Русь Inc

Ланцов Михаил Алексеевич

Во — первых, это наемники, которые ходили вместе с купцами на корабликах. Но это уже скорее вариант морской пехоты, потому что строго полевых битв они избегали, особенно против конных противников. Хотя поучаствовать в грабежах или иных важных торговых операциях вполне могли.

Во — вторых, это ополчения. Только вот незадача — они все были городскими. Причем из числа довольно состоятельных горожан, которые, наравне с наемниками могла составлять гарнизоны городов, как регулярные, так и экстренные, собираемые при подходе врага. В полевых битвах городские ополчения, как правило, не участвовали,

так как составлялись из неопытных в ратном деле людей и пользу несли малую. Кое-что, конечно, они могли выставить в случае острой нужды. Но опять-таки, это были всадники из числа наиболее состоятельных горожан.

Из чего же комплектовали полк?

Прежде всего, из дружинников самого князя, а также его союзников, вассалов и дворян или, как в те годы говорили, поместных дворян, получавших за воинскую службу землю в прокорм. Учитывая очень умеренный уровень экономического развития региона и низкую плотность населения, для снаряжения даже одного всадника в кольчугу при копье, мече и щите требовалось изрядная территория. Это обстоятельство усугублялось слабеньким развитием ремесел, повышая дефицитность, и, как следствие, стоимость воинского снаряжения. Поэтому полк был всегда довольно немногочисленным. Великий князь в среднем мог поднять до семи сотен всадников. Плюс временные усиления из наемников, само собой, конных, вроде тех же Черных клобуков. Тысяча — полторы — это практически предел для любого великого князя, при том, что личная дружина составляла до трехсот — четырехсот бойцов.

Как вы понимаете — невеликое воинство. Впрочем, в те годы даже появление где-то даже двух — трех сотен всадников в доспехах решало многие вопросы. Ибо они были силой, с которой все вокруг вынуждены считаться.

Юрий Всеволодович спешил со всем рвением к Москве, желая успеть к десерту. Ведь после столкновения двух сильных противников всегда остается тот, кто победил. И силы победителя чрезвычайно истощены. Лучших условий для переговоров, а то и военной операции, не придумать. Однако то, что увидел Великий князь, полностью выбило его из колеи и сбило настрой. Мягко говоря.

Москва была готова, как и день назад. Все проходы в Подол были перекрыты скрепленными телегами. А войска располагались на своих позициях. Лучники ополчения — за импровизированными баррикадами в Подоле. Тяжелая кавалерия — у ворот. Арбалетчики — на стенах крепости.

Лишь в стороне, примерно в километре от городской стены, на левом берегу Яузы копошились крестьяне, возводя погребальный костер для погибших литвинов. Георгий решил развивать отношение с этим хитроумным правителем и давал ему второй аванс, погребая его воинов по обычаям их земли и веры. Рано или поздно весть о том дойдет до Вильно и, безусловно, окажется высоко оцененной. Сильный противник, относящийся с почтением к поверженным врагам — всегда достоин уважения.

Юрий Всеволодович думал долго, минут пятнадцать, не меньше. Диспозиция уж больно ему не нравилась, подбивая отказаться от агрессивных намерений. Слишком много стрелков оказалось у Георгия. Да еще на таких неудобных позициях. Но нашему герою надоело ждать и, решив поговорить, он выдвинувшись навстречу. Великий князь Владимирский также поехал навстречу. Само собой, в одиночку. Ибо те слова, которые сейчас возможно прозвучат, могут оказаться не для всех ушей.

— Я

рад тебя видеть, — фальшиво улыбнувшись, произнес Георгий Максимович, когда они достаточно сблизились с Великим князем Владимирским. Причем улыбка была настолько ненастоящей, что не пересказать, больше напоминая оскал или усмешку. — Но, к счастью, твоя помощь оказалась не нужна. Я разбил литвинов, что шли в твои земли, самостоятельно. Вон их готовят к погребению.

Юрий Всеволодович вновь завис. Он прекрасно понял, что Георгий в курсе — кто натравил этих гостей на Москву. Но зачем же он так начинает разговор?

— Чего ты хочешь? — Хмуро поинтересовался Великий князь.

— Просто поблагодарить за помощь. Ты позволил мне получить немало коней и мяса, да и какое — никакое оружие с доспехами. Полагаю, что литвины в ближайшие несколько лет никого беспокоить не будут. Просто не смогут. По крайней мере, как раньше.

— Не понимаю я тебя… — покачал головой Юрий Всеволодович.

— А чего тут не понятного? — Усмехнулся Георгий. — Ты дал мне повод разорвать наш союз, коли на то у меня возникнет желание.

— Ты так уверен в своих силах? — Хмуро поинтересовался Великий князь.

— Во время боя с литвинами я потерял всего несколько человек. Да и то — лишь раненных ополченцев. До вступления в бой конницы и арбалетчиков дело даже не дошло.

— Впечатляет… — вполне серьезно кивнул Юрий Всеволодович, оценив успех сражения. Сам он очень не любил битвы именно из-за потерь, которые всегда приходилось возмещать из собственного кармана. Далеко не такого бездонного, как хотелось бы.

— А между тем, имея столько же людей, как было у Миндовга, столицу любого княжество можно взять штурмом за три — пять дней.

— Мою столицу взять непросто.

— Намного проще, чем ты думаешь. Легкие деревянные стены, которыми она защищена, позволяют уберечься только от простого приступа. Но хватит и одного порока или иной осадной машины, чтобы довольно быстро их разбить.

— А у кого есть такие мастера? — Еще более хмуро спросил Великий князь. — Дело-то непростое.

— У меня, например. Да и я сам в них разбираюсь изрядно. Не только в пороках, но и в древних механизмах времен Аристотеля и Пифагора. Слышал о таких?

Вместо ответа Юрий Всеволодович плотно сжал губы и потер лоб. Дела складывались плохо, такие прозрачные намеки не понять было очень сложно. Можно было бы подумать, что Московский князь блефует, но пока его во лжи никто уличить не мог.

— Но мне нет нужды расширять свои владения, — продолжил Георгий после небольшой паузы. — Небольшое княжество легче оборонять, особенно, имея хороших дозорных и быстрых гонцов. А доходы…. Как я уже говорил — есть средства. Например, уже следующей весной я смогу начать продавать на сторону добротные кольчуги. И не только их. Впрочем, все это мелочи.

— Мелочи? — Удивился Юрий Всеволодович.

— Главное заключается в том, что осадные машины могу строить не только я.

— Ты прекрасно знаешь, что если найдется такой безумец, остальные князья сплотятся против него.

— Ты ошибаешься. Вы привыкли жить как барсуки в норах, подозрительно косясь на соседей. Собрать вас вместе практически невозможно. Впрочем, это все не важно. Я говорил не про нас.

— Тогда кто?

— Скажи, ты давно слышал новости из Булгарии?

— Доходили слухи, что на них напали какие-то кочевники.