Русь и ее самодержцы
Шрифт:
В исторической литературе личность Ивана IV вызывает противоречивые мнения. Н.М. Карамзин, например, резко отрицательно относится к Ивану IV, описывая «ужасы террора» и объясняя события его царствования «злой волей» царя.
Н.М. Карамзин говорит: «…Иоанн имел разум превосходный, не чуждый образования и сведений, соединенный с необыкновенным даром слова, чтобы бесстыдно раболепствовать гнуснейшим похотям. Имея редкую память, знал наизусть Библию, историю греческую, римскую, нашего отечества, чтобы нелепо толковать их в пользу тиранства».
С.М. Соловьев видит в действиях Ивана IV историческую закономерность и прогрессивность.
В.О. Ключевский критикует схему Соловьева о борьбе родового и государственного
А И.М. Катырев-Ростовский писал об Иване IV, что он был «муж чудного рассуждения, в науке книжного поучения доволен и многоречив зело», «за отечество стоятель».
Действительно, Иван IV много читал и, как говорит К. Валишевский, почерпнул много сведений из своего разностороннего чтения.
Н.М. Карамзин, отмечая негативные стороны царствования Ивана, признает, что «Иоанн Грозный в умственном отношении был одним из самых образованных людей своего времени… Блеск, юмор, огромная начитанность, логичность изложения, отличающие все его произведения, редко встречаются даже и у писателей по призванию…» и, заключая повествование об Иване Грозном, говорит, что «добрая слава Иоаннова пережила его худую славу в народной памяти».
Крымское ханство
Независимое от Золотой Орды Крымское ханство образовалось в начале XV в. в связи с разложением и распадом Золотой Орды. В 1475 г. в Крым вторглись турки и превратили крымских татар в своих данников. Турки использовали крымских татар в борьбе против славянских народов. Основным занятием крымских татар были войны и набеги с целью грабежа. Татары захватывали в плен ежегодно десятки тысяч мужчин, женщин и детей. Таким образом, Крым превратился в обширный невольничий рынок.
Жители южной России и прилегавшей к ней средней части при Анне, Елизавете и даже Екатерине жили в страхе татарских набегов, которым подвергались земледельцы; земледельцы не думали об оседлости, т. к. были готовы в любой момент покинуть свое жилище и спасаться от татар. Н.И. Костомаров считает бесспорным, что «…существование Крымского царства, которому, кроме полуострова, были подчинены на материке бродячие орды, готовые во всякое время делать набеги на Русь, было одной из главнейших причин медленности расселения русского народа на огромном материке средней и южной Руси и плохого культурного развития вообще…»
«Если и теперь мы чувствуем и сознаем нашу отсталость от Западной Европы, то в числе многих неблагоприятных условий мы обязаны этим и Крыму, — заключает Н.И. Костомаров. — Наша история пошла бы совсем иначе, если бы в XVI столетии осуществлялись замыслы тех, кто хотел овладеть Крымом. Многие говорят, что овладеть Крымом в те времена было невозможно, и потому царь Иван Васильевич обратил свою деятельность в другую сторону. Но, если глубже вникнуть в тогдашние обстоятельства, окажется, что как раз тогда и наступило самое удобное время для этого намерения».
Вот что пишет Андрей Курбский [59] ,
59
Андрей Михайлович Курбский (1528–1583) — в 1564 г. бежал в Польшу после того, как подверглись опале его друзья Сильвестр и Адашев. Бегство Курбского не было единичным явлением: ранее в Литву бежали представители знатнейших московских родов, например Бельские, Вишневецкие, Шереметьев.
Тогда и нашему царю некоторые советники, храбрые и мужественные, советовали и налегали на него, чтоб он и сам, своею головою, двинулся с великими войсками на перекопского царя, пользуясь временем, при явном божеском хотении подать помощь, чтобы уничтожить врагов своих старовечных и избавить множество пленных от издавна заведенной неволи. И если б он помнил значение своего царского помазания, да послушал добрых и мужественных стратегов, получил бы великую славу на сем свете и наградил бы его тьмами крат более Создатель Христос Бог в будущей жизни. А мы готовы были души положить свои за страдавших много лет в неволе христиан, потому что это была бы добродетель выше всех добродетелей. Но наш царь не радел об этом и едва послал только пять тысяч войска с Димитрием Вишневецким рекою Днепром, а на другое лето — восемь тысяч также водою с Данилом Адашевым и другими военачальниками; они, выплыв Днепром в море, нежданно для татар учинили в орде большое опустошение; многих убили, жен и детей их немало взяли в плен, немало освободили из неволи христианских людей и вернулись благополучно домой. Тогда мы паки и паки налегали на царя и советовали ему: или сам бы шел, или хоть бы великое войско послал вовремя в орду; но он не послушал, спорил против нас, а его настраивали ласкатели, добрые и верные товарищи трапез и кубков, друзья различных наслаждений».
Н.И. Костомаров не сомневается в правильности взгляда Курбского и отмечает нерешительность Ивана IV в Крымском вопросе. В 1557 г. Иван IV под давлением сильвестровского кружка, куда входили кроме Сильвестра и Адашева некоторые прогрессивные бояре, послал в Крым Ржевского с отрядом. Ржевский разбил татар под Ислам-Керменем и взял очаковский острог. Этот удачный поход привлек на сторону Ивана IV казачество Днепровской Украины, которое было давно готово пойти на татар и только ждало надежного союзника, под знамя которого можно было встать.
Князь Дмитрий Вишневецкий тоже предлагал московскому царю свои услуги против Крыма. Он готов был даже отдать Ивану Черкассы, Канев, казацкую Украину.
Иван не воспользовался услугами Вишневецкого, очевидно, он не хотел ссоры с Литвой, которая могла бы стать его союзником в борьбе против того же Крыма. Однако Вишневецкий сам пошел к Перекопу. Перепуганный хан не оказал никакого сопротивления и даже отпустил русского посла, которого держал в неволе.
Но Иван IV и на этот раз не решился послать войско в Крым, и в очередной раз послал туда отряд под командованием Данилы Адашева.