Руку мне дай...
Шрифт:
Каково! Не верить ей, собственной сестре и очевидцу очень неприятных событий, а слушать с разинутым ртом Снейпа! Да он, небось, расписал Лили в самом черном цвете: упрямая, вредная, себялюбивая, гордячка, думает только о себе и факультете, не желает прощать его, бедняжку... То-то Петунья приходила и даже разговаривать с ней не желала. Хорошо же забитый Снейп ее обработал. Тот же прием применил, что и к ней — жалость.
Только Лили-то помнила один случай, который на соседней улице произошел... Там жалкого грязного бомжа одна семья накормила, отмыла и одела, а он ночью залез в дом и ограбил их... вот к чему приводит жалость! Кто не давал этому бродяге
Пусть Петунья не надеется, что сможет окрутить или исправить Северуса. Уж если ей это не удалось за столько лет... а ее сестру Снейп всегда терпеть не мог, презирал. После грязнокровки — чтобы он проникся чувствами к Петунье? Лили хмыкнула. Определенно, ему что-то надо было от нее. Скорей всего — задеть побольнее ее, Лили. Дескать, смотри, ты от меня отвернулась, а вот твоя сестра — наоборот. Жалкая и недостойная низкая месть за ее решение порвать с ним окончательно.
Даже школьное письмо с результатами десяти СОВ на "Отлично" не сильно помогло обрести душевное равновесие...
Размышляя о несправедливости в жизни и гоняя сумбурные мысли туда-сюда в рыжей голове, обиженная Лили валялась на своей розовой постели, пока мать не позвала ее ужинать.
Как ни странно, Петунья уже была дома и удостоила их своим драгоценным присутствием.
Правда, выглядела сестра неважно. Поникшая, бледная, глаза вроде заплаканные... красные. И аппетита нет, вон сидит, ковыряется в своей тарелке еле-еле, гоняет горошины как теннисные мячики.
— Петунья, с тобой все в порядке? У тебя такой усталый вид, — обеспокоилась мать.
Та подняла грустные глаза — ну точь в точь собачка, которую хозяин выгнал за ворота.
— Все в порядке, мам. Я хотела сказать... я завтра уезжаю в Лондон.
— Как? Но ведь еще неделя до начала учебы? — удивилась миссис Эванс. — Ты всегда уезжала тридцатого числа... Что-то случилось? Проблемы в колледже?
— Нет, все в порядке, просто... — Петунья вымученно улыбнулась. — Ну, просто мне еще жилье надо подыскать нормальное. Не собираюсь жить в кампусе, там кухня одна на восемь человек. Меня это не устраивает. Хочу отдельную квартирку... Я думаю, вы прекрасно справитесь без меня. А я буду звонить вам.
— Ты уверена, дочка? — все еще беспокоилась мать.
А Лили сразу смекнула, что что-то случилось! Петька все эти дни летала такая радостная и окрыленная. А тут вдруг — бац! И сразу вся сдулась и сникла. Тут и гадать не надо. Наверняка Снейп обидел. Небось, нахамил или обозвал. Вот сестра и ходит, как в воду опущенная. Разочаровалась в своем подопечном. А ведь Лили ее предупреждала! Слушать надо, ведь она получше Петуньи Снейпа знает, в курсе, на что он способен вообще.
Петунья встала, и зябко кутаясь в свою жуткую коричневую кофту, поднялась наверх. Раньше она никогда не уходила, пока не убирала все на кухне и в столовой... Так что это верный признак депрессии. Расстроилась, дурочка...
Лили прокралась неслышно к комнате сестры и приложила ухо к двери. Внутри стояла мертвая тишина. Наверное, лежит под покрывалом и убивается, бедная...
Стало так жалко дурочку Петунью... Ну как тогда, перед первым курсом. Лицо у сестры, застукавшей их с Северусом на месте преступления было таким несчастным
— Пет, ты спишь? — Лили мышкой поскреблась в дверь. — Открой, давай поговорим? Ну не расстраивайся ты так, было бы из-за кого! Просто не обращай внимания на него внимания, слышишь? Он того не стоит!
— Лил, я устала и хочу спать! Оставь меня, пожалуйста, в покое, — раздался голос сестры.
Лили постояла еще с минуту, пожала плечами и ушла к себе. Ну, не хочет говорить и не надо. Петунье сейчас надо немного собраться с мыслями, понять, что жизнь не кончается и надо взять себя в руки и жить дальше. Хотя... Лили могла ее понять, чисто по-человечески. Снейп тот еще гад, кто знает, что он вообще сказал Петунье... А та ведь не расскажет ничего — с какого-то времени отношения между ними совершенно разладились. Петунья перестала с ней секретничать. И все из-за него... Трудно и тяжело это — разочаровываться в близких людях.
Лили твердо решила, что в Хогвартсе она все-таки поговорит с Севом, добьется от него правды и запретит строго-настрого даже близко подходить и к сестре, и вообще к их семье. Все-таки верно в народе говорят — горбатого только могила и исправит.
Петунья в это время собирала чемодан. Вещей у нее было немного — не любила таскать с собой кучу ненужного барахла. Всю одежду она подобрала так, что легко составилось приличное число комплектов, сочетающихся друг с другом по цветовой гамме и фасону. И всегда можно было украсить все это шарфом, платком или оригинальной бижутерией. Вот и из бирюзового костюма тоже можно было позаимствовать блузку к какому-нибудь ансамблю. Правда, мантию придется придержать до лучших времен... или можно надеть ее на какой-нибудь новогодний костюмированый бал... только идти на этот бал не с кем, не с Верноном же. Зачем его обнадеживать? Уж лучше сразу дать понять, что у них ничего не выйдет. Пусть парень найдет себе другую, более достойную его спутницу.
Девушка бережно сложила мантию в пакет и положила в чемодан. Туда же отправился завернутый в одежду китайский сервиз — его Петунья не собиралась оставлять дома ни в коем случае, книги по магической моде, купленные Северусом и флакон духов. Все ее богатство. Дипломная работа находилась в большой серой папке для бумаг, ее Петунья сунула на самое дно.
Осталось только приготовить вещи в дорогу — удобные джинсы и клетчатую голубую рубашку, косынку на шею и теннисные туфли. Саквояж с женскими мелочами, кошельком с деньгами, и прочими нужными вещами вроде пресловутого газового баллончика, который ей достал в прошлом году знакомый парень, тяжелой связкой ненужных ключей, собранных где только можно, и предназначенных для самообороны и железной расческой с острой ручкой, был тщательно проинспектирован на предмет бумажек, смятых салфеток и конфетных фантиков.
Теперь можно было ложиться спать, а с утра — в дорогу!
========== Глава 29 ==========
Лили пребывала в недоумении.
Сестра рано утром собралась и смылась в Лондон. Хорошо еще, что догадалась разбудить, потому что Лили летом рано не вставала. Пытаясь разлепить глаза, Лили принялась уверять Петунью, что она серьезно поговорит с Северусом, и если выяснит, что он ее обидел — ему не поздоровится.
Петунья в ответ посмотрела на нее, как будто у сестры на голове рога выросли. И как-то ехидно ухмыльнулась, почти как Снейп. У них уже и повадки стали одинаковыми...