Рука в перчатке
Шрифт:
Когда она приблизилась к кровати, Дафна инстинктивно подалась назад.
– Ну, Джонни, – решительно заговорила Гертруда, – надеюсь, ты сообщил Дафне все, что мог. Ни о чем не тревожься, Дафна, я сама обо всем позабочусь. Я даже отцу Лонергану сообщила, что свадьба не состоится. Он, естественно, шокирован, что все случилось перед самой церемонией. Да, и вот что, Дафна, полагаю, полиция захочет тебя допросить, так что тебе следует переодеться.
Джонни резко обернулся к ней:
– Но мы же...
Гертруда
– Нет, Джонни, боюсь, не получится. Они все равно захотят ее видеть.
Ее сверкающие глаза обшарили комнату. Еще миг, и они заметят пятна на желтом платье...
Дафна заставила себя подняться.
– Я сейчас же оденусь, – пообещала она. – Мне ведь следует поторопиться.
Гертруда пристально и с любопытством уставилась на нее. Это не ускользнуло от внимания Джонни, который обернулся к Дафне:
– Выше голову, моя хорошая, – подбодрил он, – держись! Пошли, Гертруда.
Он притянул к себе Дафну и легонько поцеловал.
– Идем, Гертруда. Нам надо быть внизу, когда они прибудут.
Он взял Гертруду за руку, и они вышли.
Дафна встала и поспешила запереть дверь. Что же ей делать с желтым платьем? Просить Мэгги его почистить? Но это вызовет вопросы, да и потом ей будет что вспомнить. Химчистка? С полицией в доме это просто невозможно. Можно, впрочем, сжечь. Сделать это очень просто, за исключением меховой отделки, но ту ведь можно спрятать? И если Амелия или Гертруда спросят насчет платья, можно ответить, что его упаковали.
Она взяла платье в руки, и тут за дверью снова раздались шаги. Дафна едва успела повесить платье в шкаф.
На этот раз в комнату влетела Мэгги, – возбужденная, со сбившимся фартуком.
– Прибыли, мисс Дафна, – сообщила она. – Миссис Гертруда послала меня, я должна помочь вам одеться. Ой, мисс Дафна, это совсем не страшно!
Она даже перекрестилась, потом добавила:
– Репортеры уже здесь. Что вы наденете?
7
Прошло не меньше часа, пока, наконец, Дафну вызвали. Джонни, нервно покусывая маленькие усики, заклинал ее ничего не бояться.
– Это только формальность, – убеждал он. – Только надо обдумывать каждый ответ, прежде чем говорить вслух.
Они были на лестнице, причем Джонни стоял выше нее. Хорошо знакомый холл внизу вдруг сделался чужим и полным неизвестности. Внезапно их ослепили вспышки света, она невольно закрыла глаза и подняла руки к лицу. Тут она почувствовала, что рядом стоит Деннис.
– Никаких снимков, прошу вас. – Он говорил дружелюбно, но твердо. – Не сейчас.
Открылась дверь в библиотеку.
Двое мужчин стояли рядом с большим столом, все еще заваленным частью свадебных подарков. Когда она вступила в комнату, оба подняли головы. Один, маленький и черноглазый, коротко кивнул, другой, учтиво поклонившись, немедленно направился
– Сядь, детка, – явно нервничая, предложил ей Джонни. – Это мистер Уэйт из управления полиции. Мистер Уэйт – моя дочь. Надеюсь, вы не станете задавать ей слишком много вопросов. Эта ужасная история оказалась для нее очень, очень...
– Я буду разговаривать с одной только мисс Хэвиленд, – прервал его Джекоб Уэйт.
Он повернулся к Дафне и вышел на свет.
Уэйт оказался небольшого роста, но решительного вида мужчиной с большими темными глазами и угрюмым взглядом. Итак, в игру вступила красивая дама. Кража, говорите вы? Н-да, красивая, и даже очень, и, похоже, весьма темпераментная.
Значит, кража? Так-так.
В глазах его засверкал подозрительный блеск. Всякий раз, когда ему пытались подсунуть готовые факты, он подозревал убийство. Обладая недюжинными воображением и интуицией, он ловко подмечал детали в поведении людей. И потому больше других знал, что значит, когда в игру вступает женщина. Ибо женщина всегда означает чувства.
Сейчас он совершенно невозмутимо разглядывал Дафну, а та изо всех сил старалась, чтобы их взгляды встретились. Чтобы ответить на его вопросы. Чтобы приукрасить факты и смягчить их последствия. Чтобы, не моргнув глазом, лгать, если потребуется.
В результате она испытала настоящий шок, когда он, ни о чем совершенно ее не спрашивая, шел к двери, с кем – то говорил, выходил постоять наружу, затем снова возвращался, чтобы опуститься на высокий стул и с глубокомысленным видом уставиться в пол.
Тут внезапно в комнате появилась Гертруда, удивленно хлопавшая голубыми глазами, за ней следовали Роули, Деннис, Джонни и еще какой-то мужчина, которого Дафна никогда не видела, однако поняла, что тот должен быть связан с Джекобом Уэйтом. Тут же в комнату вошел мужчина в форме и сел за маленький столик с блокнотом для стенографирования в руке.
И еще на нее смотрел Деннис.
Она ловила на себе его взгляды украдкой. Потом он внезапно отвернулся и сел на край дивана.
– Все на месте, кроме мисс Амелии Хэвиленд, – сообщил Джекоб Уэйт, продемонстрировав удивительную осведомленность в именах и лицах. – Закройте дверь, Смит. Вы послали за мисс Хэвиленд?
Смит подтвердил, что посылал, и закрыл дверь.
– Впустите ее, когда она прибудет, – распорядился Джекоб Уэйт и внимательно вгляделся в лица сидящих перед ним. – Я вас пригласил сюда, так как есть несколько фактов, относительно которых мы не получили полной ясности. Я подумал, мы могли бы сэкономить время, если я стану опрашивать вас всех вместе. Это тяжело, я знаю, так что буду максимально краток.
И, переведя дух, добавил:
– Миссис Шор, вы слышали выстрел?
Гертруда была ошеломлена. Она посмотрела на него, моргая и смогла выдавить только: