Русский транзит
Шрифт:
Расчетливый великоросс любит подчас очертя голову выбрать самое что ни на есть безнадежное и нерасчетливое решение, противопоставляя капризу природы каприз собственной отваги. Эта наклонность дразнить счастье, играть в удачу и есть «великорусский авось».
Если б только придумал – на собственной шкуре ведь испробовал, и не один раз…
Теперь – «дискета- салют». Шагу не сделаю, пока не удостоверюсь, что на ней. А удостоверившись, сделаю шаг, но не в направлении, указанном мне генералом Гошей.
Информация. Что-то закормили меня кагэбэшники информацией.
Хельга
Георгий Вадимыч… С ним сложней, но не намного: я тебя на коленях качал, Санечка, ты наш, даже если временно не наш, а чтобы ты увяз в нашизме, вот тебе сведения: «спецгруппа Владика Осинцева, кабинет № 516 в Москве», ну и Какалов на закуску для оттяжки. Знания умножают страдания. Ты теперь посвящен, Александр Евгеньевич, ты не можешь подвести дядь-Гошу, он тоже не всесилен, мало ли что… И вот тебе совет, Санечка, иди к нам. В свое время Валька Голова ту же песню пел: нам ТАКИЕ нужны, все простим и даже в звании повысим, запятую поставим там, где следует… Казнить нельзя помиловать…
Fuck off, господа-товарищи! Fuck off!
Шаг вперед! И посмотрим. Да-а-а уж, посмотрел. Программист из меня хреновый, с курсов сбежал сразу как понял, что занудное это занятие и долгое. Так только, на «обезьяньем» уровне: включил, вставил дискету, считал, выключил… Вот и смотрел вполне тупо на дисплей…
«Без горя!» – решил ведь еще, беседуя с генералом-Гошей. Игровые поймут, остальным разобъясняю: есть такой термин в картах, это когда игрок никакой ответственности не несет, мол, кривая вывезет…
Вот и – без горя. Не такой и наивный товарищ генерал Гоша! А я-то, балбес, хорохорился: как просто их обмануть! Доверяй, но проверяй – это тоже врожденное у людей- «гвоздей». Главное, сказал, Георгий Вадимыч (черт, а как фамилия-то?! ведь и не спросил! с детских лет, что ли, обязан помнить?! Грэйнджер?!), главное – дискета не должна попасть ИМ в руки. Им – ФБР. То есть для генерала КГБ главней не доставка «салюта» Факову, а чтобы, значит, только не к фебрилам. В конце концов, где-то находится компьютер, с которого перегнали на дискету все, что на ней есть, – пусть даже в упомянутом вскользь пятьсотшестнадцатом кабинете на Старой площади, у Владика Осинцева. Иди еще где… Главное – дискета не должна попасть в руки ФБР, да? Да. Все что на ней есть…
При себе генералу Гоше никак было не оставить – налетят фебрилы, перероют «Фаберже», прячь, не прячь. А Бояров – он такой, он неуловимый, он выберется. (И правильно! Выбрался я из «Фаберже» благополучно, на удивление! Впрочем, чему удивляться?! Я – это я!) И далее – элементарная психологическая одноходовка: Бояров – он такой, он осторожный, он любопытный, он перво-наперво не Факову ринется звонить, а дискету посмотреть ринется, мало ли… (И правильно! Перво-наперво, убедившись в отсутствии топтунов- фебрил, я зашел в магазинчик компьютерной техники…).
Вид у меня, повторюсь, солидный, могу позволить себе присмотреть компик покруче. Ну там… эйтишку, экстишку, писишку, айбиэмку – это их птичий язык, я в нем ни бум-бум по большому счету,
Другое дело – баксов у меня снова раз-два и обчелся, интуитивно не пожелал я посетить свой банк, душа не лежала – кто их знает, фебрил?! Может, заарестовали счет Боярова и контролируют, только появись. Или тут такое не принято? Чего не знаю, того не знаю – за два года существования в Штатах не доводилось напакостить властям так, чтобы испытать на себе, принято ли «морозить» счета пакостникам. Чековая моя книжка упокоилась на дне Рокавей-инлет, когда мы с Валькой чапаевцев из себя корчили. А самому являться в банк, повторюсь, н-не хотелось… Эх, а там ведь – сумма!
Впрочем, подарю ее банку, только дайте мне найти заветную дверцу, открываемую золотым ключиком с номером «0424»!
Да-а-а… Ну так вот! Поглазел я на компьютеры, вроде бы облюбовывая.
– Могу быть полезен? – выразил готовность хозяин (откровенный чистенький полуяпоша).
Я вежливо отмахнул пальчиками, мол, пока нет, пока я сам. О-очень сосредоточенный вид у клиента-Боярова.
Я заблудил себя в дебрях техники, с глаз япоши долой. Включил компьютер, вставил дискету в дисковод. Нажал…
Все, что на ней есть…
На дисплее появилось: «Пожалуйста, наберите код. В случае неверного набора запись стирается. В случае ненабора кода в течение пятнадцати секунд запись тоже стирается. Благодарю Вас!». И вас так же, бля!
– Могу быть полезен? – снова выразил готовность чистенький хозяин, уже поспешая к клиенту. Да чтоб тебя!
Шаг вперед! Эх, мне бы сразу отключить! А я вполне тупо пялился в благодарящий меня дисплей, Секунд… сколько?., десять? двенадцать? Вот, блин! Это тебе, Бояров, не каратэ! Там-то и реакция не подведет, и ткнешь в единственно уязвимое место, даром ли всю жизнь посвятил! А тут-то реакция, да, каратэшная, но куда ткнуть?! Шаг вперед! Иначе япоша- полуяпоша еще два-три шага – и встанет рядом!
«САЛЮТ» – второпях понатыкал я. И успел прочесть выскочивший ка экран: «САЮЛТ». А-а-а, блин, бабена мать! Перескок буквы, бич даже высококвалифицированных профи! Хрестоматийный «длинноухий зайчик» с перескоком в невинном слове «длинно… ухий»! Жеребец и кретин! Перескочил, прыг-скок! Длинно… ухий балбес! Жеребец и кретин! В данном случае Хельга, пожалуй, права. И Марси права: когда не знаешь, что делать, не делай ничего! А что я такого сделал, ну что?
– Проблемы? Могу быть полезен? – япоша-полуяпоша деликатно пытался заглянуть через мое плечо. Ага! Дорасти, маломерок! Настырный какой!
Я отключил компьютер, сунул дискету во внутренний карман пиджака. М-мда-а, пятнадцать секунд всяко миновало, а то и все двадцать. Повернулся к хозяину всем своим могучим туловом и рявкнул:
– Можешь быть только вреден! – нехорошо, разумеется, срывать злость на ни в чем не повинном человеке. Однако не сдержался, да и виновен япоша, виновен! Нечего, понимаешь, под руку болботать!
Он непроницаемо моргнул сквозь дымчатые стекла очков в дорогой оправе (а у меня не дешевле! нечего-нечего!). Мы уставились друг на друга, будто два филина – один ма-аленький, второй ба-а-альшой.