Русский север
Шрифт:
На совете, собранном командиром гидрографического судна «Циркуль» тов. С. Д. Руденко, докладывал топограф А. П. Гусев:
– В августе 1934 года я был высажен с бота «Сталинец» на берег острова Вейзель, для производства топографических работ. На его центральной возвышенности я обнаружил столб высотой два метра с тщательно вырезанной надписью «Геркулес 1913». Столб явно из «плавника» и затёсан на месте надписи. Основание столба обложено камнями. Рядом со столбом я увидел старые сломанные нарты и цинковую крышку от патронного ящика, пробовал разобрать камни столба, но ничего там не обнаружил.
Розанов, начальник
– Какой же ты молодец. Наконец-то нашлись следы экспедиции Русанова, которая пропала в 1913 году. Я ведь знал его!
– Михаил Павлович, неужели вы видели Русанова?
– Да, – ответил Розанов, – будучи студентом физико-математического факультета Московского университета, я слушал лекции Владимира Александровича и уже тогда твёрдо решил стать учёным по освоению Севера. Когда узнали об исчезновении экспедиции Русанова, то мы с друзьями рвались в поисковую экспедицию, но куда там, не взяли!
– Сидите и учитесь, – говорили нам.
Затем топограф Цыганюк, поглядывая в свой конспект, сделал доклад:
– 9 или 10 сентября 1934 года бот «Сталинец» высадил меня в районе зимовья Колосовых для производства топографической съёмки береговой линии острова. В 15 километрах от зимовья я обнаружил в маленькой бухточке северной части острова под «плавниками» смёрзшиеся обрывки одежды, горный компас без стекла, фотоаппарат «Кодак» с разбитым объективом и испорченной плёнкой, часы с гравировкой «Попов», две кружки, патроны, буссоль, две ложки, трубку курительную, два ножа и опасную бритву.
– Да, несомненно, это вещи матросов со шхуны «Геркулес», – заволновался Розанов. – Видимо они были посланы Русановым с зимовки на материк, чтобы сообщить о местонахождении экспедиции.
– Русанов пользовался картой русской полярной экспедиции Э. В. Толля (1906 года), где таймырский берег был нанесён пунктиром. Именно там и обнаружены следы пропавшей экспедиции Русанова, – заметил Руденко. – Видимо «Геркулес» обогнул мыс Желания и по чистой воде направился на восток. Обходя остров Уединения в Карском море, с севера и пройдя его, шхуна «Гекулес» встретила льды. Ведь в 1914 году было послано спасательное судно «Эклипс» и возглавил его сподвижник Ф. Нансена Отто Свердруп. У мыса Диксона он вынужден зимовать, так ничего не найдя. В 1915 году участники экспедиции прошли от мыса Вильда до мыса Челюскина, однако вернулись назад и не смогли из-за льдов обследовать пропущенные участки острова Диксона. А жаль, ведь именно там и были нами обнаружены три стоянки экспедиции Русанова.
– Это лишь наши догадки, – заметил Розанов.
– Нужно продолжить поиски погибшей экспедиции, – подытожил совет Руденко, – и постараться найти могилу Русанова!
В 1950-60 годах советские полярники нашли вещи, имевшие отношение к экспедиции Русанова. Это французская монета 1903 года, пуговица с клеймом парижской фирмы, маникюрные ножницы, флакон с лекарством судового врача. Разглядывая эти удивительные находки и теряясь в догадках, учёные-полярники обнаружили вещи невесты Русанова, отважной полярницы Жюльетты Жан.
– Маникюрные ножницы! Да это же подарок Русанова своей любимой Жюльетте, которым я так восхищалась в Архангельске, – качала головой взволнованная Ксения Петровна Гемп, прославленная полярница, разглядывая
Глава 6. Шпицберген
Отстаивать свои права на архипелаг Шпицберген Россия начала с 1905 года. Она активно стала «демонстрировать» свою деятельность на Шпицбергене, наращивая добычу угля. С этой целью в 1912 году на архипелаг была направлена экспедиция Русанова.
Многие страны Европы претендовали на Шпицберген. Нидерланды также заявляли свои права на монополию Шпицбергена, так как в 1596 году голландец Виллем Баренц ван дер Схеллинг, в поисках северного пути в Азию, открыл Медвежий остров (архипелаг Шпицберген). Но значительно раньше остров Грумлант, так называли Шпицберген поморы, входил в состав владений великого князя Московского. Об этом Грумланте, который принадлежал Василию III, докладывал королю Кристиану II датский адмирал Северин Норби, посетивший Москву дважды в 1525 и 1528 годах. На картах Руси остров Грумлант назывался «Святые русские острова».
Архипелаг Шпицберген был долгое время ничейным и его политический статус был закреплён только 9 февраля 1920 года, когда в Париже был подписан Шпицбергенский трактат 39-ю ведущими странами мира, по которому архипелаг становился частью территории Норвегии. Но наделялся особым статусом, по которому любое государство, из подписавших этот трактат, получает право заниматься на архипелаге хозяйственной деятельностью, и Норвегия не должна чинить этому никаких препятствий. Кстати, Россию тогда в Париж даже не пригласили, так как она была пока непризнанным государством. Таким образом, Шпицберген стал демилитаризованной, безвизовой зоной. На архипелаг мог прибыть любой житель планеты и заняться бизнесом на равных правах со всеми.
Вот так выглядел Договор о Шпицбергене от 9 февраля 1920 года:
Статья 1
Высокие Договаривающиеся Стороны соглашаются признать на условиях, предусмотренных настоящим Договором, полный и абсолютный суверенитет Норвегии над архипелагом Шпицберген, охватывающим с Медвежьим островом, или Берен-Эйланд, все острова, расположенные между 10 и 35 градусами восточной долготы от Гринвича и между 74 и 81 градусами северной широты, с частности: Западный Шпицберген, Северо-Восточную Землю, остров Баренца, остров Эдж, острова Уич, остров Надежды, или Холн-Эйланд, и землю Принца Карла, вместе со всеми островами, островками и скалами, относящимися к ним.
Статья 2
Суда и граждане всех Высоких Договаривающихся Сторон будут допущены на одинаковых основаниях к осуществлению права на рыбную ловлю и охоту в местностях, указанных в статье 1, и в её территориальных водах.
Норвегия будет иметь право сохранять в силе, принимать или провозглашать меры, могущие обеспечить сохранение и, если это нужно, восстановление фауны и флоры в указанных местностях и их территориальных водах, причём условлено, что эти меры всегда должны будут на одинаковых основаниях применяться к гражданам всех Высоких Договаривающихся Сторон без каких-либо исключений, привилегий и льгот, прямых или косвенных, в пользу какой-либо одной из них.