Рус Четвертый. Рус-4

Крабов Вадим

Два трехмачтовых судна заокеанской постройки стояли на якорях в центре бухты, по-видимому, в самом глубоком месте. К каждому была пришвартована шлюпка. На верхних палубах находилось по четверо матросов-охранников с арбалетами. Расстояние до берега Рус оценил приблизительно в полстатера. К сожалению, снизиться и залететь в дома, чтобы воочию увидеть в одном из них Гнатика, измученный отец, изнемогая от накрученной ярости, которую вызывал в себе специально (что выходило очень несложно) так и не смог. Только теперь, как чувствовал он, причина была не в «совокупной Воле», а в чем-то другом. Будто… да не «будто», а точно! теневики с лоосками

какой-то хитрой неопределяемой структурой отгородились, всю бухту невидимым «колпаком» накрыли: ни координаты снять невозможно, ни пройти через Силу нельзя. Остается пешком, по скалам спускаться… возможно, по террасе к роднику — он не охраняется… словно специально оставили, вроде приглашения. Сына держат скорее всего в самом добротном доме, который находился в окружении четырех других, поменьше. Но надо, конечно, проверять все, включая корабли. Они были чистенькими, ухоженными — то есть никуда за весь сезон штормов не ходили, а прятались здесь. С моря бухту можно было заметить только если о ней знать…

«Дигон, падаль! Надо было пришибить тебя… — мысленно взвыл Рус. — Лоос к тебе своих сучек направила, знает, кто меня ненавидит. Он же к ней в храм приходил, на меня стучал… а с другой стороны: суда никуда не отлучались, значит, не врет амулет, здесь Гнатик… и они подготовились, ждут меня… специально манят… а идти придется. Все рассчитала, гадюка!», — впрочем, по-иному богиня и не могла.

Напрямую, с использованием всех своих способностей, конечно же, не руководила — это стало бы нарушением всех правил «невмешательства», которые небожители чтят. Вот аватаром своим, в виде какой-нибудь лооски, точнее, ланитки вполне может там сидеть. Наподобие Френома, когда он сам водил войско. Но и действовать она будет как человек, как простой воин. Как маг… разве что бессмертный. Образ, разумеется, из плоти и крови, и его-то убить можно… Но эту оптимистичную мысль, как и упоминание о возможном нахождении в Проклятой бухте богини в человеческом теле, Рус ни до кого доносить не стал.

— …четыре бабы на берегу бездельничают. Расчесываются, ракушки собирают. Над ними Сила колышется — очень напоминает старую лоосскую, но… другая. Тебе не объяснить, Адыгей, да я и сам не очень понимаю что там с ней случилось. Мужиков видел всего восемь человек, шестеро из них вооружены…

— Ага, — догадался завязавший «ночной волк», — пара, значит, оборотни.

— Неизвестно сколько в домах. — Тяжело вздохнул Рус. — И еще странно: не заметил я там никакой военной организации. Ни постов, ни патруля…

— Не ждут. Местные сюда не суются. Правда, Флавий?

— Так… — неуверенно подтвердил пастух, у которого от этого открытого, не стесняясь присутствия его, постороннего, обсуждения плана нападения — сильно засосало под ложечкой.

— Друг Флавий, что с тобой? — Рус заметил тревожно-трусливое ожидание эритрейца. — Дарки! Надо было тебя сразу отсюда отправить. Куда ты хочешь? Я тебя «тропой» в любое место могу. Только, извини, уже не сейчас. После… миссии. Да успокойся ты! Хочешь, поклянусь?

— Нет! — взвизгнул Флавий. Читал он, что после подобных слов часто следует не клятва, а убийство. — Я тебе верю, господин Рус. Вот как себе верю. Даже больше. В себя часто уверен не бываю, а тебе — как отцу родному доверяю. В младенчестве. — И снова попал впросак: услышав последние слова, по лицу Руса пробежала зловещая тень. Впрочем, лишь мелькнула. Флавий постарался убедить себя, что это ему показалось. Получилось не

очень, но маг уже потерял интерес к исполнившему свою миссию проводнику.

— Ты кавалерию вызвал? — непонятно спросил Адыгей.

— Да, все описал и показал. Совещание провели. Скоро здесь появятся. Вон на той полянке. — Рус кивнул в глубину леса, на относительно чистую площадку шагах в десяти от них.

«Какая кавалерия?! — У эритрейца от любопытства дико защипало в носу. — Скоро — это когда? Через день? Два? А если единороги со скалы полетят? Ноги переломают, шеи посворачивают! Нет, они сумасшедшие…».

«А где единороги?!». — Примерно через полчетверти из возникающих на земле «троп» стали выскакивать вооруженные люди. Разумеется, без полу магических животных, в Звездных тропах теряющихся. А то он, после слов тиренца, да после странной «разведки» господина Руса уже засомневался в непреложности книжных истин. И сейчас был этим немного разочарован. Невероятно же!

— А это кто? — Пробасил высокий мускулистый воин в шлеме и дорогущей кольчуге, показывая на бледного худого морщинистого эритрейца с горящим взором глубоко посаженных глаз. То ли от страха, то ли от нетерпения. Сидящий под деревом Флавий заерзал и с надеждой покосился на Руса.

— Проводник. — Коротко ответил тот. — Как думаешь, Леон, может, стоит подождать? Хотя бы по нужде той падали выходить нужно будет. Пересчитаем. На тех суденышках пару сотен привезти можно.

— На тайную операцию? Или ты так пошутил? Нет, ждать не стоит. Они готовы к нападению — к прорицательнице не ходи. Просидят в домах столько, сколько понадобится. Врубимся, а дальше видно станет.

— От кого я это слышу? — удивился Рус. — От бывшего гладиатора, которого хлебом не корми, дай план составить?

Леон молча пожал плечами. Откуда ни возьмись в его руке появился меч-полуторник и воин стал проверять качество заточки. Пояснил как бы между делом:

— Лучше того, что мы уже обсуждали — нет. Открытое нападение с целью прикрытия незаметного проникновения. Я в основной группе — рублюсь. Плохо только одно, если они Игнатия на корабле держат. А на суше мы их раскидаем.

— Леон! Тебя ли я слышу?!

— Это я так бодрюсь. — Ответил старый друг, остановив ноготь на середине лезвия. Лицо его закаменело. — Все очень неопределенно, Русчик. Надеюсь, богиня удачи будет на нашей стороне.

Рус на пару ударов сердца прикрыл веки. Решительно распахнул глаза и пошел к основной команде, без слов позвав за собой Адыгея. Леон направился за ними. О сидевшем под деревом изумленном Флавии, навострившим уши, казалось, забыли.

Андрей общался с группой этрусков, среди которых Рус узнал десяток под командованием Димигрида, с недавних пор появившихся в гарнизоне Кальвариона. Случайно встретив в каганском городе своего давнего командира, бывший претендент на этрусский венец, мягко говоря, удивился. Коренной житель этрусской окраины пояснил:

— Так нет больше пограничья, князь. Пирены царю присягнули. Смена состава была — меня и послали… А снега здесь вообще не бывает, не шутят?

В той же компании стояли Люболан, Будилант, Домлар и гигант Радан. Андрей всем что-то рассказывал и раздавал крестики «универсальной защиты». Бергатоподобный воин, заметив приближение Руса, отвлекся от поучительной лекции и бросился на друга с объятиями. Консультант-Текущий и более «мелкие» этруски под напором широченных плеч богатыря едва устояли на ногах. Не успели раздвинуться.