Русалка. Поиск
Шрифт:
– Так это твоя камера? – остолбенел Веня.
– А ты чего так удивился? Нормальная камера. Я ее у мальчишек одолжила. Держит лучше всякого надувного матраса. И небольшая, в любом месте по речке проходит.
– А кто же тогда... – пробормотал Веня.
– Что – кто? – спросила Варя.
Но Веня ей не ответил. Взглянув на Варю, он понял, что ей сейчас лишняя информация ни к чему. Справиться бы ей со своими недавними страхами.
Сам же Веня думал теперь только об одном... Если и камера Варькина, и приплыла на ней она, и молчала она, то кто же передразнивал
Глава 7
РОБИНЗОН КРУЗО
Хорошо просыпаться, когда все в порядке!
Во-первых, Веня вспомнил, что вчера вечером не забыл позвонить маме, и она разрешила ему погостить у Вариной бабушки. То есть с родителями все проблемы были улажены. Во-вторых, он прислушался к Варькиному сопению, которое доносилось из соседней комнаты. Двери не было, а висела только занавеска. И под этой занавеской, как сторож сразу двух хозяев – Вари и Вени – спал Пятачок. Правда, спал совсем не как сторож, а полностью погрузившись в известный только ему одному сон. И солнечный зайчик согревал его черненький бок.
Висящие на стене часы зашипели. В них открылась дверца, и старая кукушка с трудом досчитала до десяти. Веня удивился: как же он ночью не слышал этих звуков? Значит, крепко спал.
А вот Варя с Пятачком крепко спят до сих пор. И когда же они проснутся? Пятачок, конечно, не очень нужен был Вене – пусть себе спит, сколько ему вздумается. Хоть целый день. А Варькиного пробуждения он ждал с нетерпением.
Вчера они возвращались от Русалочьего омута так поспешно, что это вполне можно было назвать бегством. Даже автомобильную камеру позабыли забрать с собой. Варька летела как угорелая, не отвечая на Венины расспросы. Так они и бежали до самого дома – впереди Варька, за ней Пятачок, а Веня едва поспевал за ними. Веня даже обиделся, но потом понял: Варе сейчас не до разговоров. А потом на них, как наседка на убежавших цыплят, набросилась Варина бабушка. Почему-то при этом она жалела мини-пига, который, по ее мнению, настрадался во время бродяжничества. «Страдалец» только косился на морковку, которой бабушка размахивала во время своих причитаний. Наверное, Пятачок жалел, что морковка, которая ему в конце концов досталась, не очень больших размеров.
Веня покашлял. Поскрипел кроватью. Встал наконец, оделся. Но разбудил он своими движениями лишь Пятачка. Поросенок взглянул на Веню, потом заглянул под занавеску. Варька дрыхла по-прежнему, как Спящая Царевна. И тут Пятачок, как Принц, подлез под занавеску, процокал копытцами к ее кровати, встал передними ножками на подушку и принялся обнюхивать своим пятачком Варин нос.
Как же она чихнула! Поросенок отлетел от кровати, как будто его ветром сдуло. Он сел на пол и посмотрел на Веню, словно ища у него сочувствия.
– Молодец, Пятачок! – похвалил его Веня, на всякий случай постучав о притолоку перед входом в Варину комнату. – Вот и собрал нас вместе. Понимаешь, он уже полчаса хочет нас разбудить, – соврал он Варе. – А мы спим.
– Откуда же ты знаешь, что полчаса? Ты же спал, – улыбнулась она.
– Да я так, некрепко
– Например?
– Ты, например.
– Не очень умно! – обиделась Варя.
– Да я в смысле – твои вчерашние приключения. Ну-ка давай, рассказывай.
– О, мои дорогие, проснулись! – раздался бабушкин голос. Как будто и не было ее вчерашней строгости. – А у меня чего только нет! И оладушки, и сметанка, и мед, и редисочка, и лучок прямо с грядки.
С каждым новым словом хвостик Пятачка делал новый оборот. Если бы бабушка продолжила дальше, поросенок взлетел бы, как вертолет.
Веня с Варей разочарованно переглянулись. Ясно, что бабушка не отстанет, пока не накормит их до отвала. И как тут будешь говорить про лабиринты и приваленные камнем двери, если она рядом?
Веня пошел на хитрость.
– Сейчас! Только умоемся. Мы же не поросята, – улыбнулся он. – Пятачок, пойдешь с нами? Мы на минутку – в речку окунемся.
Но Пятачок все-таки был поросенком. Вместо речки он предпочел остаться на кухне.
– А зачем вам на речку? – насторожилась бабушка. – Вчера не накупались? Вон, во дворе умывальник.
– Ну бабушка! – заныла Варя. – Веня гость, пусть делает, как ему интересно.
Бабушка только рукой махнула. Пятачок, воспользовавшись моментом, растворился где-то в складках скатерти, свисающей с кухонного стола.
А Варя с Веней выскользнули на крыльцо. Они быстро отбежали от дома, но по лугу к речке пошли уже не торопясь. Какая может быть спешка, если разговор такой важный?
– Ну, рассказывай, – приказал Веня. – С самого начала.
Варя задумалась. В каждой истории самое трудное – найти начало. С чего начинать? Как Варя вышла из дому, или пошла по тропинке к речке, или поплыла по течению на автомобильной камере? Где тайна началась?
Веня ей помог.
– Откуда этот Воробей появился? – спросил он.
Но этим лишь запутал Варю.
– Какой воробей? – удивилась она.
– Голубь. Твой почтальон.
– А!.. А почему ты сказал воробей?
И Веня понял, что рассказывать придется им обоим. Тем более, что Варе было интересно узнать и о делах профессора Иванова, которого, наверное, без поросенка с удовольствием пустят в Англию, и о странном мальчишке с голубем Воробьем, и о том, каким образом Веня догадался, где она может находиться.
Но все равно Венин рассказ оказался намного короче, чем Варин. Потому что не содержал в себе никаких тайн. Кроме, конечно, тайны Русалочьего омута. Но об этом он решил поговорить отдельно, после обмена информацией.
– Вчера я взяла читать «Робинзона Крузо», – начала Варя.
Веня вздохнул. Только бы не стала она пересказывать содержание!
– И догадалась, что бабушка собирается меня на грядки посадить, – продолжила Варя.
– Как морковку? – хмыкнул Веня. – Ты о деле говори!
– Не как морковку, а как пропольщицу. А я ужас как не люблю это занятие. Ну, я и улизнула. С книжкой на речку.
– Короче! – напомнил Веня.
– Там я читала-читала, потом купалась-купалась, опять читала-читала...