Роза с шипами
Шрифт:
– - Если тебе нужны ножницы, я где-нибудь найду, - под "где-нибудь" имелось в виду в первом попавшемся доме, где отсутствуют хозяева или в неистощимых запасах Перси, который уже не раз успел обойти чужие жилища до меня.
– - Я не говорила, что мне нужно что-то определенное, я просто искала что-нибудь острое. Шпага слишком велика, к тому же никто даже не потрудился ее заточить.
– - Разве?
– я как-то не очень об этом задумывался, привык к тому, что в замке сталь не ржавеет, проверить на деле остроту клинка как-то не приходилось, давно не представлялось случая схлопотать вызов на дуэль. В последнее время я по большей
– - Это подойдет, - Роза протянула тонкую руку и с удивительной легкостью вытащила у меня из-за пояса тесак.
– - Смотри не порежься!
Роза, наверное, считала, что лучше потерять палец, чем жизнь, но я ее мнения не разделял, поэтому рукоятка тесака неуловимо выскользнула и ударилась о стол.
– - Я вполне изобретателен, чтобы придумать менее болезненный способ, - пояснил я, бесцельно перевернул следующую страницу и заметил незнакомую иллюстрацию. То есть я не помнил, чтобы она раньше встречалась в этой книге, но то, что было изображено внутри причудливого переплетения виньеток было уже где-то видено раньше. Дерево - могучий вековой дуб, узловатые корни, шапка листвы и сук с телом повешенного. Я вспомнил все почти сразу, припомнил даже, что сделал зарубку точно в том самом месте, где она нарисована на картинке. "На память о нашей встрече", так я тогда сказал, размахнулся топором, рубанул по стволу, и дерево отозвалось долгим глухим стоном. На картинке все, что я видел было повторено до мельчайших деталей и даже то, чего я не заметил, когда стоял под вязом. Тогда я только ощутил присутствие какой-то скрытой силы, но не догадался в чем ее источник. Под корнями в рыхлой пористой почве поблескивал какой-то металл. Давно под деревом среди таких же цепко сплетенных сетью корней мне удалось найти клад, но на этот раз ничто не указывало на зарытые в лесу сокровища. В земле покоилось что-то совсем не похожее на скопище монет, не по блеску, ни по очертаниям. В корнях запутался меч с длинным широким даже слегка не заржавевшим лезвием.
Анри ведь тогда поранился. До сих пор было неясно зачем ему понадобилось вертеться рядом с вязом и зачем Одиль казнила провинившуюся служанку именно там. Я бы так и не догадался, но как обычно книга дала ответы на все. У кого еще мог я спросить совета, как не у этих ветхих страниц? Я любовно погладил переплет.
– - Ты знаешь, что сейчас происходит у тебя на родине?
– - Догадываюсь, - невесело протянула Роза.
– Стрельба, смерть, баталии. Война может нанести ущерб ни чуть не меньший, чем от его налета.
Она опять заменила слово "дракон" местоимением. Может, она просто не хотела называть зло по имени и скорее всего мне просто показалось, что вместо "его" она хотела сказать "твоего".
– - Если бы ты смогла положить конец войне, ты бы это сделала?
– - Да, наверное, - она неопределенно пожала тонкими плечами.
– Но я не могу.
– - За то я могу, - я с треском захлопнул ссохшийся переплет.
– По крайней мере мне кажется, что могу.
– - Тебе это выгодно?
– - По твоему я могу оказать кому-то помощь только из выгоды?
– - Я не знаю, - со вздохом прошептала Роза, и наши глаза встретились. Она заметила размах черных крыльев в голубой дужке глаз, я готов был в этом поклясться - заметила и отвернулась.
Не знаю, к какой очередной темной бездне завели бы меня мои мысли, если б я не
– - Всего одна ночь, а завтра я соберусь с силами и смогу дать отпор кому угодно, - Винсент то говорил на повышенных тонах, то неразборчиво лепетал. Понять его было совершенно невозможно.
– - Ты напуган, - я схватил Винсента за локоть и потащил за собой по лестнице в более теплые и уютные помещения. Он не сопротивлялся.
– - От страха твоя кожа становится белее мела, а сам ты походишь на покойника. Лучше согрейся и выпей чего-нибудь покрепче, чтобы прийти в себя. Для оригинальности интерьера мне вполне хватает тех голов на кольях во дворе, еще один труп в замке ни к чему.
Я насильно усадил Винсента на софу, сунул ему в руку бокал, а сам стоя наблюдал за ним свысока и с презрением.
– - Если не скрипка, то тогда что же произвело на тебя подобный эффект в этот раз? Арфа, лютня, виолончель, целый призрачный оркестр? Говори, не стесняйся. Раз уж пришел на ночь, то должен развлечь меня рассказом.
– - Я просто не хотел сегодня ночью сидеть в одиночестве. Лучше завтра. До завтра я успею обдумать способы самозащиты.
– - Кто-то снова ломился в окна или двери?
– - Не ломился, скорее царапался, - Винсент сдавил бокал так, что хрусталь чуть не треснул.
– Она умоляла меня впустить ее.
– - Кто именно?
– Роза появилась внезапно. Она уже приспособилась к тишине все время царившей в пустом замке и сама научилась двигаться бесшумно.
– - Ваше высочество!
– Винсент поспешно вскочил на ноги и раскланялся настолько изящно, насколько мог. Я и не подозревал, что он с кем-то может быть так учтив.
– - А вы тоже были на поле боя?
– - Простите, - не понял Винсент.
– - Откуда у вас эти шрамы?
– Роза коснулась собственного горла, словно чтобы уточнить, что она имеет в виду.
– - А эти, - впервые Винсент покраснел.
– Не успел вовремя увернуться. Теперь проклинаю себя за собственную неловкость, моя госпожа.
Он опустил лицо, но щеки у него все еще горели. Я не рассчитывал, что даже одно из моих чудес способно вернуть румянец на его щеки. До сих пор мне казалось, что Винсент окаменел. В нем больше нет ни слез, ни восприимчивости к загару, ни краски смущения. Оказалось, что я ошибался. На самом деле он не только выглядел как школьник, но и чувствовал себя точно так же в тех редких случаях, когда над ним не нависала опасность и не на кого было ощетиниться всеми ежовыми иголками.
– - Я мог бы вылечить его, но он сам отказался от моих услуг, - как ни смешно, а я сказал это, желая проявить себя благородным.
– - Ты целитель?
– удивленно переспросила Роза, и я тут же понял, что допустил промах.
– - Я изучал много наук, - не очень уверенно стал объяснять я.
– Не знаю можно ли назвать медициной тот способ исцеление, который применяю я, но действует он безотказно.
– - К сожалению, многие настолько щепетильны, что не в силах уплатить назначенную цену за такое исцеление, - очень некстати решил поддержать беседу Винсент.