Русские народные говоры

Иванов Валерий Васильевич

Или, например, факт сохранения в говорах формы именительного падежа единственного числа — свекры (при литературном свекровь) при сравнении его с тем, что и в памятниках древнерусской письменности широко известна эта форма, дает возможность утверждать, что в далеком прошлом она была живой в русском языке и что те говоры, которые ее сохранили, отражают более древнюю ступень в развитии этого явления, чем литературный язык, в котором вместо древнерусской формы именительного падежа употребляется теперь исконная форма винительного падежа единственного числа.

Таких

фактов можно привести очень много. И все они вполне подтверждают ту общепринятую точку зрения на значение изучения местных диалектов, о которой говорилось выше.

Но особое место в изучении процессов развития русского языка принадлежит не столько описательной, сколько исторической диалектологии.

Описательная диалектология ставит своей задачей изучение современного состояния того или иного говора. Конечно, такое изучение невозможно без исторического осмысления фактов современных говоров, но в задачи описательной диалектологии не входит изучение развития структуры данных говоров на протяжении ряда эпох. Наоборот, историческая диалектология имеет целью вскрыть пути исторического развития языковой системы диалектов, показать, как на протяжении длительного времени изменялась эта система, какие явления возникали в ней, какие явления умирали. Правда, такое изучение диалектов связано с целым рядом трудностей.

Изучать историю диалектов можно в общем двумя путями. Один путь — путь последовательно ретроспективного изучения. В этом случае исследователь, анализируя современную структуру интересующих его говоров, пласт за пластом снимает новообразования в них, вскрывая за этими новообразованиями ту прошлую языковую систему, которая характеризовала эти говоры в древности. Так, например, было проведено исследование истории Можайских и Коломенских подмосковных говоров. И таков единственно возможный путь исследования истории диалектов при отсутствии письменных источников прошлого.

При наличии же письменных источников возможен и иной путь — путь изучения истории диалектов от прошлого до нашего времени при корректирующих показаниях современного языка. Однако при таком изучении требуется весьма осторожный подход к письменным памятникам, на которые в основном опирается исследователь и которых часто бывает явно недостаточно. К тому же не все памятники равно доброкачественны в отношении языкового материала, представленного в них. Необходим и очень осторожный подход к интерпретации языковых явлений, находящих свое отражение в письменных источниках. Попытки рассмотрения истории говоров от прошлого к настоящему при помощи данных письменных памятников были сделаны при изучении подмосковных Волоколамских, а также Шуйских говоров.

Как представляется, именно изучение истории развития диалектов может наиболее плодотворно сказаться на изучении истории всего русского языка в делом. Однако ныне историческая диалектология только еще начинает по-настоящему развиваться.

2

Изучение русских говоров тесно связано с историей русского народа и помогает ее изучению.

Историк зачастую не может обойтись без данных диалектологии для решения вопросов о судьбах того или иного народа, о группировках населения на определенной территории, о колонизационных движениях народов, о их связях и отношениях в то или иное время. Это объясняется тем, что распространение

говоров по различным территориям является как бы следом пройденного народом исторического пути. Поэтому такие данные о распространении говоров, о их границах всегда должны учитываться историками.

Известно, например, что один из крупных русских историков М. К. Любавский, основываясь лишь на данных диалектологии, пришел к выводу о продвижении русского населения в эпоху нашествия половцев, а затем татар с юга на север, вплоть до Тверского княжества — нынешней Калининской области [42] .

Коренной вопрос русской истории — вопрос о времени и путях формирования русской нации — не может быть решен историками без лингвистов, в частности без диалектологов.

42

М. К. Любавский, Образование основной государственной территории великорусской народности, Л., 1929, стр. 8.

Еще более сильна обратная зависимость диалектолога от знания истории народа. Для того чтобы не ошибиться в выводах об истории развития тех или иных языковых явлений, диалектолог всегда должен проверять их, опираясь на факты истории народа. Нельзя, например, правильно понять причины распространения аканья на север, если не учесть исторической роли Москвы и Московского государства. Нельзя понять, почему именно в Курско-Орловских говорах сохранился архаический тип яканья, если не учесть, что в определенный исторический период эта территория была оторвана от остальных русских земель и говоры, ранее единые, начали развиваться по несколько особым путям.

Таким образом, знание диалектологии помогает историку решать вопросы, связанные с историей народа, а знание истории помогает диалектологу правильно решать проблемы языкового развития.

3

Диалектология имеет определенное значение для писателя и литературоведа.

Общеизвестно, что в произведениях художественной литературы, в совершенно определенных стилистических целях, писатели часто употребляют отдельные особенности диалектов, так называемые диалектизмы.

Введение в ткань художественного произведения, написанного литературным русским языком, слов и выражений, присущих тем или иным говорам — диалектизмов, — преследует большей частью цель придания местного колорита речи героев; поэтому в основном они и вкладываются в уста персонажей произведения, в то время как язык самого автора остается свободным от этих диалектизмов. Впрочем, так бывает не всегда: иногда диалектизмы употребляются автором и при описаниях, а не только в речи героев.

Следует ли вводить диалектизмы в литературные произведения?

Известно, что в 1934 г. возникла целая дискуссия по вопросам языка художественных произведений, в частности по вопросам использования диалектизмов в художественной литературе. Дискуссия возникла в связи с обсуждением романа Ф. Панферова «Бруски», в который автором было введено огромное количество как диалектизмов, так и слов профессиональной лексики. На дискуссии А. М. Горький говорил: «У нас в каждой губернии и даже во многих уездах есть свои «говоры», свои слова, но литератор должен писать по-русски, а не по-вятски, не по-балахонски».