Русалка
Шрифт:
– Завтра.
– Здесь?
– Нет, не здесь. В городе. В парке. Ты найдёшь, где это. Завтра в полночь.
Она встала, сладко потянулась всем телом и легко ступая босыми ногами по песку, направилась к воде. Она входила в море медленно, постепенно исчезая в нём. И когда над водой остались только её плечи, Лена повернулась к берегу и помахала ему рукой.
– Андрей!
– крикнула она.
– Я не шутила! Это правда! Ты мне это уже говорил!..
Потом она оттолкнулась ото дна и поплыла прямо по лунной дорожке,
8.
– Я познакомился с девушкой, - сказал Андрей.
Света оторвалась от куска картона, на котором она что-то рисовала карандашом, и улыбнулась. В глазах её промелькнули хитрые искорки.
– Красивая?
– Да, - ответил Андрей.
– Очень. Очень красивая...
– Здешняя?
– Нет. Туристка. Как и мы.
– А как её зовут?
– Лена.
– Хорошее имя, - задумчиво проговорила Света.
– Не такое, конечно же, хорошее, как "Светлана", но всё же...
– Ладно, ладно, - усмехнулся Андрей.
– Сиди себе, и рисуй молча... Давно ты что-то не рисовала...
– А я раньше рисовала?
– невинно осведомилась Света.
– Ну да! И довольно хорошо. Мне, во всяком случае, нравилось. Однажды...
– Андрей запнулся и губы его растянулись в медленной, чуть смущённой улыбке.
– Я...
– сказал он.
– Что?
– спросила Света.
– Ну? Говори же! Говори!
– Я вспомнил, - ответил Андрей.
– Ты раньше много рисовала... Ты... Художник... Правильно? Твои картины... Выставки... Выставки... И маленькая акварель... Та, где горы... Да?
– Молодец. Умница, - Света встала, подошла к нему и чмокнула в щёку.
– Поздравляю тебя. Ты вспоминаешь...
9.
Андрей нашёл Лену возле фонтана. Неизвестно, почему он решил, что она должна ждать его именно в этом парке (даже не парке, а небольшом скверике, расположенном на пересечении Главной улицы и Второй Соборной). Но из всех парков и скверов Виденьска он почему-то выбрал именно этот. И не ошибся.
Лена стояла возле фонтана, опершись руками о край каменной чаши, и внимательно смотрела на своё отражение в воде. На лице её была написана грусть. Она повернула лицо к Андрею и сказала...
– Жаль, что ночью фонтан не работает. Я так люблю смотреть, как капли падают в воду. Мне кажется, что тогда они напоминают маленьких озорных жеребят, скачущих на лугу.
Лена была одета в старенькие джины и коричневую куртку, на левом рукаве которой раскинулась эмблема в виде золотого орла.
Они сели на скамейку и Андрей спросил:
– Ты очень любишь море?
– Да... Очень...
– задумчиво ответила Лена.
– Но полюбила я его совсем недавно. После того, как научилась плавать. Тогда я перестала бояться моря, и полюбила его. Трудно любить то, чему ты не доверяешь, или чего ты боишься. Очень трудно. Невозможно...
Андрей
– Жаль, что ты не умеешь плавать. Я бы взяла тебя с собой и показала бы тебе много интересного. Разные места, где мы могли бы быть вдвоём... Только вдвоём...
– Там очень красиво?
– Там прекрасно. Необыкновенно. Ты даже и представить себе не можешь, насколько там прекрасно. Ты когда-нибудь в своей жизни видел на морском берегу камни красного цвета?
– Красного цвета?!
– Да. Красные камушки. Гладкие, как обыкновенная морская галька. Они откалываются от огромной скалы у берега и море уносит их с собой, а потом, сгладив все их острые и сердитые края, возвращает обратно... И укладывает их на берегу словно какие-то сказочные ягоды, выросшие в море... А сама эта скала, от которой рождаются красные камушки, сплошной громадный обломок ярко-красного цвета, неизвестно как попавший в море... И та его часть, что скрыта в море, смутно проступает сквозь зеленоватую толщу воды, как румянец сквозь загар...
– Загар не бывает зелёным...
– Я знаю. Это я так... Для сравнения... А ещё, там очень мягкий песок. Очень мягкий и очень белый. Он укутывает пляж пушистым одеялом словно самый настоящий снег. И так же искрится и переливается на солнце... И по нему идёт тропинка. Тропинка, засеянная травой. Нежной зелёной травкой, по которой так приятно ступать босиком. Странно, правда? Тропинка, и вдруг засеянная травой! Да?
– Обычно бывает наоборот. Обычно тропинки на газонах засыпают песком...
– Я знаю. Но там всё необычное. И тропинки, и песок, и море... Даже сам воздух там какой-то необычный... какой-то... особенный, чистый... лёгкий...
– После твоих рассказов мне так захотелось всё это увидеть своими собственными глазами...
– Да... Жаль, что это невозможно...
– Невозможно? Почему?
– Ты же не умеешь плавать.
– Научи.
– Научить?
– Ну да! Ты же тоже не умела. А потом научилась. И я хочу научиться.
– Хорошо. Приходи завтра на пляж.
– В полночь?
– В полночь.
– Лена...
– Что?
– Ты вчера сказала... Что я тебе уже однажды говорил... о том... что ты красивая. Это...
Лена улыбнулась и произнесла:
– Я подарю тебе букет не из цветов,
А из далёких звёзд - детей полночной тьмы,
Из расплескавшихся от сладкой боли слёз,
И из небес рассветной синевы...
У Андрея сжало горло. Он почувствовал, как что-то у него в груди дрогнуло, словно струна, отозвалось в ушах нежным звоном серебряных колокольчиков и затаилось, спряталось в шелестящей листве деревьев.