Роза с шипами
Шрифт:
– - Ты хочешь узнать свою судьбу, так приходи в Виньену. Провидец вернулся, и он помнит тебя, - Анри глухо издевательски засмеялся.
– Юноша с ангельской внешностью, внутри которого сидит зверь, кто это может быть кроме тебя? А существо, любившее играть на скрипке? О нем я ничего не знаю.
Он быстро скрылся за толстым стволом вяза и лязг металла, раздававшийся при его неловких движениях, тут же стих. В латах Анри был довольно неуклюж или просто пытался сделать вид, что они сковывают его ловкость. Разве можно понять, что твориться в голове у этого мошенника?
Во всяком случае, он исчез с поверхности земли, а я вспомнил о своем желании свернуть голову гадкому зверьку. Ни одна летучая мышь не решилась
– - Ты же сам сказал, что ни один из нас не должен приближаться к этой девушке?
– Винсент редко терял контроль над собой, чтобы разозлить его, надо было задеть за живое.
– - Где ты раздобыл такую послушную летучую мышь?
– вместо ответа поинтересовался я.
– - Даже от службы тебе некоторые умудряются уклониться. На колокольне осталось с десяток этих мерзких тварей. Выглядят они не лучшим образом, но зато когти у них острые.
– - Кажется, ты завидуешь тому, что моя кожа не изуродована шрамами, как твое горло.
– - На тебе все заживает, как на собаке, - Винсент фыркнул и виновато опустил голову. С ходом времени и приобретением большего опыта в чародействе он сам менялся. Каштановые волосы стали еще более шелковистыми. Даже мельчайшие мимические морщинки под глазами и те разгладились, а сами глаза вместо темно-карего приобрели теплый ореховый оттенок. Смотрись Винсент хоть иногда в зеркало, он бы никому не завидовал. Правда шрамы на шее так и не зарубцевались, но ведь их всегда можно прикрыть шейным платком или жабо. В любом случае того преобразившегося Винсента, который стоял передо мной сейчас они несколько не уродовали, напротив добавляли его личности некоторую таинственность.
Винсент не попытался застегнуть распахнувшейся воротник камзола, понимал, что я все равно знаю о его самой крупной неудаче.
– - Ну, что спалишь меня вместе с домом или пустишь в ход когти?
– устало поинтересовался он.
– - Я бы с радостью, но не хочется наводить беспорядок в собственном жилище, - мрачный юмор и на этот раз меня не подвел.
Винсент расценил это, как шутку и лучезарно улыбнулся.
– - Значит, я прощен, - заключил он.
– - В последний раз.
С улицы донесся какой-то шум и Винсент пугливо оглянулся в сторону окна.
– - Почему-то у меня такое чувство, что вот-вот прилетит кто-то, готовый раскроить мне горло, - признался он.
– Наверное, сказались несколько дней плохой погоды и то, что по площади по ночам шаркает горбун в мантии и короне. Мне кажется, он ищет тебя точно так же, как пес идет по следу.
– - С ним Камиль?
– - Камиль регулярно посещает "Марионетту", но после того, как Роза сошла со сцены, пьеса больше не пользуется таким успехом. Он хочет написать что-то новое и найти способную актрису, но пока у него не вышло ни того, ни другого.
– - Театр всего лишь прикрытие для его грязных планов, - мне захотелось метнуть в сторону площади струю огня, чтобы испепелить князя и его ищейку. Камиль ищет меня и, наверное, уже жалеет о том, что так легко впустил из рук картину. Возможно, со временем портрет приобрел бы ту же силу, что и аметист. Кстати, что касается аметиста, то я уже на протяжение довольно длительного срока не ощущал рокового притяжения.
– - Тебе надо было бы строить планы на будущее, а вместо этого ты бегаешь за девчонкой, сам не зная для чего, - снова зазвучал голос Винсент, тихий, как шелест орешника. За все время пребывания в огражденном чарами доме я слышал только этот голос, сладкий, тягучий, полный яда. Винсенту надо было бы выступать с речами в
– - Тольке не рассказывай мне длинную душещипательную историю о том, что хочешь обвенчаться, - съязвил Винсент.
– Ты никого не любил и тебя ничем не проймешь. Ты как будто сделан из камня.
– - Никого не любил? А как же моя семья...
– - Если бы ты испытывал к так называемой семье хоть какие-то теплые чувства, то давно бы уже расправился с князем.
– - Легче сказать, чем сделать. Он все еще силен. Не забывай, что это он учил меня, а не я его. И кто дал тебе право так неуважительно говорить о моих родственниках.
– - Почивших родственников, - угрюмо поправил Винсент.
– Ты выглядел среди них явно лишним, как один-единственный эльф в замке полном людей. Твои родные боялись тебя, потому что знали о том, кем ты станешь.
– - И скрывали это от меня, - подумал я вслух.
– - Зато я с самого начала во всем признался тебе честно, - тут же ввернул Винсент, забыв упомянуть о том, что это случилось после двух неудачных попыток лишить меня жизни.
– - Да, конечно это метод шакала переметнуться на сторону сильного, - рассмеялся он, угадав мои мысли.
– Но, запомни, даже крысы бегут с тонущего корабля, а я остался следить за Ларами. Это значит, что твои шансы на успех все еще больше чем у кого бы то ни было. Если победишь всех своих врагов, то, хоть для меня это и утрата, но принцесса достанется тебе.
– - Утрата?
– переспросил я.
– - Ну мне конечно не хочется, чтобы она связывалась с тобой, - ушел от прямого ответа Винсент.
– Ты ведь даже не человек, ты оборотень, животное, но ей кажется все равно. Каждый сам делает свой выбор.
Кто я для нее? Тень при свечах, голос в пустоте, незримый и опасный гость. Хорошо еще если ее дуэньи до сих пор не позвали священников, чтобы меня изгнать. У меня осталась только ее лента, но повертев в руках этот розовый кусочек атласа я, может, смог бы узнать о чем она думает.
Ленту я изрядно потрепал, но узнать ничего не смог. Винсент убеждал меня заняться политикой, уладить дела с отцом Анри, он так и не оставлял надежды на то, что король передаст трон мне. А сам Винсент наймется к Розе прислугой, чтобы помогать ей. Конечно же, пуститься на такую крайность я ему не разрешил, да и кто возьмет в слуги такого странного субъекта, за которым водится дурная привычка все время носить траур.
Месяц высоко в темном небе засиял ярче, и мне показалось, что к серебристому оттенку гало примешался красноватый. Меня тянуло в небо, ближе к месяцу, потому что на чьей-то руке раскалился злосчастный аметист. Я схватился за подоконник и выругался в адрес князя. Как не вовремя. Кожа горела, и самое главное я догадывался, кому на этот раз выпал страшный жребий. Винсент благоразумно подхватил со стола пару книг и побежал прятаться на чердак. Наверху щелкнула, закрываясь, щеколда, вспыхнула свеча. Весь дом был предоставлен мне, как и весь город, но на этот раз оказалось бы мало даже спалить Лары. Ни одно злодейство не уняло бы огонь в крови, но я решил испытать судьбу. Первой моей жертвой стала повозка, одиноко тащившаяся по проселочной дороге. Она тут же оказалась в драконьих когтях, бочки с пивом откатились с нее в разные стороны. Остальные превратились в щепки, как и вся телега с тентом, упряжкой, с ободьями колес. Но пара мулов и извозчик не могли заменить ту, которая была избрана для меня на эту ночь. Обрученная со смертью. Я должен облететь весь мир, но найти ее. Однако искать долго не придется, видимая мне одному фиолетовая нить тянулась напрямик, а место нахождения кольца магнитов тянувшего к себе я всегда мог безошибочно определить.