Рукой до звезд
Шрифт:
Я распрощалась на позитивной ноте, пошла на кухню и на автомате налила себе чай.
За те два года, что я ездила по стране, мы много раз виделись с родителями и братом с сестрой; я очень любила их и всегда скучала, но осознанно выбирала уезжать снова и снова. С одной стороны, потому что хотела, чтобы они научились жить без меня. С другой – самой научиться жить без них. Но самое важное, у меня была потребность раскрыть себя, в том числе для всяких неожиданностей, которыми баловала Судьба. Которые привносили что-то новое в мой Танец.
И
Я вспоминала, как танцевала в одиночестве, глотая пыль, под жарким солнцем возле Большого Каньона. Блестящее кабаре Лас-Вегаса. Два месяца в мексиканских городках, полные смеха, солнца, народных плясок огненной еды. Стриптиз клуб. Балетную школу, где стены были даже холоднее, чем преподаватели. Снега Канады, её размеренных, спокойных жителей. Работу постановщиком свадебных танцев в разноцветном Сан-Франциско.
И это были потрясающие воспоминания, оставившие след в моих движениях, даже формы, звуки, запахи, что сейчас я с легкостью могла их воспроизвести.
Всё дело было в возбуждении нервов. В том, что мы называем силой переживаний, чувств. Остротой впечатлений.
Джонатан правильно сегодня говорил – смысл жизни в максимуме ощущений. В какой-то момент, когда каждый из нас будет стоять на пороге финала, мы будем возвращаться мыслями не к тому, как мы жили, но что при этом чувствовали. Вспоминать наивысшее наслаждение, горечь проигрыша, великую любовь, боль потери. Вспоминать, были ли мы счастливы. А я была. Пусть с оговорками, но я жила счастливо. Жила в танце, в страсти, в удовольствии.
Да, я делала ошибки, старалась, поднималась, падала, много раз срывалась в истерику, пытаясь осознать, почему и как все происходит, почему именно я? Пока не поняла, что нет смысла, это только затягивало меня в прошлое, в ужас и делало неуверенной в себе.
А потому не должно было определять моё существование. Неважно, почему. Главное, как я поступаю, с какими мыслями и чувствами существую, могу ли насладиться в полной мере собственной жизнью. Взять всё то, на что у меня есть время.
И принять то, что смерть стоит того, чтобы жить.
Глава 6
Джонатан
Джонатан встал с кровати и поморщился от тянущей боли в паху.
Он и раньше не жаловался на либидо, но последнюю неделю по утрам чувствовал себя так, будто не трахался много лет. И всё из-за снов, навеянных одной излишне привлекательной малышкой, пробравшейся к нему в голову.
Мужчина потянулся и хмуро осмотрел комнату.
Ну не в душ же опять идти? Так скоро дело дойдет и до «Плейбоя» под кроватью.
Может ну его на хрен все эти страхи и принципы относительно собственных студентов? С каких это пор он стал таким осторожным и нерешительным?
Он же привык действовать жестко, предпочитал владеть, в том числе ситуацией. И ни перед кем не оправдывался за свои поступки. Многие считали Джонатана зажравшейся скотиной –
Деверо был чувственным мужчиной, но равнодушным к отношениям за пределами постели. Все его спутницы были достаточно взрослыми и опытными, чтобы соглашаться на взаимное удовольствие, но исчезать, когда ему надоедали. Конечно, бывало, они лезли к нему в постель не только с желанием хорошо провести время, но и с влюбленностью, но быстро разочаровывались.
Так что мешает ему поступить точно также с Кьярой?
Плюнуть на сомнения, пойти и взять, что ему так хочется. Схватить за каштановые волосы, запереть и трахать, пока она не взмолится о пощаде.
И потом…
В том то и дело – что потом?
Как собирается дальше раскрывать её как танцора и использовать девчонкин талант, если будет с ней спать? Ведь он понимал, что Кьяра уже получила место в его труппе.
Хореограф и его танцовщица.
Звучит, по меньшей мере, убого.
Ведь если её окончательно зацепит и девушка влюбится, то начнет обычную песню про серьезные отношения. Она не производила впечатление прожженной и опытной в любовных делах и вряд ли сможет спокойно воспринять их разрыв, когда он насытится.
Каким бы мудаком его не считали, он не хотел, чтобы Кьяра страдала. Значит нужно перестать пускать слюни на девчонку.
Да, в этом и есть причина, почему не стоит идти на поводу у своих желаний – чтобы не обижать.
Не привыкший врать самому себе Джонатан стиснул зубы.
Она. Ему. Не. Нужна. И по-другому не будет.
На самом деле, он прожил всю сознательную жизнь в одиночестве и слишком ценил личную свободу, а потому просто не знал, как существовать с кем-то еще. С кем-то настолько будоражащим его сознание и тело. С кем-то настолько совершенным.
Он не хотел, боялся меняться в угоду внезапно вспыхнувшим в нём непонятным чувствам.
Но Джонатан не готов был признаться в этом даже самому себе.
Как и в том, что меняться он уже начал.
Мужчина включил музыку на полную громкость: в этом люксе была отличная звукоизоляция, именно поэтому он всегда здесь останавливался.
Хорошо разогрел мышцы и начал двигаться, сбрасывая накопившееся напряжение и лишнюю энергию, в том числе сексуальную. Это было его спасение. Танец, который лечит, отвлекает, уводит в другие миры. Или вот так, заменяет несуществующие отношения. Вертикальное выражение горизонтальных желаний. Он решил хорошенько поработать, а вечером пойти и напиться вместе с Крисом в клубе, где наверняка для них найдется парочка активных девиц, с которыми не надо разговаривать и о которых потом не надо будет думать.