Рулевой
Шрифт:
— Ты так считаешь? — хихикнул Брим. — Я так считаю, — подтвердил Барбюс, — и это мне не очень чтобы нравилось. Но ничего, лейтенант, прорвемся. Вы здорово придумали, как обвести этих ублюдков вокруг пальца. А теперь самое время соснуть — утро вечера мудренее.
Верзила-старшина выключил свет на штурманском пульте. Брим устало кивнул, откинулся на жесткую спинку и закрыл глаза. До самого рассвета он не помнил больше ничего.
На утреннем инструктаже Брим дал экипажам команду проверить свои машины на предмет наличия полезного для предстоящей
Пока в утреннем воздухе погромыхивала далекая канонада, Барбюс с Фрагонаром вытащили из самоходки несколько громоздких ящиков, потом лазерной фомкой сбили замки. В ящиках обнаружились лучевые пики, силовые блоки, обоймы протонных гранат — все в защитной смазке и консервирующем геле.
— Гантейзеры, ни больше и ни меньше, — восхищенно промолвил Фрагонар, взвешивая в руках одну из тяжелых лучевых пик. Он щелкнул замком силового блока, вставив его в гнездо, и довольно ухмыльнулся. — Готово к стрельбе, хоть сейчас. Надо отдать должное этим хитроумным гантейцам. Что бы там про них еще ни говорили, оружие они делать умеют. — С этими словами он отошел проверить, все ли экипажи знают, как управляться с вооружением.
Когда весь арсенал был готов к бою, несколько связисток развернули одну из портативных КА'ППА-раций.
— Рано или поздно нам придется задействовать их, чтобы вызывать эсминцы, — пояснил Бриму Барбюс. — Вот я и предложил им потренироваться сейчас, пока есть еще время.
— Неплохая идея, — согласился Брим, глядя на то, как двое девиц-рядовых, кряхтя, вынимают из контейнера тяжелую панель, превратившуюся вскоре в пульт управления. Остальные тянули кабели и разворачивали паутину антенны. Вскоре решетчатая ферма с антенной, покачнувшись, заняла вертикальное положение, в котором ее и зафиксировали тремя растяжками. Операторы тут же начали прозванивать систему с помощью содержимого еще одного контейнера. Вся операция заняла не больше половины метацикла. Солнце Азура стояло в затянутом дымкой небе планеты уже высоко, когда связистки установили блок КА'ППА-связи на машину Брима, вслед за чем под командой Барбюса отправились выполнять новое задание.
Ближе к полудню дымка сменилась низкими тучами, а в верхушках деревьев начал завывать ветер. Брим стоял на дороге, у кабеля — отсюда он мог как следует осмотреть небосклон, не то что из леса. Это была уже четвертая его вылазка, и с каждой из них его уверенность все крепла. На этот раз даже пахло дождем. Брим улыбнулся. Будь у него возможность заказать погоду, он вряд ли сделал бы лучший выбор.
Вернувшись к спрятанным в лесу самоходкам, он переговорил с канонирами.
— Похоже, теперь нам удастся орудовать ими поточнее, — сообщил ему Фрагонар, висевший на лесенке одного из орудий. — Их, оказывается, никто и не пробовал даже настроить — хорошо еще, что мы вообще смогли стрелять из них, хоть и почти вслепую, так сказать, — невесело усмехнулся он. — Иначе мы давно уже были бы покойниками.
— Если
Забравшись в наполненную негромким гудением башню, Брим застал там двоих канониров, наводивших ствол разлагателя на мишень — крышку люка, повешенную на ствол в некотором отдалении. Гидравлика и стабилизаторы подвывали, поворачивая башню — как казалось Бриму, слишком медленно, — в то время как канониры настраивали прицельную систему для работы как в автоматическом, так и в ручном режимах.
— На этот раз, — убежденно заявил Фрагонар, — при нужде мы будем знать, как управляться с ними.
Еще через пару метациклов все, казалось, было готово — включая дождь. Сквозь листву на землю упали первые капли, когда Барбюс закончил латать треснувшее стекло ходовой рубки, а Брим с Фрагонаром закончили проверку систем и снаряжения.
— Карта готова, — доложил старшина.
— Лучевые пики?
— Девять штук. У одной индикатор барахлит, я ее отложил.
— Хорошо. Позитронные гранаты?
— Сорок шесть готовых к бою, лейтенант. Четыре все равно что болванки — нет питания.
— Сойдет, — кивнул. Брим. По броне начал барабанить дождь. — КА'ППА-связь проверена, все так или иначе вооружены, разлагатели настроены. Думаю, лучше подготовиться мы все равно не сможем.
Тесная рубка наполнилась ароматом дождя, свежим и сырым. Он посмотрел на остальные самоходки. Возможно, это ему только показалось, но сейчас, когда он знал, что они настроены, у них был куда более устрашающий вид. Он зажмурился и приказал своему возбужденному уму успокоиться немного. Ночь обещала выдаться напряженной.
Чуть позже, когда пасмурный день сменился почти полной темнотой азурнийской ночи, дождь превратился в ливень.
— Не очень-то разгонишься при такой видимости, — заметил Барбюс, глядя в залитое водой ветровое стекло. — Даже с зажженными фарами.
Брим согласно кивнул. Дождь и в самом деле хлестал, как в тропиках.
— Ну, по крайней мере нам не так уж далеко ехать, — заметил он. — И потом, им тоже труднее будет заметить нас.
— Только в оптические прицелы, сэр, — буркнул Барбюс.
— На другие системы обнаружения у нас есть помехи, — напомнил Брим. Барбюс только ухмыльнулся.
— Если они и засекут нас, лейтенант, то не поверят своим глазам, — заявил он. — В ночь вроде этой никто в своем уме не высунет носа на улицу.
— Что верно, то верно, — согласился Брим, врубая фазораспределитель. — Проверь-ка, в порядке ли сцепление, а я опробую связь. А потом — в путь.
Над пультом снова засветились пять шаров-дисплеев — одновременно с рыком включенного Барбюсом двигателя.
— Все готовы? — спросил Брим — на этот раз по закрытому каналу коротковолновой связи. В ответ прозвучало пять голосов: «Так точно, сэр!» — Фрагонар?
— Готов, сэр, — послышалось в динамике. Брим покосился на согнувшегося над панелью управления Барбюса. Заработали дворники, и сквозь потоки дождя в приглушенном свете фар из темноты выступили стволы деревьев. — Все в порядке?
— Все в порядке, сэр.
— Тогда трогай.
— Есть, сэр, — кивнул Барбюс и осторожно добавил давления излучателю.