Русские волки
Шрифт:
В Тирасполе стал свирепствовать полковник Бергман, комендант, друг Лебедя. Патрули 14-й армии вылавливали и разоружали болтавшихся в тылу ополченцев и добровольцев. Один раз под такую гребенку попали и Ас с Валерием. Но все обошлось.
Несколько дней cпустя простывший Ас, надрывно кашляя, сидел в своей «консерве», охраняя бригаду ремонтников, которые чинили порванный кабель. Всего в прикрытии было несколько бойцов в этом бэтээре и еще одной БРДМ (разведывательно-дозорная машина). ГАЗ-66 и специальный ремонтный автомобиль с рабочими не в счет.
Крутя ручки настройки радио, Саня поймал сообщение о том, что в направлении сада, где они работали, идут два неопознанных БТР-80. Трассером в мозгу мелькнуло: да это же на нас! И явно —
Быстро собрались. Отряд ремонтников стал отходить. Колонна в составе БРДМ, ремонтной машины, ГАЗ-66 с ремонтниками двинулась к своим. В арьегарде шла «семидесятка». На этот раз Ас был не один: позади него к башенке припал к прицелу стрелок. Все-таки, его железный конь — сила. В башне — два пулемета, ПКТ калибра 7.62 и параллельно с ним — 14.5-мм пулемет Владимирова (КПВТ), поистине — автоматическое противотанковое ружье. Правда и противник зубаст как минимум вдвое.
Ас не услышал, не увидел — а почувствовал, что по отступающим товарищам хлестнули пулеметные очереди. Тупоносый ГАЗ-66 вдруг резко стал. Тогда Сашка бросил свою восьмиколесную «черепаху» вперед, прикрыв грузовиков своим бортом. Ремонтники сыпанули из машины. Пули уже знакомым цоканьем постучали по броне. В ответ Сашкин стрелок крутанул турель и хлестнул огненной струей по саду. Он прошел по нему как садовник — хлопки патронов КПВТ расцвели яблоневым цветом, полетели срубленные ветви и листья. Огонь оттуда на время стих.
БРДМ и ремонтная машина уже ушли далеко вперед, за перекресток дорог. Пулеметчик заметил, как румынский БТР-80, бешено вращая скатами, несется по сходящейся дороге. Он торопился вскочить на перекресток впереди, отрезав Асу путь к отступлению. Сашка выжал газ, машина рванула вперед. Сжав руки до белизны в костяшках, Ас гнал броник к развилке. Только бы проскочить ее раньше румына! Сашкин стрелок, дав короткую очередь из КПВТ, чуть тормознул противника. Это спасло их — Ас выскочил на перекресток первым, его догонял чужой БТР. Теперь румын висит на хвосте, и самое плохое — у него больше скорость. Неожиданно в корму машины что-то сильно врезалось тройным ударом: «Бум! — Бум! — Бум!» В кабине Аса загрохотали какие-то железные обломки, сверху закапало масло. Дорога шла под склон. Мотор заглох, бэтээр скатился и встал. Ас и его напарник не вылезли — просто вылетели из машины. Бросились в кювет и залегли, готовясь к бою. Но «чужак» так и не появился из-за холма — десант ведь был уже высажен, а бэтээр в бой вступать не захотел. Напарник сбегал в деревню за трактором. Изувеченный приднестровский бэтээр отбуксировали на ремонт. Машина получила в корму три крупнокалиберных патрона из КПВТ. Они сделали солидные дыры в корме и снесли половину мотора.
Машину вскоре восстановили, но Саша стал горячо рваться в пехоту. В закрытой стальной коробке на него стали нападать приступы клаустрофобии. Хотелось вырваться наружу, на солнце и воздух. В душу вползал липкий страх, предчувствие того, что он заживо сгорит. Ведь БТР — великолепная мишень и потенциальная могила. Появился и случай избавиться от БТРа, но он не захотел им воспользоваться.
«Эй, мужик, есть разговор!» — Аса как-то подозвали к себе шесть местных ополченцев. Почуяв неладное, он снял «калаш» с предохранителя и подошел к их костру. Он был уже бывалым воякой и для своего АК-74 использовал пулеметные магазины, патронов в них вмещается в полтора раза больше, чем в обычный. А патрон всегда был в патроннике.
Ополченцы заявили ему, что машину он, мол, использует плохо, в бою участвует слабо. И лучше ему машину отдать подобру-поздорову. Ас наотрез отказался.
— Ну, смотри, пожалеешь, — зло сказал ему кто-то, — Теперь бойся за свою спину!
— У меня в рожке сорок пять патронов, — тихо
В воздухе повисла томительная пауза. Ас сидел с автоматом с минуту, держа собеседников под дулом. Никто не дернулся к своим стволам, никто не шелохнулся. Тогда он встал, развернулся и зашагал как можно более спокойно, подавляя в себе желание обернуться. Он оглянулся лишь дойдя до близлежащего леса: все шестеро оставались сидеть на своих местах.
Новые знакомые
Война же продолжалась. Приднестровская война изобиловала абсурдом, нелепицами, темными делишками власть имущих. Следующим эпизодом в жизни Аса стала позиция у Днестра. Река текла прямо, среди садов, поворачивая за левый фланг обороны. Параллельно ей шла глиняная дамба, похожая на лимес оборонительный вал древних римлян. А за дамбой тянулась дренажная канава метра в три шириной, в обиходе названная «арык».
Добровольцы и ополченцы рыли окопы между дамбой и водокачкой, той самой, к которой ТСО отступил после боя у обелиска. Бородатый командир приднестровских ополченцев приказал окапываться впереди канавы, вплотную к лесу. Основной окоп здесь имел форму звездочки. В первой ячейке, возле «звездочки», установили и безоткатное орудие. Ас пытался убедить рыть окопы за канавой, ближе к дамбе. Ведь в ходе боя румыны могут сбить их с позиций, и тогда канава станет братской могилой для добровольцев. По густым зарослям леса противник мог незаметно подойти к позициям на бросок гранаты. Да и струя от безоткатного орудия могла бы зацепить «звездочку».
Бородач, звали его Александр Александров, вполне серьезно заявил: «Все здесь умрем!» Он был полон решимости, и рыл окопы так, чтобы нельзя было отступать. Эту позицию он покидать был не намерен несмотря ни на что. Поругались тезки сильно. Потом стала ясна и логика Александрова в установке безоткатки — у орудия отсутствовали основные детали, она не действовала. Стояла же она ради психологического эффекта. Ас же не был склонен к такому риску и показной удали. Он осознавал и ответственность за других бойцов.
В те же дни в отряд приехали Дмитрий Чекалин и Влад, профессиональные спасатели-альпинисты. Первый — темноволосый маленький, коренастый парень, второй — атлет, светловолосый и голубоглазый. Из тех, что ударом ломают кости. Он мог держать на пальцах вытянутой руки двадцатикилограммовый ящик. Ему больше подошел бы в руках не «калаш», а ДШК. Былинный богатырь, он и сам любил былины. [22] Дима Чекалин и Александров что-то там сильно не поделили.
22
Увидев его впервые, я подумал, что он чем-то похож на Петра Малышева — только почти вдвое крупнее.
Где-то в начале июля Аса ночью разбудил сильный гул. Включил радио. Там стоял крик: «Какой пи…рас отдал приказ выводить войска ночью?!» В ответ шло что-то невразумительное. А что случилось? Какой-то человек («вредитель») приехал и предложил приднестровским гвардейцам незамедлительно оставить позиции, так как по условиям перемирия они переходили к румынам. Гвардейцы дисциплинировано снялись с мест и сели в машины. Объект «Крепость», мимо которого они двигались, предупрежден о ночном передвижении не был. Логично сочтя колонну за противника, «Крепость» открыла огонь и разгромила ее. В первых двух-трех грузовиках в живых не осталось никого. Кровь лилась из кузова ручьями. Знакомый Аса — местный четырнадцатилетний парнишка-молдаванин, заработал автомат, вынося трупы. А за несколько дней до того малец выпросил у Аса гранату Ф-1 и вкатил ее в подвал, где румынские бойцы собрались пить вино. Итог — четыре трупа. Вот он, современный пионер-герой.