Рубин Рафаэля
Шрифт:
Рафаэль снова откинул мелок и, подойдя к ней, стал медленно ласкать ее тело, целуя ноги и внутреннюю сторону бедра. Когда он дошел до треугольника шелковистых волос, Маргарита откинула голову и закрыла глаза наслаждаясь прикосновениями его языка к коже.
Пока он ее ласкал, она заметила надпись на одном из ее первых портретов. Слова были размашисто начертаны в самом низу листа. Она потянулась за ним и взяла его в руки.
– Что ты сделал с моим портретом?
– Я написал тебе сонет.
Она была искренне удивлена.
–
– Ты не хочешь сделать это сама?
– Я хочу услышать его из твоих уст. Ты читай, а я буду смотреть на твой рисунок Пожалуйста, Рафаэль, прочитай!
Волнуясь, как ребенок на уроках риторики, Рафаэль взял у нее свой рисунок и положил себе на колени. Он еще раз посмотрел на Маргариту, потом перевел взгляд на слова, которыми попытался выразить свою любовь:
От чистой красоты твоей трепещет сердце,
Но кисть напрасно тщится.
Лишает сил любовь.
У Маргариты на глазах показались слезы.
– Как красиво.
– Это только первая строфа. Я написал ее, когда моя страсть была еще неразделенной.
– Лучшего подарка мне никто никогда не дарил и не подарит.
– Но я обязательно попытаюсь это сделать.
– Что бы ты мне ни преподнес, это не сравнится с тем, что исходит из глубин твоего сердца.
Никогда раньше он не встречал женщины, которая могла бы произнести подобные слова, тем более так, чтобы он в них поверил.
– Пойдем сегодня со мной, – неожиданно предложил он.
– В твой дом?
– Да. Побудь там со мной. Поговори, поужинай за одним столом. Я буду читать тебе книги, учить тебя. А потом ты проснешься в моих объятиях, и не надо будет никуда бежать с первыми лучами солнца. Там гораздо удобнее, чем здесь. У меня найдется комната и для Донато. Со мной живет всего один слуга.
– А твой помощник, синьор Романо? Разве он живет не у тебя?
Рафаэль совсем забыл об этом и, вспомнив, очнулся от мечтаний. Другая женщина… Страстно желая не упустить ни одного мгновения рядом с Маргаритой, он напрочь забыл о Елене и о своей вине за то, что между ними произошло.
– Наверное, ты права. – Он потер лицо руками. – Джулио – один из самых верных помощников, и его комната находится наверху, там же, где комната слуги. Но если тебе это будет неприятно, мы обязательно придумаем что-нибудь другое, чтобы встречаться каждую ночь.
Маргарита перекатилась на живот и оперлась подбородком на сложенные руки. Она долго-долго смотрела на Рафаэля, чуть нахмурив брови.
– Значит, только это тебе и нужно от меня – встречаться каждую ночь?
– Нет, я хочу, чтобы мы не расставались до конца наших жизней.
– Не сочетаясь браком?
Рафаэль почувствовал, как сжалось его сердце Он закрыл глаза, лихорадочно размышляя, что сказать как объяснить все, чтобы она поняла. Как быть с Марией и заказами Биббиены? Не говоря уже о том безмерном влиянии, которое кардинал мог употребить,
– Я хочу на тебе жениться, Маргарита.
– Жениться?
– Клянусь, придет день, и ты станешь моей женой.
– Когда он придет?
Он откатился в сторону и тяжело вздохнул. Впервые за несколько дней накал всепоглощающей страсти немного остыл. Его почти ранило разочарование, проступившее на ее лице. Даже закрыв глаза, он не мог избавиться от мучительного видения.
– Скажи, что мне сделать. Я не знаю, как тебя убедить! – Он снова посмотрел на нее, терпеливо ждущую объяснений. – Я хочу расторгнуть помолвку с Марией Биббиеной, и я это сделаю. Клянусь! Но в моей мастерской столько художников: Джулио, Джанфранческо, Джованни. Они, как и многие другие, поверили мне, вручили мне свой судьбы и работают на меня. И если я обижу племянницу такого влиятельного лица, как кардинал Биббиена, то…
– Твои помощники… твои друзья останутся без работы. Из-за тебя.
Он смахнул волосы со лба и тяжело вздохнул.
– Кардинал легко сможет настроить Киджи и Его Святейшество против меня. Микеланджело Буонарроти будет только счастлив вернуться в Рим из Флоренции и принять мои заказы. Я же уберусь восвояси в Урбино, чтобы писать портреты местной знати.
Маргарита погладила его по щеке, потом нежно поцеловала.
– Бедный Рафаэль. Столько людей хотят использовать тебя к собственной выгоде, не думая о твоей.
– Я тебя предупреждал, что для них я только товар.
– Этого я и боялась. У нас нет выхода.
Внезапно его осенило, даже глаза заблестели от радости. Он рассмеялся, не веря, что эта очевидная мысль до сих пор не приходила ему в голову.
– Что? – спросила Маргарита, заметив в нем перемену.
Рафаэль сел и принялся торопливо одеваться.
– Не могу тебе сказать. – Он опять счастливо рассмеялся. – Вернее, пока не могу. Мне понадобится некоторое время, чтобы выполнить задуманное, но я найду выход!
Он помог ей одеться и даже обуться в поношенные сандалии с кожаными ремешками. Я должен позаботиться и об этом тоже, подумал он. Нужно купить ей новые наряды, белье и украшения. Маргарита Лути заслуживает всего самого лучшего, и я сделаю все, чтобы это ей дать.
Рафаэль взял ее за подбородок двумя пальцами и заглянул в глаза.
– Я пришлю за тобой, как только все будет готово. Но для того, что я задумал, понадобится какое-то время. Ты сможешь проявить терпение?
Она ответила не сразу, тоже смотря ему в глаза. Потом, чуть склонив голову, очень тихо ответила: