Руины
Шрифт:
— Я не знаю!
Хрусть.
— Уже семь, — проговорил Шон. — Где они?
Глава 41
Вскоре после взрыва снова пошел снег, и Кира могла только надеяться, что погодные условия замедлят распространение радиации. Грин сказал, что метель была побочным эффектом бомбы: она образовалась из-за огней Уайт-Плейнс, которые всасывали воздух, подобно оку торнадо. Дождавшись в госпитале Фалина и остальных, Кира повела группу в дом Нандиты, надеясь обнаружить там следы своих сестер. Пока они шли через город, ветер бросал им в лицо сгустки снега, обжигая щеки и глаза. Когда они прибыли на место, дом оказался пуст.
— Сэнди сказала, что Гару побывал здесь, в Ист-Мидоу, — произнес Маркус. — Раз
— У вас есть достаточное количество лодок? — спросил Грин. — Тридцать пять тысяч человек — это немало для путешествия по воде.
— Вдоль всего южного берега расположены рыбацкие деревни, — ответила Кира, закрыв глаза и рухнув на старый, потрепанный и разломанный диван, которые стоял в гостиной. Девушка попыталась вспомнить, когда в последний раз останавливалась и не была вынуждена гнаться — либо от чего-то, либо за чем-то. Даже эти раздумья утомили ее.
— У рыбаков есть некоторое количество лодок, но не так уж много, — произнес Маркус. — Тем не менее это лучше, чем ничего. Кажется, у Нандиты где-то здесь был старый атлас… — Покопавшись на полках, он извлек толстую книгу в твердой обложке, грохнул ее на кофейный столик и стал переворачивать страницы, ища карту Лонг-Айленда. — Большую часть протеинов жители острова получали из рыбы, которую ловили либо здесь, у Риверхеда, либо вот здесь, в заливе Грейт-Саут. На Джонс-Бич тоже есть несколько небольших поселений. Лодки Риверхеда нам недоступны, но залив располагает довольно значительным флотом парусных яхт. Хотя, вероятно, понадобится сделать несколько поездок туда-обратно, но можно начать переправлять людей на континент где-то… здесь, наверное. — Он указал точку на берегах Джерси. — Продвигаясь вдоль побережья мимо Лонг-Бич и Рокуэя, оказаться в Нью-Джерси будет не так уж сложно. Не понадобится даже выходить в открытое море и на глубокие воды.
— Итак, если мы хотим нагнать их, — спросил Фалин, — то должны отправляться в Джонс-Бич или искать лодки в заливе?
— Если бы я пытался руководить эвакуацией, то отправлял бы всех на юг, — проговорил Маркус, изучая карту, — чтобы оказаться как можно дальше от места взрыва, а затем приказывал бы двигаться на запад. Если лодки будут просто совершать рейсы из Бризи-Поинт в Санди-Хук и обратно, то смогут эвакуировать остров гораздо быстрее. — Он посмотрел на Грина. — Но я далеко не утверждаю, что, продвигаясь вдоль берегов, нам будет легче найти беженцев.
— Но если рыбаки не смогут вывести лодки из бухты? — спросил Фалин. — Что, если они находятся под контролем Партиалов? Им может понадобиться наша помощь.
Маркус откинулся на спинку дивана, качая головой
— Судя по всему, вам еще ни разу не посчастливилось встретиться с рыбаками Раскола. Куда идти, если тебя так потряс конец света, что ты больше никогда не сможешь снова довериться цивилизации? Некоторые живут в лесах, охотясь на оленей, диких кошек и прочих животных, но большинство таких людей стали рыбаками: они независимы, мобильны и, если не желают торговать с нашими фермами, то могут полностью игнорировать остальную часть мира. Сестра Киры Ариэль так и поступила, когда ушла из города: она отправилась прямо на Айлип и жила на окраинах рыбацкого поселения. Бьюсь об заклад, что за всю оккупацию лишь горстка этих поселений попалась Партиалам. Они могли отплыть на Файер-Айленд или спрятаться в Ойстер-Бэй и прекрасно избежать вторжения точно так же, как в течение последних десяти лет избегали нашего общества.
— Тогда с чего вы взяли, что они вообще станут помогать? — спросил Грин. — Даже если другие люди найдут рыбацкие поселения, откуда нам знать, что они позволят беженцам воспользоваться своими лодками?
— О, они определенно встретились друг с другом, — произнес Маркус. — Некоторые шоссе в длину достигают
Грин кивнул.
— Итак, что мы должны делать?
— Пойдем за беженцами, — ответил Маркус. — По шоссе на юг, потом на запад по побережью. Заберем с собой как больше тех, кто остался до сих пор, — полностью опустошим Ист-Мидоу, — а затем будем следовать по маршруту, пока не догоним тех, кто вышел раньше.
Грин еще что-то спросил, но Кира перестала слушать. Маркус говорил убедительно, и его планы казались разумными, но… что из этого по-прежнему имело значение? Даже если они сумеют бежать, то куда двигаться дальше? Какова надежда у людей выжить в одиночестве? С ними были Грин, Фалин и еще несколько Партиалов, но четверых или даже сорока не хватит, чтобы спасти тридцать тысяч людей. Как вообще узнать, сколько на земле осталось Партиалов? И, уж точно, любой шанс на воссоединение погиб все в том же ядерном взрыве.
Кира встала и ушла на кухню. Пахло лекарственными травами, которые так напомнили ей дом. Нандита пропала два года назад, и после всего произошедшего Кира знала, что уже никогда не увидит эту пожилую женщину, но кухня, запах трав воскресили в ее голове поток воспоминаний. После того как Нандита ушла, Хочи продолжала ухаживать за садом, и вдоль потолка висели нитки сушеного розмарина, пучки хрупкого коричневого базилика и лавровых листьев, ароматные связки ромашки. Кира некоторое время неотрывно смотрела на беспорядок — очевидно, ее сестры покидали дом в спешке, — а затем открыла кухонный шкафчик, достала оттуда потемневший металлический чайник и подошла к раковине, чтобы наполнить его. Из крана вытекло только несколько капель. Судя по всему, старая водопроводная система не выдержала мороза, и трубы в конце концов замерзли и лопнули. Кира подумала о том, чтобы воспользоваться насосом на заднем дворе, но в итоге просто открыла боковую дверь и утоптала в чайник большой комок снега. Около дровяной печи Хочи оставила аккуратную стопку колотых поленьев, и Кира осторожно развела огонь внутри железного монстра. Ее руки двигались почти машинально, вспоминая былые годы, когда она каждый вечер повторяла одно и то же действие под бдительным оком Нандиты. Иногда за ней следила Мэдисон. Когда плита начала разогреваться, снежинки, прилипшие к внешним стенкам чайникам, моментально растаяли и со свистом превратились в пар.
— Хочешь пить? — спросил Маркус. Он стоял в дверях гостиной, наблюдая за ней усталыми глазами.
— Нет, — ответила Кира. — Просто мне нужно было чем-то себя занять.
Маркус кивнул, подошел к разделочному столу и уставился на разнообразие трав
— Давай-ка посмотрим. Мята, ромашка, лимонная трава, шиповник, имбирь… Что тебе нравится больше?
— Мне все равно. — Кира подбросила в огонь еще одну ветку, чтобы пламя горело ровно. В этом не было особого смысла, так как ей нужно было всего лишь вскипятить воду, но зато у нее хорошо получалось управляться с огнем. Она умела его контролировать. Ощущая ладонью жар, она наблюдала за чайником.
Маркус немного покопался в травах, достал три щербатые фарфоровые кружки и для каждой из них — металлические щипцы для чая. Понюхав посуду и убедившись, что она чистая, он насыпал в щипцы по несколько листьев и сказал:
— Значит, это был твой отец.
— Ага.
Кира не знала, что к Армину чувствовать, поэтому заставила себя не чувствовать ничего. Она снова поднесла руку к огню, пытаясь подобрать идеальную температуру для заваривания чая.
— Я однажды видел его фотографию, — произнес Маркус. — Мне ее показала Херон.