Рубин II
Шрифт:
Ордерион почувствовал, как внутри все заполняет ужас…
Луар повернулся к Ордериону и прошипел:
— То был ее выброс…
— Дайте мне лошадь, — прохрипел Галлахер, озираясь по сторонам. — Лошадь мне! — проревел он.
Рубин
Что именно такое «выброс маны» — Рубин поняла не сразу. Сначала она открыла глаза и начала барахтаться в ледяной воде, пытаясь всплыть. Но мокрое платье сковывало движения похлеще холода и тянуло ее на дно. Удар спиной о камни. Рубин потащило по ним, как по терке, выбивая из груди остатки воздуха. Боль и безысходность
Сейчас она снова умрет. И потом опять, и опять, потому что тело воспрянет под водой, а воздуха в груди не осталось. Неужели ее ждет бесконечная череда мучений, пока мана в ней не взбунтуется и не заберет жизнь?
Удар. Боль. Мрак.
Открыла глаза. Вокруг вода и она на дне. Нельзя делать вдох, но совладать с собой уже невозможно. «О боги! — мысленно взмолилась Рубин, — заберите меня отсюда…». Распахнула губы.
Боль. Мрак.
Слабость. Рубин открыла глаза. Хотелось закашлять, чтобы выплюнуть воду, но она вокруг. Вода везде и Рубин на самом ее дне. На этот раз мрак сгустился без боли.
Открыла глаза. Тот же вид над головой, те же мучения впереди. Сколько еще раз она выдержит? Мрак.
Злость. Дхар карает ее за грехи еще при жизни! Но есть те, кто грешны гораздо больше! Почему это происходит с ней, а не сними?! Мрак.
Ярость. Да будь проклят этот дар и этот мир! Будь проклята Хейди со своим желанием умереть! Кто Рубин такая, чтобы спасать ту, что не хотела спасения?! И где Ордерион?! Где всесильный защитник, который обещал позаботиться о ней?! «Где ты?! — кричал голос в голове. — Где ты, когда так мне необходим?!» Тело засветилось само собой. Волна марева разошлась по сторонам, отодвигая от Рубин воды, словно выталкивая их постоянно растущим пузырем воздуха. Взрыв — пузырь лопнул, потоки воды разошлись по сторонам. Стало слишком светло, слишком ярко вокруг. Рубин начала кашлять, сплевывая воду. Вдох. Один. Другой. Третий. Потоки воды, отступившие только что под действием невиданной силы, обрушились на нее волнами. Мрак.
Открыла глаза. Вокруг вода, но в груди остался воздух. Рубин начала активно перебирать руками и ногами, пытаясь всплыть. Рывок вверх из последних сил. Вынырнула и вдохнула.
Вдалеке за спиной шумел водопад, с боку на пологом каменистом берегу лежало тело Хейди. Рубин поплыла к нему. Желая побыстрее добраться, она активно перебирала руками и ногами, глядя только в одну точку — на Хейди. Почувствовав дно под ногами, принцесса пошла по нему вперед. Тогда перед лицом что-то мелькнуло. Нечто черное. Раз. Другой. Рубин опустила глаза, и поняла, что черными стали ее руки. Они словно обуглились от кончиков пальцев до запястий.
Думать о них Рубин не хотела. Она выжила и выбралась на берег. Мокрое порванное платье придавливало к земле. От холода всю трясло. Рубин подползла к телу Хейди и перевернула ту на спину. Сдержала крик ужаса, увидев ее изуродованное лицо. Жена Галлахера определенно была мертва.
Рубин прижала обугленные ладони к ее груди,
— Ну давай же! — попросила саму себя.
Опять ничего.
— Да Дхар тебя побери! — злобно воскликнула Рубин и вся напряглась.
Ладони запекло, чернота засветились ярким светом.
— Давай же! — повторяла Рубин, стараясь сосредоточиться и выжать из себя последние силы.
Вспышка. Рубин готова была поклясться, что услышала хруст костей Хейди. Лицо стало восстанавливаться. Грудь девушки приподнялась под ладонями, тело словно само собой вытянулось. Но больше ничего не происходило.
Рубин напряглась еще раз. Снова ладони запекло, и свет от них разошелся по сторонам. Опять хруст. Казалось, на этот раз щелкнуло что-то в тазу Хейди. Ее губы и кожа стали розоветь, а лицо странным образом изменилось.
Рубин рухнула рядом с ней, пытаясь ровно дышать.
Хейди неожиданно закашлялась, сплевывая воду, и повернулась на бок.
— Не благодари-и-и, — простонала Рубин, медленно теряя сознание.
Ордерион
Ордерион и Галлахер практически не разговаривали. Никто не произносил слов о том, что Хейди и Рубин могли быть мертвы. По дороге вниз по реке они обнаружили двух воинов Галлахера, лежащих у обочины. Оба дышали, но в себя не приходили. Чем ближе принцы приближались к расширению ущелья, тем больше подмечали странности. Сначала почва оказалась мокрой, хотя дождя уже неделю никто не наблюдал. А затем Ордерион заметил рыбу, раскиданную по земле. Они с Галлахером даже спешились, чтобы рассмотреть ее: обычная рыба, что водилась к реке, только ловили ее на отмели возле водопада, что был дальше по пути.
— Нужно ехать к водопаду, — подытожил Ордерион. — Похоже, рыбу эту оттуда принесло.
— Каким образом? — спросил Галлахер. — Она же будто с неба упала.
— Вот именно, будто с неба, — не стал уточнять Ордерион.
— Взрыв воды? — прошептал брат ему на ухо. — Из-за выброса силы маны Рубин?
— Делай выводы молча, — попросил Ордерион и запрыгнул на лошадь.
— Гонцов смерти мои выводы не остановят, — повысил тон брат.
Ордерион ничего не ответил и поехал вперед.
В расширении ущелья возле водопада они нашли чью-то лошадь. Рядом — свежие следы от женских сапог. Они обрывались у отмели, где начинался пологий каменистый берег.
Галлахер спешился и осмотрел копыта лошади.
— Судя по сбитым оковам, это ее следы мы видели на дороге.
— Но где всадник, что прискакал на ней сюда? — обернулся к нему Ордерион.
Побродив вдоль берега, принцы ничего не обнаружили.
— Надо ехать дальше, — сказал Галлахер, останавливаясь рядом с Ордерионом.
— Уже смеркается, а ночью мы их точно не найдем. Да и лошадь эта как здесь оказалась? У нее же должен быть владелец?
— Женщина, которая спустилась к воде именно здесь, — кивнул Галлахер. — Но не вернулась назад, на дорогу. Куда она подевалась? Пошла вдоль берега? Дальше скалы начинаются, там не пройдешь. Она либо по реке поплыла, либо вовсе утонула.
На дороге показались воины Ордериона с Хорном во главе. Среди них Ордерион увидел и Сажа. То, что все были одеты в одежды простолюдинов, хороших вестей из замка не предвещало.