Рой

Липницкий Николай

В колодце просидели около двух часов. Потом Олаф вопросительно посмотрел на меня, и я, прикрыв глаза, принялся отыскивать наверху что-нибудь живое. Подвернулась ворона. Люблю я работать с птицами. Видно хорошо с высоты, и угол обзора гораздо выше, чем у человека. Недоумённо каркнув, ворона уступила мне свои мозги, и я полетел. Сориентироваться вот так с ходу было сложно. Люк сверху был совсем незаметен, поэтому отыскал я его не сразу. Вокруг было спокойно. Подчинённые выстроились вдоль улицы, где мы уничтожили двух роботов и, по-видимому, ожидали следующих приказов. Уничтоженные восьмёрка и двойка всё так же безжизненно коптили на дороге, и за ними так никто и не приехал. Не до них, видать.

А это говорит только о том, что все силы, находящиеся поблизости, брошены против нас. Следовало бы проверить дальнейший наш маршрут.

Похлопав крыльями над головами подчинённых, я направился туда, где нам вскоре предстоит идти. Территория детского сада с поваленной решётчатой оградой была вполне безопасной, а возле здания бывшего магазина упругими змеиными кольцами свернулась колония нано. А как её обойти? Слева, у бывшего ателье, в кустах я заметил несколько мурок. Не пройти. Справа в засаде ГР-2. Плотно перекрыли. И что теперь делать? Попробую пролететь перпендикулярно нашему маршруту. Что там? Ага, четверо подчинённых. Стандартная группа. Стоят, не таясь, посреди двора. Потом двор пустой, а дальше можно не лететь. Там площадь, сразу за пятиэтажками. А на площади нам точно делать нечего. Рой очень площади любит. Аж обожает. А вот с этой стороны домов можно попробовать. Если я правильно помню карту, то так как раз можно выйти к ресторану, а оттуда уже попробовать перескочить к библиотеке. Ну-ка проверим. А, ведь, точно. Нас тут не ждут. Слишком чёткий вектор мы указали. Рой и пытается нас перехватить именно на этом направлении. Всё-таки, искусственный интеллект слишком прямолинейно мыслит. Ну, тогда, сделаем ему вынос мозга.

Отпустив обиженно каркнувшую ворону, я изложил свой план Олафу. Напарник задумался, потеребил свои грязные лохмы и закатил глаза. Бесит меня эта его манера. Иной раз вопрос и выеденного яйца не стоит, а он глазки закатывает, словно, проблема мирового масштаба решается.

– Можно попробовать, – наконец вынес свой вердикт швед. – Всё равно вперёд пути нет.

– Назад тоже.

– О возвращении и речи быть не может. Задание должно быть выполнено.

– Это я к слову.

– Тогда пошли. Пути обхода подчинённых наметил?

– Наметил. Проведу.

Олаф поднялся по скобам, осторожно сдвинулкрышку люка, огляделся и выбрался наружу. Следом вылез я и задвинул крышку на место. Кто знает, может, этот колодец ещё и пригодится когда-нибудь. Подчинённых обошли вдоль стены дома, там, где кусты погуще. Выскочили в следующий двор и оттуда уже повернули в нужном направлении. Следовало поторопиться, чтобы выскочить из этой зоны, пока облава не превратилась в окружение. Если Рой замкнёт кольцо, отсюда нам не выбраться. Быстрым шагом мы пересекли двор, подошли к ресторану с выбитыми витринами, пробежали его насквозь, прошли через кухню с разгромленными котлами и вышли на задний двор. Проржавевшие мусорные баки глазели на нас своими рваными дырами, словно удивляясь людям, уже столько времени не казавшими нос в их владения.

– Вроде, спокойно, – проговорил Олаф, просканировав пространство.

Хотелось бы. Остался бросок до библиотеки, видимой даже отсюда, чтобы вырваться за черту, очерченную нашими загонщиками.

Уже к вечеру, когда они вышли к прямой, как стрела, широкой улице, впереди показалась площадь, сразу за которой стояло длинное здание. До Роя оно было застеклено, видимо, а сейчас всё зияло огромными тёмными провалами.

– Вокзал, – пояснил Бизон.

На середине площади возвышалась высокая стела, густо облепленная колонией нано. Чтобы не нарываться, свернули во дворы, прошли вдоль реки и вышли к улице с поваленным кирпичным забором на той стороне. За забором была видна бетонная площадка, на которую и выскочили, одним броском преодолев проезжую часть. Бизон спрыгнул с площадки вниз и пошёл через густо разросшийся

кустарник. Гриня спрыгнул следом и увидел несколько пар рельс, почти неразличимых в густых зарослях.

Идти по рельсам было тяжело. Мало того, что приходилось продираться сквозь кустарник, да ещё и поперечные шпалы сильно мешали, и невозможно было приноровиться к ним. Вскоре, рельсы стали ветвиться, их стало больше и, наконец, они вышли на большую территорию, на которой стояло множество платформ с закреплёнными на них огромными цистернами, большими металлическими ящиками, или с двухэтажными эстакадами забитыми автомобилями, постепенно теряющими свой вид. Да и просто обычных товарных вагонов хватало. Над этим великолепием возвышалась странная конструкция на широко расставленных опорах, с верхней поперечной балки которой свисал трос с крюком.

– Товарная станция, – пояснил Бизон. – Вот здесь по контейнерам и пошаримся.

– По каким контейнерам? – не понял Димон.

– Видишь, большие железные ящики на платформах?

– Эти? Вижу.

– Это и есть контейнеры. В них товары разные до Роя перевозили. Первый я покажу, как вскрывать, а потом разбиваемся по двое и осматриваем сами. Ищем то, что можно будет выгодно продать: одежду, обувь, кухонную утварь и так далее.

Бизон запрыгнул на платформу, быстро сорвал монтировкой замки с дверей ближайшего контейнера, повернул какие-то ручки, и дверь, уступая грубой силе, со скрипом открылась. Внутри оказались какие-то запчасти, не представляющие никакого интереса.

– Все поняли, как это делается? – повернулся Бизон к команде.

– Да.

– Тогда вперёд.

Грине с Димоном повезло первым. Спустя полтора часа поисков, когда уже стало ощутимо темнеть, они наткнулись на контейнер с лекарствами. Вся группа с восхищением смотрела на коробки с маркировкой различных препаратов, одноразовых шприцов, ваты, плотно набитых под самую крышу.

– Молодцы, – похвалил друзей старший. – Больше, в принципе, можно не искать. Товар дорогой и не сильно тяжёлый. Сейчас – на ночёвку, а завтра затариваемся под завязку и домой.

На ночлег расположились в кирпичной будке, в которой вдоль стен стояли железные шкафы. Вместе забаррикадировали дверь и уселись прямо на бетонном полу. И опять каждый ужинал своим. Гриня с Димоном доедали свой картофель, уныло наблюдая за ножом Грека, которым он нарезал крупные куски сала для себя и Бизона. Братья всё так же довольствовались копчёной крысятиной. Парень никак не рассчитывал, что поход займёт два дня, поэтому постарался отложить немного картошки назавтра, но она неожиданно быстро съелась вся. Да и что там было откладывать? За время беганья по платформам аппетит нагулялся зверский, а картофель, еда, скажем так, не совсем сытная. И что теперь делать? Покупать у Зубра с Греком в счёт будущего навара? Наверное, придётся делать именно так. Завтра они пойдут назад гружёные, а тут на голодный желудок никак. Можно и ноги протянуть.

Перед сном Бизон расписал дежурства, скомандовал всем отбой и вместе с Греком заступил в первую смену. Лёлеку и Болеку досталась вторая, а Грине с Димоном – самая собачья вахта – на рассвете.

Пока добирались до библиотеки, чуть не нарвались на суслика. Разведывательный робот СС-К, в просторечии «суслик», крутился неподалёку. Хорошо, что первым его заметил Олаф. Даже не заметил, а почувствовал. А, заметить его вообще сложно. Одногусеничная машина высотой с небольшую кошку, оснащённая чувствительными микрофонами, инфро и сейсмодатчиками, представляла большую опасность именно тем, что, обычно, находилась на постоянной связи со связкой боевых роботов и мимо неё не пройти незамеченным. А, как только она что-либо заметит, сразу в это место выдвигаются уже серьёзные силы, вплоть до триер со стапятидесятимиллиметровыми орудиями. Пришлось отсиживаться в канаве, пока суслику не надоест крутиться тут.