Шрифт:
А вам когда-нибудь доводилось слышать голос самой музыки? То, как она может кричать или ели слышно шептать? Я и понятия не имела, что это настолько прекрасное чувство.
Я полюбила музыку не потому, что могла чувствовать волнение от играющей мелодии, а потому, что появился человек, который вкладывал в свою игру что-то больше, чем просто старание. Он вкладывал чувства и всего себя.
Бабушка была моим наставником и просто человеком, любившим играть на своей старой, но любимой скрипке. Она всегда говорила, что скрипка в руках без эмоционального музыканта так и останется простой скрипкой, состоящей из корпуса, грифа и струн.
Это было действительно сложно, играть так, хочется. И вот однажды, пробираясь сквозь часовые пробки города, в канун Рождества, мне довелось увидеть то, чего я раньше никогда не видела. Огромный концертный зал, сверкающий в вечерних огнях и утопающий в праздничной музыки, был для меня настолько величественен и прекрасен, что, окидывая взглядом всё вокруг, невольно начинала понимать, что это совершенно другой мир. Мой взгляд был прикован к прекрасной игре. В блеске света от прожекторов, на сцене стояла она, такая спокойная и одновременно волнующая, моя бабушка. О эти изящные движения рук во время игры и такая дивная мелодия, наполняющая зал восторгом. Я смотрела на ту, что в один миг заставила меня почувствовать и радость, и печаль, и даже волнение. Всё смешалось, и я поняла, что эти чувства мне бы хотелось испытывать чаще, но не просто наблюдая за игрой бабушки, а стать такой же искусной как она.
Мечта появилась спонтанно, можно даже сказать, её появление было для меня подарком. Подарок, которым одарила мне бабушка, был бесценен. И вот, когда я уже могу стоять на этой сцене, видеть восторженные взгляды из глубины зала и просто чувствовать всю атмосферу, внутри становится пусто. Пусто от того, что человек, подаривший мне мою мечту, больше не может наблюдать за её исполнением. И я больше никогда не услышу голос старой, но до боли любимой скрипки.
На тесных улочках небольшого городка, под названием Тарон, завывала метель, но даже сквозь её звуки можно услышать, как где-то неподалёку звенят колокола, а церковный хор напевает рождественскую песню. В центре города, на небольшой площади, стояла огромная ель, украшенная желтыми и белыми шарами, переплетавшимися с цветными гирляндами. Вокруг витрины магазин переполнены праздничным настроением, но увы, их закрытие планировалось раньше. Всё-таки сегодня канун Рождества!
– Саша! Иди переоденься! Скоро гости придут! – с кухни послышался голос женщины.
– А можно я останусь в этом наряде? – Саша посмотрела на свои расклешенные джинсы и белый свитер, что был ей на размер больше.
– Нет! Ты в таком виде не выйдешь к гостям! – на кухне что-то с треском упало на пол и разбилось.
Из-за угла вышла женщина в облегающем красном платье. Она держала в руках разбитую тарелку и тяжело вздыхала.
– Запасной у меня нет, – сказала она, глядя на два кусочка одной тарелки.
– Вот видишь, мам, что бывает, когда ты спешишь, – сказала Саша, спрыгивая со спинки дивана. – Я пойду на верх и немного позанимаюсь.
– В канун Рождества? – удивилась женщина.
– Рождеством в этом доме и не пахнет. Я лучше потрачу этот вечер с пользой, – заявила Саша и быстрым шагом направилась по лестнице на второй этаж.
– Саша! –
В этом доме было очень тихо. Но иногда скрип от деревянной лестницы, ведущей на чердак, заставлял оборачиваться с ужасом. Стоило мне захлопнуть дверь и залезть под тёплый плед, как я осталась одна в этой тишине, которая была для меня самым ужасным чувством. Но это чувство длилось не долго.
Тихая мелодия, доносившаяся с чердака, выдернула меня из дрёмы заполняя комнату чем-то приятным. Сон улетучился мгновенно, а осознание того, что это играла скрипка, пришло не сразу. Я уже где-то слышала эту мелодию, но вспомнить бы «где»? Да и, кто может так играть?
Саша встала с кровати и направилась в сторону лестницы, ведущей на чердак. Ступеньки были старенькие и скрипели при каждом шаге. Такой же старой была и дверь, из-под которой сквозило, а мелодия становилась громче. Девочка схватилась за ручку двери, поворачивая по часовой стрелке, но не смогла открыть её.
– Значит, она заперта? – с сожалением сказала Саша.
Стоило Саше развернуться, как замок на двери щёлкнул, выпуская мелодию, которая словно притягивала. Девочка схватилась за ручку двери и снова повернула её, но уже сейчас она без труда открылась, впуская Сашу в комнату, которая была наполнена ароматом старого дерева, кожи и лака. В свете луны, проникающей сквозь приоткрытое окно, комната казалась знакомой.
Мелодия заполнила комнату, и я вспомнила, где раньше её слышала.
– Вальс… – прошептала Саша. – Вальс, который исполняла для меня бабушка.
Саша прошла вглубь комнаты рассматривая каждую деталь. Но её внимание привлекло то, что лежало на запылившемся столе. Футляр для скрипки был потрёпан и покрылся слоем пыли, местами кожа порвалась, а защёлки слегка заржавели. Саша потянулась к футляру чтобы открыть его, но внезапно он зашевелился, словно что-то внутри пыталось выбраться наружу. Мелодия становилась громче, а девочка с непониманием стояла и смотрела на оживший футляр.
В одно мгновение защёлки на футляре открылись и оттуда вывалилась старая скрипка, что с треском упала на пол. Мелодия в миг исчезла.
– Ох, беда. Нельзя же так обращаться с инструментом, – прошептала Саша, присев на корточки рядом со скрипкой и слегка её погладив. – Ну и, что я сейчас делаю? Разговариваю со скрипкой? – усмехнулась она сама себе подняв инструмент и положив его обратно в чехол. – А ты всё такая же старая. Только, твой хозяйки уже нет.
На лице девочки выступили слёзы. Возможно, она вспомнила что-то дорогое и любимое. Капельки от слёз попали на струны скрипки и в комнате снова появилась мелодия. Окно распахнулось, впуская в комнату морозный ветер и пургу, которая завывала в такт мелодии, и спустя мгновение, исчезла вместе со скрипкой, что было дорогим и бесценным воспоминанием.
– Стой! – прокричала Саша, выглядывая в окно и наблюдая за тем, как мелодия постепенно смолкает. – Вернись!
Саша спрыгнула с подоконника, преодолела крутые ступень ведущие на чердак, и захлопнула дверь комнаты спускаясь на первый этаж.
– Саша! Ты куда собралась? – прокричала её мама, держа в руках огромный противень с запечённой курицей и яблоками.
– Я сейчас вернуть! – выпалив на ходу прокричала Саша, хватая куртку и надевая сапоги. – Я на минуточку! – входная дверь хлопнула.