Рубежи

Струи времен текут неравномерно,

Пространство – лишь разнообразье форм

Максимилиан Волошин

Ещё чаще, чем по территориям,

рубежи пролегают по человеческим

сердцам и душам.

Огромная чёрная птица летела прямо на него. Она была безглаза, но он отчётливо чувствовал мощный поток психотронной энергии исходящий от неё, который намертво сковал его. Её огромный чёрный клюв широко раскрыт и внутри трепещется тонкий красный

язык. Она все ближе и ближе. Он не в состоянии пошевелиться. Птица всё больше и больше заполняет собой пространство перед ним и вот уже чёрная мгла окутывает его со всех сторон…

Капитан Торэн Торн нервно вздрагивает и открывает глаза. Перед ним, развернутый на весь зал управления, чёрный экран сканера пространственного обзора – экран вивв, усеянный цветными блестками далёких и близких звёзд.

Проклятье! Торэн механически проводит рукой по лбу, но он совершенно сух. Опять это видение. Сколько же я проспал? Он смотрит на цифры хронометра. Почти два часа. Чёрт! Почему так долго? Прежние видения длились короче. Откуда они приходят? О чём пытаются сказать?

Торэн ведёт рассеянным взглядом на экрану вивв и увидев, что контроллер движется, громко хмыкает и опускает взгляд на пульт управления – автонавигатор выключен.

Проклятье! Я его во сне, что ли, пустил в каботаж? Так недолго и залететь куда-либо, откуда не возвращаются. Определённо, это был не сон. Я вновь потерял контроль над собой. Что со мной происходит? Что это за безглазая птица? Где я её видел? Почему она постоянно намеревается меня убить? Может от неё я хотел увернуться и сорвал контроллер с места?

Негромкий, но нудный писк заставил его отвлечься от своих тревожных мыслей и покрутить головой – несколько выше и правее центра экрана отображалась большая, в сравнении с точками звёзд, переливающаяся желто-белыми разводами, радужная точка, и даже не точка, а маленькая клякса.

Торэн обвёл взглядом экран вокруг странной кляксы, собираясь познакомиться с её характеристическими показателями, но те места, где они должны бы отображаться, были пусты – пространственный анализатор её никак не идентифицировал, только лишь чувствовал, не присваивая кляксе никакого статуса, будто это была не какая-то аномалия, а нечто эфемерное, даже не заслуживающее внимания. Это было более, чем странно. Клякса не имела четких границ и навряд ли была звездой, блестящие точки которых тоже не имели чётких границ, но они были какими-то не такими. Складывалось впечатление, что пока он спал, её кто-то в шутку нарисовал на экране вивв, желая разыграть капитана боевого корабля галактики Зевс, пространственного контроллера "Регул". И у Торэна, вдруг, действительно, возникла мысль о дефекте пространственного сканера. Он вытянул руку в сторону панели управления и нажал несколько клавиш – отображение пространства на экране поползло в сторону, вместе с которым поползла и клякса.

– Проклятье!

Торэн вернул отображение пространства в прежнем направлении и обвёл пульт управления внимательным взглядом – никаких показаний, могущих вызвать тревогу, не отображалось. Дёрнув плечами, он вновь поднял взгляд на странную радужную кляксу. Насколько он знал, эта часть пространства называлась туманностью Оделля.

Эта туманность была активной областью звёздообразования и капитаны всегда старались обойти её стороной, потому как попасть под внезапный корпускулярный выброс, какой-либо из её очень горячих звёзд и превратиться в такую же плазму, никому не хотелось.

Если я не обманываюсь… Принялся размышлять Торэн, потирая лоб. Объект находится в туманности среди горячих звёзд той небольшой ассоциации. А если это разнесло одну из её звёзд? Но почему тогда её не распознает пространственный анализатор "Регула"? Это ведь характерное явление в жизни звёзд и оно, несомненно, известно анализатору. Да нет, не может эта клякса принадлежать

раздувшейся звезде – в сторону "Регула" уже бы нёсся поток горячей плазмы, который анализатор гарантированно бы увидел. Это, ведь, совсем недалеко. Если эта аномалия действительно среди звёзд той ассоциации, то до неё десять-двенадцать часов хода. А нужна она мне? Состроив гримасу Торэн поднял плечи. Это ведь не степпер тресхолдов. А если аномалия имеет к ним отношение? Не сама же она появилась, её кто-то или что-то создало? Он откинулся в кресле и расслабился. А если это одно из остаточных явлений прошедшей катастрофы? Тогда уж туда, непременно, нужно идти. Докладывать бессмысленно, однозначно, отправят выяснять. Это ведь мой сектор. А если промолчать? А, вдруг, её наблюдают астрофизики? Проблем не оберёшься. Из контроллера вышвырнут без раздумий и вновь придётся руду таскать из какого-либо захолустья. Проклятье!

Погримасничав, Торэн положил руки на панели управления и радужная клякса быстро заскользила к центру экрана.

***

Полугодовое дежурство Торэна Торна в восьмом секторе от пространственной космической базы "Тосса" подходило к концу и он уже подумывал о месте предстоящего отдыха. Его давно манила третья планета звездной системы Тоор – Селе, которая находилась под протекторатом вестов и доступ на которую был ограничен. Она имела мощный энергетический фон, длительное пребывание в котором биологическим организмам было небезопасно. Но Торэн был не совсем обычным биоорганизмом – он, собственно и сам не знал, кем он был.

***

Торэна нашла восемь лет назад на далёкой планете Дайна одна из разведывательных экспедиций зевсов, производившая разведку пространства, оказавшегося за энергетическим ножом катаклизма, пронесшегося более трёх сот лет назад через галактику, отрезав немалую часть отдалённого от основных районов проживания объединённых цивилизаций, но уже разведанного и колонизируемого, пространства.

Зевсы посчитали, что триста лет достаточное время, чтобы пространство восстановилось от полученных потрясений и уже можно безопасно ходить сквозь него, чтобы продолжить колонизацию отдалённых планет.

На Дайне некогда жила немногочисленная раса зеннов, загадочным образом исчезнувшая во время катаклизма, хотя энергетический луч прошёл мимо планеты.

Торэна обнаружил биосенсор разведывательного корабля, сканирующего планету. Приземлившиеся разведчики были немало удивлены, увидев на планете искорёженный космический корабль и человека, жившего в этой горе металлолома. Корабль был причислен к классу грузовых, хотя ту груду искорёженного металла можно было классифицировать любым кораблём подходящей массы. Торэн жил в единственной, непостижимо каким образом, более-менее, уцелевшей каюте.

У него была амнезия. Он совершенно не помнил когда и как попал на планету и кто он сам. Выглядел он достаточно молодо, хотя был худ, но это было не истощение: у него был приличный запас продуктов животного и растительного происхождения, что было ещё большей странностью, так как никаких орудий, ни для труда, ни для охоты у него не было.

Анализ, останков корабля, проведённый разведчиками, оказался более, чем непонятным. Они установили, что корабль был построен объединёнными цивилизациями около восьмидесяти лет назад и тогда же произошла его авария, хотя управление космического флота однозначно утверждало, что все построенные в тот период времени грузовые корабли находятся в строю и ни один из них в этот район галактики никогда не направлялся и более того, последний грузовой корабль объединённых цивилизаций бесследно пропал около двухсот лет назад. Была и ещё одна странность в груде обломков – создавалось впечатление, что этот грузовик и не был никогда полноценным космическим кораблём, а будто все свои восемьдесят лет жизни так и существовал, в виде груды этих обломков.