Русалка
Шрифт:
— Я говорю так не только потому, что он брат моего мужа! Нет, поверьте, Ирина! Я о Петре очень высокого мнения! Он честный, надежный и очень добрый человек! Где-то, согласна, категоричный и гордый, но это у них в крови, мой Николай такой же! Для них честь и достоинство превыше всего, и это не просто высокопарные слова! — Вера говорила страстно и вдохновенно, ей хотелось столько поведать Ирине, что он боялась сбиться с мысли. — Я не пытаюсь заставить вас переменить мнение, вы взрослая девушка, но я взываю к вашему благоразумию! Ирина, через неделю вы будете женой человека, которого….
Тут
— …которого презираете? — печально закончила Ирина. — Вы этого не договорили? Я не испытываю к Петру Сергеевичу теплых чувств, и, навряд ли, они когда-то вспыхнут в моей душе.
Вере стало страшно, она сжалась изнутри, сердце забилось чаще. Она и не подозревала, что Ирина в тот момент испытывала аналогичные чувства.
Почему ей все твердят, что Ракотин — хороший? Почему никому не придет в голову, что она сама способна разобраться что к чему!
— Ирина, простите меня, — Вера как-то сразу сникла, её голос потух, она стала говорить тише. — Я не имела права заводить подобный разговор. Просто…. Мой брак с Николаем второй, до этого я была замужем за человеком, которого выбрали мои родители. Я ничего плохого не могу сказать о первом муже, он был неплохим человеком, но, поверьте моему опыту, брак без любви ужасен!
У Ирины в горле образовался ком, она из последних сил держалась, чтобы не расплакаться прилюдно. Вере каким-то удивительным образом удалось пробиться через невидимую стену, которой окружила себя Ирина в защите от окружающего мира.
— Что вы от меня хотите? Чтобы я взяла вот так и полюбила Петра, только потому, что этого все хотят?
— Нет! — воскликнула Вера и по наитию взяла дрожащие руки девушки в свои. — Что вы… Конечно, нет! Человека нельзя полюбить потому что….
Потом Ирина ничем не сможет объяснить свой поступок, но в тот момент он показался ей таким естественным и простым. Она крепче сжала руки Веры и прошептала, резко, отрывисто, на одном дыхании:
— Я боюсь!
Вера замерла.
— Кого? Петра? — она тоже перешла на полушепот.
— Нет…. Я….
Где-то рядом вспорхнула притаившаяся птаха, и, наваждение, которое завладело Ириной прошло. Она выпрямилась и затравленно посмотрела на Веру, но решительно покачала головой и даже сделала шаг назад, разорвав теплоту и интимность рукопожатия.
— Вы боитесь самого брака? — догадалась Вера, но настаивать на ответе не стала, побоялась, что Ирина сейчас развернется и побежит к дому. — Не надо, ничего не говорите! Вы молоды и…, - она дружелюбно улыбнулась. — Вот видите, я тоже волнуюсь, и сбиваюсь с мысли. Совсем скоро мы станем одной семьей, и я бы очень хотела, Ирина, чтобы мы с вами подружились.
Сил, чтобы ответить, у Ирины не было, и она просто кивнула.
— А ещё я вас очень прошу, — прошу, как человека, как женщину, дайте Петру шанс! Присмотритесь к нему, не будьте столь суровы! И, возможно, — я искренне в это верю, и буду за это молиться, — в ваших отношениях что-то изменится!
Последовал ещё один слабый кивок.
Вскоре
— Дорогой, я уже успела соскучиться, — сладко пропела она, заглядывая любимому человеку в глаза.
Ирина почувствовала, как по груди распространяется боль, точно её укусила ядовитая змея. Как естественно Вера улыбалась мужу, с какой нежностью смотрела на него, и он отвечал взаимностью! В их движениях не было пафосностни, они искренне делились друг с другом нежными чувствами.
Оставшись без Николая, Петру ничего не оставалось делать, как подойти к Ирине и предложить ей свою руку.
— Прошу, — коротко сказал он и внутренне приготовился к отпору.
Прошло мгновение, за ним другое…. Тонкая девичья рука нерешительно поднялась и опустилась на его крупное запястье. Если бы в тот момент под Петром развернулась черная бездна, он был бы удивлен меньше. Он, прищурившись, посмотрел на девушку, гадая о том, где скрывается подвох, и что за этим последует.
— Благодарю, — коротко ответила Ирина, опасаясь, что сейчас не выдержит напряжения и развернется в направлении дома.
С ней творилось что-то невообразимое! Куда подевалась её смелость? Почему она вдруг оробела и смотрит на будущего мужа затравленным взглядом?
Дать ему шанс…. Легко сказать! А что делать, когда в твоей душе зарождается мучительный, панический страх, стоит только подумать, что этот человек в скором времени будет иметь право на твоё тело?
Сначала Ирина думала, что если навсегда отвратит его от себя, то он оставит её в покое, и, возможно, позволит вести тихую жизнь в глуши деревни. Но потом она пришла к выводу, что нет, подобного он не допустит. Ракотину понадобится наследник. И она должна будет его ему родить!
Даже в лучах осеннего солнца по телу Ирины прошла дрожь, Петр почувствовал, как девушка вздрогнула, и с некоторой тревогой поинтересовался:
— Вам холодно, Ирина Васильевна? Может быть, вернемся в дом? Или позвольте предложить вам сюртук?
Ирина покачала головой.
— Не надо, все хорошо, — она говорила тихо. — Я часто мерзну даже в самую теплую погоду. Батюшка частенько надо мной подшучивает по этому поводу, — она нервно сглотнула и приказала себе успокоиться. Ничего Ракотин с ней не сделает, в конце концов, они находятся в саду и в обществе ещё одной пары. Да и привыкать ей надо к нему…
— Я тоже заметил, что вы постоянно кутаетесь в шаль, — Петр не мог поверить в то, что они спокойно беседуют, и внутренне готовился к тому, что Ирина снова его оттолкнет и унизит безразличием. — В детстве, наверное, часто болели?
— Напротив, я практически не страдала простудными заболеваниями, — она не стала говорить, что постоянно стала мерзнуть после смерти матушки, и решила сменить тему на более отстраненную. — Как поездка в Петербург? Вы уладили все дела?
— В основном, да. Сезон в Петербурге ещё не начался, многие нужные мне люди находятся в загородных поместьях или отдыхают на водах, но поездкой я доволен. А как вам Россия? Наверное, трудно было заново привыкать жить на Родине?