Rozeff: The comet
Шрифт:
– А тебе идет пиджак! Только почему кроссовки? – спросила Элли.
– Я никогда не изменяю своим принципам, мне удобно в них, – ответил Розефф.
– Не буду скрывать, такое сочетание мне нравится.
– Не буду скрывать и я, ты тоже выглядишь очень хорошо, – мужчина подставил локоть девушке, она очень мягко взяла его. – Ты когда-нибудь была на балете?
– Никогда, потому что это очень дорого. Ты же знаешь, я жила не очень богато, хватало на жизнь, на оплату квартиры… Иногда могла себя побаловать. Единственное, могли с Томасом сходить в кинотеатр. Даже сейчас я с зазрением совести трачу твои деньги.
–
– Я их не заработала, а у тебя есть кофейня, хоть какой-то заработок.
– Помнишь, я тебе говорил, что моя кофейня работает в минус. Все для того, чтобы у моих сотрудников была самая высокая оплата труда, а у посетителей самый качественный кофе. Да, бывают месяцы, когда мы выходим в «плюс», но я трачу этот «плюс» на корпоратив.
– Точно, ты же можешь «печатать» деньги.
– В точку! Так что трать с умом, но не жалей.
Они зашли в дверь, за которой открывался величественный зал, наполненный золотистыми узорами на стенах, которые отсвечивали и заполняли помещение мягким светом. Перед сценой располагалась площадка для оркестра, а места Элли и Розеффа находились по центру.
– Как здесь красиво, – открыв рот, начала оглядываться девушка. Стефан указательным пальцем аккуратно приподнял его.
– Согласен, первый раз я был тут в середине пятидесятых, и тут все так же круто.
– А почему именно театр?
Они сели на свои места.
– Каждый день я бы не стал сюда ходить, но я посещаю балет с другой целью: во время всего представления никто не скажет ни слова, можно услышать только легкий шепот зрителей. Ты смотришь на актеров, которые ничего не говорят, но они показывают тебе… показывают свою проблему или свои переживания, ты просто смотришь на них и понимаешь историю персонажа, которого они играют. А еще это очень сложно. Ты постепенно начинаешь восхищаться их трудом, как они натурально играют, сколько тренировок вложено в их труд. Я думаю, в процессе ты поймешь, о чем я говорю.
Прозвенел третий звонок, и вскоре балет начался. Во время представления Розефф сидел, облокотившись на правую руку, а Элли изредка поглядывала на внимательный взгляд мужчины, но потом и сама постепенно погрузилась в атмосферу представления. Следующий час пара сидела не шелохнувшись, впитывая и пропуская через себя все эмоции героев, каждый молчаливый взмах руки.
– Как тебе? – спросил Стеф.
– Поначалу мне было скучно, но потом, когда я прониклась происходящим на сцене… – пара выходила из зала, – да, я полностью с тобой согласна, невероятный труд людей и сколько эмоций они показывали… И я поняла, почему ты заставил меня сегодня бегать в метро, – ты тренировал не только мою выносливость, но и в первую очередь стойкость. Ты хотел, чтобы я справилась с задачей, и я смогла пробежать столько кругов, пусть это и заняло много времени, – Розефф улыбнулся.
– Мистер Розефф! – мужчина в яркой карнавальной одежде и обтягивающих легинсах догнал пару. – Здравствуйте, вы решили зайти к нам? Как вам представление?
– Дэниел, здравствуй, прекрасно выступил, как всегда, – ответил Роз.
– Вы пришли к нам с девушкой?
– С подругой, меня зовут Элли, – ответила она.
– Приятно познакомиться, Элли, – темнокожий мужчина поцеловал руку Элл.
– Дэниел, – начал Розефф, обращаясь
– Не стоит преувеличивать, у нас много талантливых танцовщиц, не хуже меня, – Дэниел засмущался. – Как ваши поиски того артефакта?
– Пока никак.
– Очень жаль, я узнавал у многих коллекционеров, так же, к сожалению, пусто. Кстати, когда вы приедете на очередное техническое обслуживание?
– Собирался на этой или на следующей неделе, передние колодки поменять нужно.
– Техническое что? – прервала их девушка.
– Извини, не полностью представил Дэниела. Помимо игры в театре, он первоклассный автомеханик. Я уже больше десяти лет чиню и обслуживаю машины только у него.
– Мисс Элли, вы бы знали, сколько шин и тормозных комплектов он поменял, – Дэниел улыбнулся. – Насчет того артефакта, если я что-нибудь узнаю, сразу вам позвоню, а сейчас прошу прощения – я должен идти.
– Увидимся. Еще раз, рад был тебя увидеть, – ответил Розефф.
– Взаимно. Рад знакомству, мисс Элли, – актер кивнул и быстро удалился, смешавшись с толпой людей.
– Про какой артефакт вы говорили? – спросила девушка.
– Когда я был на обучении в Китае, в храме стояла очень дорогая мне фигура, она похожа на статуэтку. Буквально года три назад у одного человека я увидел часть этой фигуры и выкупил. Теперь я хочу собрать ее полностью.
– Ты когда-нибудь расскажешь про то время?
– Обязательно, Элли. По домам?
– По домам.
199.
Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.
Каждый день в течение двух с половиной недель она бегала в метро. Девушка бежала уже двухсотый круг по эскалатору.
– Давай, не останавливайся, пересиль себя, ты можешь! – кричал вслед мужчина.
«Как же хочется пить», – навязчивая мысль преследовала Элли. Но нельзя. Так сказал Стефан.
– Дай мне минуту хотя бы отдохнуть, – задыхаясь, подбежала девушка.
– Не сейчас, верь мне. Беги.
Девушка побежала дальше. Ее ноги уже давно начали гудеть, а в горле застрял злосчастный ком.
217.
Мысль бросить все и просто лечь начала быть не просто навязчивой идеей, а сокровенным желанием.
219.
Ноги начали отказывать. Она бежала. Ее двигала вера, вера в человека, который давно встал со стула и подбадривал ее каждый круг.
223.
– Еще совсем чуть-чуть, слышишь? Ты просто шикарна сегодня!
225.
Двести двадцать шестой круг. У девушки начало мутнеть в глазах, а сердце от невероятной нагрузки билось под двести ударов в минуту. Во время спуска она всегда пыталась схалтурить, но сейчас ее водило из стороны в сторону. Организм давно работал на пределе человеческих возможностей. Спустившись, ей нужно было повернуть налево, чтобы продолжить, как ей казалось, бесконечную петлю ада. Она начала делать первые шаги наверх…