Рузвельт
Шрифт:
— Фокусники обычно не раскрывают своих секретов. Но с тобой я, так уж и быть, поделюсь, — он склонился чуть ближе ко мне. — Готова?
— Да.
— Я люблю вас всех, детка.
Чарли улыбнулся.
— Вот так просто?
— Вот так просто. Иногда людям просто нужны…люди, — он пожал плечами.
Разнесся неожиданный выкрик Кары:
— НАШЛА! Боже, я нашла!
Подруга прибежала к нам с Чарли на кухню и по пояс высунулась из окна во двор.
— Я их нашла! — заорала она тем, кто с лупой перебирал каждую травинку газона. —
— Они там были все это время?
— Даже не спрашивай, — Кара выудила бутылку водки из дверцы холодильника и двинулась к выходу.
— Надеюсь, это для дезинфекции! — бросила я ей вдогонку.
— Ага. И для употребления внутрь, — она помахала мне бутылкой и скрылась из виду.
Чарли только посмеялся. Ситуация с кольцами мало его волновала. Он твердо решил, что выйдет замуж, даже если наш дом унесет ураганом, как в «Волшебнике из Страны Оз».
Дверь в комнату Джека хлопнула и неожиданно стало как-то подозрительно тихо. Спустя несколько минут Хайд спустился к нам по лестнице с видом хирурга после восемнадцатичасовой операции в полевых условиях.
— Ну и? Каков вердикт? — спросили мы с Чарли.
— Скажу вам так — это самая густая и самая рыжая борода, с которой я когда либо имел дело. И если мне, как Гераклу, не поставят огромный памятник в центре города, я буду крайне возмущен. Где водка?
— Кара ее утащила. Кстати, она нашла кольца. У себя в лифчике.
— Это не худшее, что побывало в ее лифчике. Эй, народ! Все готово? — шефским голосом спросил Хайд, выглядывая в окно.
— Вешаем последнюю дюжину шариков! — откликнулся с улицы Джулиан.
— А что насчет гостей? — друг повернулся к нам. — Все в сборе?
Разношерстность гостей на сегодняшнем празднике напоминала свадьбу из «Крестного отца». В роли Дона Корлеоне — Чарли на своей больничной коляске.
Чтобы поприсутствовать на церемонии, дядя Перси со своей внучкой пропустили рейс до Чикаго, Николь взяла отгул на работе, а миссис Лукас достала из гардероба свое лучшее платье. Помимо членов семьи пришел директор «Круза», Рави, со своей женой и детьми и Густав, столько лет снабжающий нас с Перси сэндвичами, Адам, которого в качестве своего «плюс один» пригласил Хайд. Мы позвали Сильвию Пакстон, выручившую меня с платьем, Грэга и даже Стэнли (при условии, что он наденет какие-нибудь штаны).
— Все пришли. Все кроме…
Кроме Артура. Но говорить этого вслух совсем не хотелось.
— Медвежонок, Даунтаун просто опаздывает. Видимо, ему незнаком принцип работы кармы. Но ничего, когда он соизволит явиться, мы все ему растолкуем.
— Да, точно, — кивнула я.
Вот только Артур никогда не опаздывает. Он — человек часы. Мистер распорядок дня. У него все разложено по полочкам и рассчитано до миллисекунд. Перед походом в супермаркет заготовлен
Либо его засосало в канализацию, либо он не пришел намеренно.
— Если он не появится, то все волосы, сбритые с подбородка Джека, перекочуют на коврик перед его входной дверью.
— Хорошо.
— Вообще-то, тебя это тоже касается! Где твое платье?!
— Я не хочу его надевать.
— Почему?
— Оно леопардовое!
Всем уже давно понятно, что у Хайда какой-то пунктик по поводу сумасшедших дресс-кодов. Тема сегодняшнего праздника — леопард. «Не свадьба, а путешествие по саванне», как выразился Хайд. И ему было по барабану, что леопарды в саванне, вообще-то не обитают.
— Вот поэтому ты и не отвечаешь за костюмы! Между прочим, леопард снова в моде.
— А мне кажется, у тебя просто опять начинается обострение под названием «Сара Джессика Паркер»!
Хайд сощурился, и мне стал заметен его нервно-дергающийся левый глаз.
— Тэдди, ты действительно хочешь проверить, кого я люблю больше — тебя или Сару Джессику Паркер?
— Да, хочу, — я сложила руки на груди и выжидательно уставилась на него.
Друг от обиды топнул ногой. Он никогда не умел блефовать.
— Ну ладно, тебя. Но из этого дома ты выйдешь либо в леопардовом платье, либо голой!
Я закатила глаза. Но сделав вид, что испугалась очередногоего блефа, пошла в комнату переодеваться.
Мне только удалось справиться со странным переплетением бретелек на платье, как в мою дверь постучали.
— Я одета! Заходите!
На пороге оказался Джулиан. Войдя в комнату, он закрыл за собой дверь и устроился на кровати, сразу же потонув в бесчисленном количестве подушек.
— М-м, выглядишь…
— Лучше молчи, — предостерегла я его.
— Да нет. Ты выглядишь классно.
— Ну ладно, живи. Ты тоже хорошо смотришься, — в черных брюках и белой рубашке он был словно совершенно другим человеком.
Присев на краешек кровати рядом с братом, я начала адский процесс заклеивания мозолей пластырями и натягиваний туфель на каблуках.
— Тэдди, слушай, — смущенно начал Джулиан. — Ты извини меня, ладно? Это все брехня — то, что я тебе тогда наговорил.
— Да, но, — я вздохнула так траурно, как только могла. — Ты ранил мои чувства и все такое, понимаешь? Боюсь, у нас с тобой только один путь к примирению.
— И какой это?
— Тебе придется мыть за меня посуду до конца дней. А еще никогда не занимать мою ванну, забирать Китти из садика, смотреть с ней «Бесподобного мистера Фокса»… — договорить я не успела, потому что развеселившийся Джулиан повалил меня в гору подушек и начал щекотать.
От такого громкого и продолжительного смеха я чуть не отключилась. И все же остановить брата мне пришлось не из-за полуобморочного состояния.