Русь Inc
Шрифт:
Короче говоря, когда первые сотни монголов начали переваливать через дальние хребты холмов, их уже ждала выстроенная армия. Даже шляхетский балаган князей удалось худо — бедно, но запихнуть на позицию.
По центру фронта встали все четыре роты щитовой пехоты. Сплошной стеной, протяженностью в четыреста метров. Перед ними — линия 'испанских козлов', называемых в просторечье рогатками. Эти нехитрые сооружения быстро собрали из заготовок прямо на месте. В трехметровых бревнах основы коническими нагелями фиксировали заранее изготовленные колья. Сборка каждой такой 'рогатки'
За щитовой пехотой стояли роты лучников, построившись колоннами — по пять бойцов в ширину с такими промежутками, чтобы полностью занять прикрываемое первой линией пространство.
Следом, на удалении шагов в пятьдесят, располагались аккуратные квадраты легионеров. Десять на десять. Их Георгий вывел в резерв для прикрытия прорыва или глубокого охвата. Там же располагался отряд легкой венгерской кавалерии. На этом этапе боя она была не нужна. Обозные и прочие, стянули немногочисленные телеги в круг, и засели за ними сразу позади боевых позиций.
На правом фланге разместился батальон кирасир. Всего четыреста всадников, но за ними была уже ТАКАЯ репутация, что и эта умеренная численность выглядела внушительно. Князь их поставил там из-за того, что, даже несмотря на близость реки, грунт был тверже. А для красавцев, которые с всадником и 'полной выкладкой' весили порядка двенадцати центнеров — это являлось немаловажным фактором.
На левом же фланге Георгий поставил сводные силы князей. Около тысячи восьмисот человек. Сильный дисбаланс налицо, но Георгий был счастлив и тому, что смог таки хоть как-то разместить в боевых порядках эту практически неуправляемую толпу. Сами-то дружинники вполне себе нормальные, адекватные люди. Да и князья, в целом тоже. По одному. А вот как вместе соберутся, то все. Тушите свет. Даже сейчас, в виду врага на левом фланге шло постоянное движение и определенная нездоровая активность.
Монголы же все переваливали и переваливали через холм, втягиваясь на поле. Некоторое замешательство прошло. Бату решил дать бой. Диспозиция и общая обстановка его устраивала.
— Бог мой! — Не выдержал Рихард. — Сколько же их?
— Как мы и ожидали — около тридцати тысяч, — невозмутимо пожав плечами, произнес Георгий. На самом деле он знал численность противника с точностью почти до человека за счет БПЛА и компьютерной обработки, но зачем смущать человека? В те времена такая осведомленность вызывала сильные подозрения, потому что нередко даже сам командир не ведал, сколько у него под командованием людей. Только в общих чертах.
— И ты так спокойно об этом говоришь? — Удивился германец.
— Я знал, на что иду. Не переживай. Мы выиграем.
Но вот все закончилось.
Через холм перевалил последний десяток и на весьма обширном поле, фактически части степи, встали друг перед другом две армии. В этот момент Георгий с ехидством отметил, что у монголов тоже нет железного порядка. Вся армия Бату словно клубилась от бесконечного движения всадников. И это в какой-то мере обнадеживало. И было понятно. Суровые, драконовские законы монголов могли удерживать в узде многие народы и вести их в бой.
Со стороны противника вперед выехало несколько всадников.
Георгий немного подумал и неохотно двинулся им навстречу с десятком кирасир сопровождения.
— Говорили, что ты уехал в Хорезм, — усмехнувшись, произнес князь, когда они поравнялись с Берке и его небольшой свитой.
— Злые языки на меня наговаривают, — пожал плечами тот.
— Твой хан привел всех своих людей?
— Тебе мало? — Повел бровью Берке с некоторым удивлением.
— Я рассчитывал на большее. Не уважает меня хан, если приходит со столь малым войском.
— Ха! Наглец. Хан предлагает тебе покориться. Ему нравятся смелые и удачливые командиры.
— Ты же помнишь — у меня долг крови.
— Ты искупил его, убив многие тысячи наших воинов. Там, под Москвой.
— Это все, что ты хотел мне сказать?
— Хан дарует тебе прощение и службу. Это очень ценный подарок. Редкий воин его заслуживал. Но ты все равно будешь драться?
— Anan por-ghal, — произнес князь, твердо смотря в глаза Берке.
— Ты так уверен в победе? — Удивился тот. — Ты же умрешь!
— Dum adu'nala.
— Я… я был рад знакомству с тобой, — после затянувшейся паузы произнес брат хана Бату и, кивнув Георгию на прощание, направился обратно. А князь к себе.
Хан тянуть не стал и властным махом руки отправил в атаку полный тумен общинников — десять тысяч легких кавалеристов. Степное ополчение. Стеганый халат, легкое копье и щит. Ничего серьезного, но их много! Бату прекрасно понимал, что такое пехота с копьями наперевес. Слышал от своих китайских советников. Но даже они скептически оценивали устойчивость столь жидкого строя. Поэтому хан не сомневался — тумен сомнет центр и завязнет в рукопашной схватке. Заодно и кавалеристов противника вынудит выступить.
Это была жертва, но вполне осознанная, да и, по большому счету несерьезная — общинников он всегда считал лишь расходным материалом.
Волна всадников на приземистых, мохнатых лошадках накатывала медленно, но неумолимо. И бойцы щитовых рот изрядно мандражировали. Мягко говоря. Но стояли, чувствуя у себя за спиной стрелков, а впереди — очень неприятные для кавалерии заграждения. Рогатки были довольно невысокие, то есть, при желании их можно было перепрыгнуть на лошади. Но не на каждой и не всегда. Остальные же имели все шансы продолжить бег с выпущенными наружу кишками. На что и был расчет — чтобы попытались, захотели сходу форсировать преграду, выглядевшую со стороны довольно скромно.
Князь же смотрел на эту степную лаву, неумолимо накатывающую на его позиции, и ждал. Кавалерия обоих флангов была ощутимо смещена назад. Поэтому он не спешил — время и место для разгона у него было.
И вот, после преодоления противником отметки в шестьдесят метров лучные роты дали первый залп.
'Бам!' — И тысяча стрел поднялась в воздух.
Не прошло и шести секунд, как раздался новый залп, поднявший следующую тысячу стрел.