Русалки. Выбор
Шрифт:
Но поисковик следовать приглашению не спешила:
— Так вы в курсе?
— Разумеется. Она всё-таки моя внучка. К тому же совсем недавно едва выкарабкавшаяся из очередной передряги.
— Но вы не вмешиваетесь?
Он покачал головой:
— Это её жизнь. Если что я и понял с дочерью, так это то, что иногда близким просто нужна свобода. Вале я, к сожалению, её дать не могу, защитить она себя не способна, а желающие поквитаться со мной через неё не переводятся. Света же в большинстве случаев уже может за себя постоять. А для тех случаев, когда не может,
Светина крестная замерла с недоснятым сапогом. Подобное объяснение действиям настоятеля по отношению к дочери и внучке было для неё совершенно неожиданным. Но, если подумать, что-то в нём было.
Не став дожидаться гостьи, хозяин квартиры ушёл в гостиную, так что ей ничего не оставалось кроме как последовать за ним.
— О чём вы тогда хотели поговорить, если не о Свете?
— Вы сможете провести стабилизацию превращений? — вопросом на вопрос ответил настоятель Храма.
Не понимая, к чему этот вопрос, поисковик тем не менее кивнула:
— Конечно. Обычно она нормально проходит и без посторонней помощи. Взрослая русалка в этой ситуации нужна только для подстраховки.
— Какого рода подстраховки? В качестве «Зеркала»?
Похоже, вопросом храмовик успел поинтересоваться. «Зеркалом» называлось заклятье, на короткое время связывающее двоих разумных так, что все изменения, происходящие с телом одного, происходили и с другим. В случае с неправильно идущей стабилизацией, взрослая русалка связывала себя с стабилизирующимся.
Никак комментировать это Лена не стала. Просто подтвердила:
— Как наиболее частый из вариантов. — И всё же не удержалась: — А почему вы спрашиваете? Если из-за Светы, то ей теперь до стабилизации не меньше четырёх, а то и пяти лет. И то если снова поле не размотает.
— Насчёт Светы я в курсе. И нет, её мой вопрос касается только косвенно. В Храме есть неофит — нестабилизировавшаяся русалка с полем опасно близким к началу стабилизации. Так что я хотел попросить вас присмотреть за ней. Повесить маячок, проконтролировать, если понадобится.
Такой ответ удивил, но, разумеется, отказываться поисковик не стала. В конце концов такого рода помощь была долгом любой взрослой русалки. А она к тому же была поисковиком. Да и настоятелю вполне возможно была обязана жизнью. Ведь это он, по словам Илины, тогда открыл портал для них из западни. Понятно, что спасал Свету, но ведь не перенёс только её, а именно что открыл переход.
— Чтобы создать маяк, мне нужно её увидеть, — предупредила поисковик.
К такому ответу храмовик оказался готов, так что, кивнув, открыл портал, ненадолго скрылся в нём и вернулся уже со смутно знакомой Лене девушкой. Явно уже совершеннолетней и взрослой не только по паспорту, но и умом. Судя по тому, как она вздрогнула, неофит Храма явно её узнала.
— Настя — Елена, — представил их друг другу настоятель Храма.
Два обычных имени, понять по которым что-то невозможно. Впрочем, кроме имени было же ещё и поле. Взрослая русалка перешла на магическое зрение. Насчёт стабилизации настоятель не ошибся, та действительно была
— Постарайся не усиливать эти изменения, пока не стабилизируешься. Думаю, это вопрос ближайшей недели-двух. На храмовом поле стабилизировать превращения можно, но гораздо сложнее. И без целителя уже рискованно. А найти свободного сейчас будет затруднительно.
Настя
Того, что о помощи с её стабилизацией настоятель попросит Елену Миллиос, Настя не ожидала, хотя наверное стоило бы. Знала же, что та привязана к его внучке. О её роли в той истории, год назад и подтолкнувшей девушку покинуть школу и искать лучшей доли, девушка знала. Оставалось надеяться, взрослая русалка её не вспомнит. Всё-таки виделись они лишь мельком: в школу её привела, к счастью, не поисковик Энска. Знала ли потомственная русалка и подруга директрисы о том, кто именно «сливал» информацию о школе людям из лаборатории, Настя понятия не имела. Но сообщать об этом точно не собиралась.
Новость о том, что её поле начало изменяться на храмовое, ошарашила. Да, чего-то такого стоило ожидать, но Настя не ожидала. Не сейчас, когда в медальоне горела лишь одна искорка непонятного цвета.
— Не думаю, что об этом стоит волноваться, — успокоил её настоятель. — Изменения, даже если они будут в ближайшее время, не перестроят всё поле сразу. Это постепенный процесс.
Поисковик спорить не стала:
— Вам виднее. Я раньше не сталкивалась с таким. Только читала.
— Поле тех, кто приходит в Храм, перекрашивают боги. А добиться их внимания мгновенно практически невозможно, — пояснил Благословленный Огненной. — Поэтому и изменения в поле постепенны.
— А в остальном, чем мне это грозит? — не удержалась от вопроса Настя. — Ну, смена цвета поля? Оно сможет удерживать больше энергии?
— Возможно, — это прозвучало так, словно русалка в этом очень сомневалась.
— Сможет, — заверил Настю храмовик, строго глянув на вторую гостью. И больше явно для неё, чем для Насти уточнил: — К тому же для собственно храмовой магии способность поля к удержанию энергии не играет никакой роли.
— Вам виднее, — повторила поисковик. И сообщила: — Маячок я поставила, так что о начале стабилизации узнаю и перенесусь. Если, конечно, защита Храма меня пропустит.
— Об этом не беспокойтесь.
Повисла неловкая пауза. Елена Миллиос явно искала предлог для того, чтобы уйти, Настя просто предоставила вести разговор старшим и исподтишка осматривалась, а настоятеля, кажется, чем-то отвлекли. Ничем иным его отсутствующий взгляд девушка объяснить не могла. Подтверждая эту теорию, мужчина потянулся к одному из артефактов, висящих на цепочке на шее. Одновременно вздрогнула поисковик. Глаза чуть заметно сверкнули синевой, а потом её взгляд тоже устремился куда-то вдаль.