Рублевка
Шрифт:
– О чем это он? – пожал плечами полковник.
– Этот полупокер у Лукашенко то ли радио, то ли телевидением заведовал. Потом в Россию слинял. Сначала в Питере ошивался, потом здесь…
Свой рассказ капитан закончить не успел. Медиаконсультант вдруг резко вскочил и рванулся к прислоненному к стене «калашу».
– Я вас узнал! Оппозиция! Наймиты Запада-а-а-а!
Грохнул выстрел. Во лбу Весновского появилась дыра. Он упал на спину, пару дернулся и затих. Капитан сунул пистолет в кобуру.
– Сволочь…
Полковник, наконец, смог заняться
– Так-с. Будем считать, что и здесь у нас зачищено…
Часть первая. Тропой ложных солнц
Глава 1. Казнить нельзя помиловать
Руки, коснувшиеся лица Юрия Корнилова были мягкими, теплыми и могли принадлежать только одному человеку – Людмиле. Еще не успев, как следует проснуться и открыть глаза, Корнилов почувствовал сильное возбуждение. Шелковистые, пахнущие какими-то цветами волосы щекотали щеку Юрия.
– Милый, милый, – шептала женщина, засовывая руку под одеяло. – Милый, милый…
Корнилов открыл глаза. Он лежал на кровати в небольшой, но уютной комнатушке. Такие выделяли только заслуженным офицерам Ганзы. Здесь было все, что необходимо для комфорта в условиях Метро: небольшой стол, книжный умывальник, овальное зеркало на стене и удобное полукресло. Настольная лампа под синим абажуром была единственным осветительным прибором.
Юрий не слышал, как вошла возлюбленная – у Людмилы был свой ключ.
– Люда. Людочка!
Корнилов попытался сбросить с себя наваждение и вырваться из объятий.
– Мне же на дежурство. Ты знаешь…
– Знаю. Все знаю. Но еще есть двадцать минут…
– А где твой?
Юрий собрал всю волю кулак и все-таки выбрался из-под одеяла. Сел на кровати, снял со спинки стула гимнастерку. Людмила обиженно фыркнула.
– Мой. Думаешь, он интересуется женой? Шляется где-то. Вот я и заскочила на пару минут. Может я тебе надоела?
– Разве не замечаешь, что мы перестали быть острожными? – Корнилов натянул галифе, подошел к умывальнику и плеснул в лицо тепловатой, пахнущей ржавчиной водой. – Теряем голову, Люда. Димка не дурак и когда он все узнает…
От стука в дверь, Корнилов дернулся.
– Кто там?
– Не забыл, что тебе заступать?
– Помню. Иди к чертовой матери!
Юрий с облегчением вздохнул. Черт бы побрал эту любовь! Он ожидал, что услышит за дверью голос мужа Людмилы и своего друга Димки Сомова. Но это был не он. Напомнить Корнилову о дежурстве приперся Павел. Обошлось. На этот раз.
Юрий закончил туалет. Подпоясался портупеей и обернулся к Людмиле.
– Я пошел. Выждешь минут пять.
Получив в ответ недовольное фырканье, Корнилов осторожно приоткрыл дверь и вышел, когда убедился, что поблизости никого нет. Он шел по платформе привычным маршрутом. Машинально кивал знакомым и напряженно думал.
С этим надо что-то делать. Он
Не мог, но как только вошел в сторожевую будку, сразу спросил о Сомове.
– Жену побежал разыскивать, – зевнув, ответил напарник. – Наш Шпик сегодня точно не с той ноги встал. Дерганный он какой-то. Чайку, Корнилов?
Димка Сомов очень обижался, когда его называли Шпиком. Дело в том, что офицер Ганзы имел однофамильца на Красной Линии. Тоже офицера, во время войны потрепавшего «кольцевикам» немало нервов.
Корнилов отхлебнул чая и, обжегшись, отставил жестяную кружку в сторону.
– Что нового?
– Да ничего. В картишки?
– Хрен с тобой. Сдавай!
Юрий проиграл напарнику несколько партий в «дурака», поскольку даже не видел мастей. Он в очередной раз тасовал колоду, когда дверь в «дежурку» распахнулась. На пороге стоял Сомов. Рослому мужику с широченными плечами и внешностью древнего викинга очень шла форма Ганзы. Он был гораздо красивее остальных офицеров станции. Юрий не понимал, почему Людмила решила завести себе любовника. С жиру, что ли бесилась?
Сомов смотрел на Корнилова так, словно собирался его проглотить.
– Нам надо поговорить. Знаешь о чем?
Юрий собирался пожать плечами. Сказать, что не в курсе, но посмотрев в глаза Димке, понял: тот все знает.
– Догадываюсь.
– А раз догадываешься…
Ладони Сомова сжались в кулаки. Корнилов остался сидеть, несмотря на очевидную угрозу схлопотать в челюсть. Пусть бьет. У обманутого мужа есть полное право начистить рожу любовнику жены.
Ударить Сомов не успел. За его спиной появился пограничник, что-то прошептал на Димке на ухо. Тот изменился в лице. Да так, что Юрий сразу понял – произошло непоправимое.
Сомов развернулся и побежал. Корнилов рванулся следом.
Несколькими минутами позже муж и любовник стояли над телом Людмилы и тупо смотрели на лужи крови, растекшиеся по мраморным плитам. В голове Корнилова все смешалось.
– Я… Я только поговорил с ней, – сдавленным голосом сказал Димка. – Ну, о том, что все знаю. Потребовал объяснений. Зачем она так, а Юрец?
Корнилов оторвал взгляд от кровавой лужи, посмотрел на Сомова. У тебя, парень, крыша поехала? Кому вопросы задаешь?
Юрия так и подмывало расхохотаться. Может быть, истерика помогла бы хоть немного сгладить ситуацию, не позволить ей окончательно выйти из-под контроля. Однако Сомов вдруг схватил его за плечо, резко развернул на сто восемьдесят градусов. Потащил за собой, через толпу любопытствующих и сочувствующих.
Корнилов смог говорить только когда Димка столкнул его с платформы на стальную, ведущую в туннель лестницу.
– Что ты собираешься делать?
– А что твою мать, делают в таких случаях офицеры?! – рука Сомова с треском расстегнула кобуру. – Стреляться, сука, будем! Теперь уж точно одному из нас не жить!