Run deep, run wild
Шрифт:
Сакура почувствовала негодование, и она знала, что это чувство исходит не только от нее, но и от Некоматы тоже.
– Некомату не нужно будет запечатывать снова. Она не собирается вырываться, нам вполне неплохо вдвоем, - довольно холодно произнесла Сакура и тут же пожалела, потому что глаза Какаши недобро сверкнули.
– Я смотрю, ты уже привязалась к двухвостой, - пробормотал Какаши и, чуть отодвинувшись, провел рукой по щеке Сакуры. Он задержался пальцами на губах Харуно, ощущая, как появляется желание немедленно поцеловать девушку, почувствовать
Сакура увидела, как глаза мужчины еще сильнее потемнели. Его пальцы задержались на ее губах, от чего Сакура ощутила яростное желание, которое разлилось по всему ее телу.
– Но ты меня не поняла, Сакура, - вдруг улыбнулся Хатаке и, придвинувшись, поцеловал ее в скулу. Девушка прикрыла глаза, наслаждаясь. – Я решил согласиться с предложением Саске не потому, что думаю, что ты не сможешь сдержать двухвостую… - Какаши чуть помолчал, заставляя Сакура распахнуть глаза и внимательно посмотреть на него. – Вспомни, как девятихвостый смог вырваться из Кушины Узумаки?
– После того, как родился Наруто, она ослабла… - непонимающе пробормотала Сакура, а потом закусила губу, догадываясь, к чему ведет бывший сенсей.
– Вот именно.
Наступила тишина, во время которой Какаши продолжал скользить руками по спине и талии Сакуры. Его губы оставляли поцелуи на ее шее и ключицах, заставляя тихо всхлипывать от удовольствия.
– Но я… я же не беременна, - заикнулась Харуно. Какаши легко стянул с нее футболку, проводя руками по груди и плоскому животу.
– Да, но когда-нибудь будешь. И я хочу быть рядом, чтобы успеть помочь тебе сдержать двухвостую, если понадобится, - Какаши спокойно снял жилет, скинув его на пол. Сакура помогла ему убрать протектор на тумбочку рядом, а потом ее ловкие пальцы заскользили под водолазкой Копируюшего.
– Ты так странно это говоришь, - вдруг произнесла Сакура и улыбнулась, - будто думаешь, что от тебя понадобится лишь помощь с двухвостой. А ты не думаешь, что я буду… беременна от тебя?
– розоволосой куноичи эти слова стоили немалой храбрости. С Какаши все развивалось слишком быстро, стремительно. Но Сакура поняла, что если разговоры с Саске о наследниках заставляли ее чувствовать страх, то тот же разговор с Какаши дарил необычное чувство трепета и легкой боязни от того, что Хатаке может не захотеть видеть ее в роли матери его детей…
Какаши замер. Он внимательно смотрел в лицо смущенной Сакуры, подмечая, как мило она закусывает нижнюю губу, когда волнуется. Хатаке никогда не думал о том, что встретит женщину, которая действительно захочет остаться с ним на всю жизнь… Захочет подарить ему наследников. Захочет полностью принадлежать ему.
– Сакура, - тихо произнес Какаши. Внутри него вдруг появилось неудержимое желание счастливо рассмеяться. Девушка в его руках с каким-то неописуемым страхом ждала, когда он продолжит, - я буду счастлив, действительно счастлив, если ты станешь матерью моего
Наступила тишина. Какаши все также внимательно всматривался в лицо Сакуры, которая замерла, почти перестав дышать. Девушка ощущала, как все ее тело наполняется нежностью, как руки дрожат, а сердце стучит так быстро и громко, будто пытается вырваться из груди.
– Ты можешь повторить? – выдавила из себя Сакура и неловко улыбнулась. Какаши с насмешкой прижал ее к себе.
– Ты и так это знала, вспомни. Я полюбил тебя уже давно, просто сам не знал об этом. После войны я видел, как ты самоотверженно трудишься, лечишь людей, строишь новый мир. Я помню, как узнал, что вы с Саске начали встречаться. Это было для меня довольно явно, но неожиданно неприятно. Я тогда подумал, что ощущаю эти эмоции из-за всего произошедшего на войне, ведь я привык заботиться о тебе, спасать тебя, оберегать – в том числе от самого Саске… Потом были задания, которые смешались в одно сплошное болото. Я и не заметил, как пролетело время, а ты стала все чаще оказываться рядом со мной на задании. Ты выглядела бодрой, но в глазах у тебя была печаль и тоска. Я снова стал ощущать эти эмоции – мне хотелось защищать тебя, даже если это значило бы мою смерть…
– Поэтому ты подставился тогда, - догадалась Сакура и нежно уперлась лбом в ключицу Какаши.
– Да, - кивнул Хатаке. – В бреду я видел Рин, я мог с ней разговаривать, я мог чувствовать ее, и мне как никогда хотелось остаться там с ней навечно, ведь в реальности меня никто не ждал. Ничье бы сердце не разбилось из-за моей смерти.
– Дурак!
– Но ты упорно продолжала спасать меня. Знаешь, ты не должна злиться на меня из-за Рин, - Какаши легко поцеловал Сакуру в лоб и заставил ее посмотреть ему в глаза. – Это она помогла мне решиться и рискнуть тогда, у тебя дома.
– Ну, спасибо ей, - фыркнула Сакура, но в ее голосе больше не было ревности или зла. Она с каждой секундой все лучше понимала, что при любом прикосновении Какаши к ее коже, сердце начинает ускорять свой темп. Когда Хатаке целует ее губы, в грудной клетке будто взрывается фейерверк.
Какаши ничего не ответил, только продолжил ласкать Сакуру, покрывая ее кожу легкими поцелуями. Девушка наслаждалась происходящим, каждой клеточкой тела ощущая нежность и желание.
Внутри все горело огнем, но Сакура была готова поклясться, что если уж Некомата не счастлива за нее, то хотя бы не против подобных действий Какаши в отношении своего носителя.
Сакура поняла, что отныне она не одна. Отныне у нее есть вечный союзник, верный друг, любимый человек. Мужчина, к которому она будет возвращаться раз за разом. Мужчина, которого она будет ждать каждый день, каждый час и минуту своего времени. Она последует за Какаши куда угодно, а он защитит ее от всех опасностей.
Be the ocean, where I unravel,
Be my only, be the water and Im wading
You are my river running high, run deep, run wild.