Розовый брют

Семионичева Светлана

После продолжительной паузы приятный женский голос мягко, как будто говорил с ребенком, попросил: Миша, передай трубку Алексею и отпусти его, пожалуйста.

– Тебя спрашивают, – пытаясь сделать услужливый вид, и от этого становясь еще опаснее, Михаил протянул трубку брату.

– Лешенька, дорогой, ты попался под раздачу?

– Да, –

хрипло выдал Алексей, стараясь не сказать лишнего.

– Вы что, и правда, что ли вместе придете? Прекрасно понимая опасность, Елена уже наверняка придумывала меры предосторожности.

– Надеюсь, что нет.

– Может быть, мне заранее полицию вызвать?

– Нет, не надо, я скоро буду.

– Уверен, что скоро будешь? Это ты не угадал вообще! В больнице ты точно скоро будешь или в полиции, а вот у нее не знаю, не знаю… Михаил зло ухмылялся, и его намерения сложно было не понять.

Алексей держался изо всех сил, чтобы не подвести любимую, которая наверняка уже сходит с ума, поняв, наконец, что произошло, и предполагая самое худшее.

Ему было проще сейчас подраться, без особых раздумий навалять друг другу и уехать куда угодно, домой, в травмпункт, в овд, да хоть на родину, в Челябинск, но в корзине лежал розовый брют, в соседнем доме, на 4 этаже ждали голодные коты и красивая женщина, которая точно не была ни в чем виновата.

– Ребята, а что происходит? Что тут у вас за разборка? – Подошел приличный охранник, пока что вежливый. Ну магазин-то дорогой, не сельпо какое-нибудь.

Алексей воспользовался ситуацией и сразу замахал руками: командир, никаких проблем, сейчас расходимся, я на кассу, брат на выход.

Михаил обернулся на охранника и на испуганных продавцов из соседнего отдела с телефонной трубкой в руках и понял, что ситуацию нужно выводить в другую плоскость.

– Так, давай на кассу, расплачивайся за свое барахло и выходи на улицу, я буду тебя там ждать.

Пять минут на кассе показались

Алексею такими длинными, как будто время остановилось. Вспомнилась одна из умных фраз Елены – ожидание смерти хуже смерти, вот это верно.

Михаил с мрачным видом курил на улице под лестницей.

– Вышел, любовничек… Небось, думал проскочить мимо меня, жаль, что здесь один выход, правда? Он, по-прежнему, ухмылялся, но узкие глаза чернели бездной.

– Брат, давай я занесу Ленке все, коты, и правда, голодные, зачем им страдать, они-то уж точно ни в чем не виноваты.

– Зря я им тогда бошки не открутил, мог же… Михаил сделал характерное движение руками, как в фильме Собачье сердце. Лена уже давно говорила, что он вылитый Шариков. Теперь Алексей это увидел.

– Думаешь засесть в квартире и вызвать полицию? Совсем я брата потерял… Что она с тобой сделала, что ты вдруг так начал за юбку прятаться?

– Я не прячусь, просто не ты же ей все это отнесешь. Хочешь, поднимемся вместе и оставим у двери, чтобы она забрала, когда мы выйдем.

– А вот эта мысль мне нравится, пошли. И Михаил только хотел выбросить окурок сигареты.

– Старший лейтенант Ковригин, – молодой голубоглазый высокий парень в форме привычно отдал честь братьям, – почему курите в неположенном месте, тут от метро менее ста метров. Статья 6.24 Административного кодекса Российской Федерации. Предъявите документы.

– Э, командир, у тебя, что сегодня план стоит, тебе последней палки не хватает? Михаил, видимо, полагал, что пытается договориться по-хорошему.

– Вы как разговариваете, что себе позволяете, сейчас проедем в отделение для проверки личности.

– Простите его, он не хотел, это мой брат, я его личность подтверждаю.

– Предъявите документы!

У обоих братьев оказались паспорта без московской прописки и регистрации.

Конец ознакомительного фрагмента.