно пробурчала она.
Лицо Адама окаменело. Мария уже пожалела о сказанном, но было поздно. Адам опять взялся за газету.
– Я ничего не слышал, – произнес он, принимаясь за чтение.
– Ты отправишь меня в Килкарни, Адам?
– А почему ты так ненавидишь Килкарни? Очень симпатичное место. Я бы с удовольствием там пожил, если бы меня не держала здесь работа.
– Если б ты знал, что там за жизнь! – с отчаянием воскликнула Мария. – Люди женятся, рожают детей и растят их – и все.
– Ну и что? Люди везде так делают.
– Но только не я!
– Ладно, Мария, скажи правду: почему ты не хочешь возвращаться домой? Ты не представила мне ни одной убедительной причины.
Она потупила глаза:
– Мой отец считает, что мне пора замуж.
– Вот как? И у него есть жених на примете?
– Да. Мэттью Харли с соседней фермы. Отец думает, что тогда у него будет две фермы. Он уже договорился с его родителями. Но я против, да и Мэтт не очень-то обращает на меня внимание. Но разве можно отговорить моего отца от задуманного дела?
– И как же тебе удалось улизнуть в Англию?
– Джеральдина убедила его меня отпустить. Она сказала, что в наше время девушке после окончания школы полезно приобрести еще какую-нибудь специальность, кроме специальности рожать детей.
Мария густо покраснела.
– Узнаю свою матушку, – скривился Адам. – Она из любой ситуации сумеет извлечь выгоду.
– Ну, не знаю. Только я не хочу возвращаться домой и выходить замуж. Не то чтобы я совсем не хотела замуж – но только не за Мэтта. Я его не люблю. Да и он меня не любит. Это будет брак по расчету. А я ненавижу такие браки!
– Ты уверена, что никогда его не полюбишь? Может быть, ты просто недостаточно хорошо его знаешь?
– Я хорошо его знаю. Мы вместе росли. Он неплохой парень, но с ним ужасно скучно.
Адам пожал плечами и уткнулся в тарелку с беконом и яйцами, поставленную перед ним миссис Лейси. Мария намазывала джем на тост, украдкой поглядывая на Адама. Он не выказал никаких знаков того, что его неприязнь к ней уменьшилась, но Мария чувствовала, что это так, и была рада, что все рассказала. Если Адам на самом деле такой чуткий и понимающий, как говорит миссис Лейси, то он постарается войти в ее положение.
Когда он покончил с едой, она спросила:
– Ты не напишешь отцу, Адам?