Ростов. Лабиринт
Шрифт:
— Быстрее шевелись. Хочешь, чтобы нас тут сторожа застукали?
— Щас, щас, только меч разверну…
Для тех, кто опасался быть застуканным, обладатели меча разговаривали на удивление громко. Макар выдохнул и, пригнувшись, дал кругаля — в обход. Ступать — как можно осторожнее: за пределами тропинки земля была завалена битыми бутылками, пластиковыми стаканчиками, полусгнившими газетами и ветками. Если под подошвами не хрустело, как от поступи слонопотама, то затягивало в грязную жижу и громко хлюпало. Будь Макар на месте говоривших, давно бы себя засек. Но те были заняты по уши.
— …поймать на лезвие луч первой звезды, отразившийся
— И как это будет способствовать делу открытия врат, игрок?
— Используем клинок подобно ключу, во славу Йог-Сот…
Макар не выдержал, хмыкнул. Просто вечер встреч какой-то. Эдаких «приятных» встреч, некстати и не к месту. А еще — вечер буквального понимания строчки про лунные чудеса чудаками в оранжевых жилетах.
Пока основная масса игроков наперегонки чесала по выданному квесту из пункта А в пункт Б, некоторые «старички», знавшие город, как свои пять пальцев, проводили время возвышенно. Или, по очередному меткому Цыбиному выражению, маялись осенним тестостероном. У кого там было? «Тоскливой октябрьской ночью можно открыть дверь в иной мир, для возвращения на землю древних Богов…» Что у нас тут? Октябрь на дворе. Асы городского ориентирования, колдуны и ведьмы. Расползлись по рощам и курганам: жечь костры, бормотать заклинания и мнить себя вершителями судьбы мира. Правда, Макар, положа руку на сердце, тоже не отказался бы открыть — пусть не дверь в параллельную реальность, ему бы и дыры в преисподнюю хватило… В ту самую преисподнюю, о которой он много слышал, но все никак не мог проверить сам.
— Ты готов к подвигам во славу Йог-Сотота?
— Игрок всегда готов!
В просвете между ветвями на полянке виднелся парень с забранными в длинный хвост волосами и с игровым мечом, красиво занесенным над головой. Его собеседницу — второй голос был явно женским — не видать в тени. Пытаясь найти такой угол обзора, чтобы рассмотреть и ее, Макар чуть забрал в сторону, потом еще… и еще чуть-чуть, остановился, чтобы передохнуть, поднял взгляд и буквально остолбенел.
Впереди было явно что-то не то. Из темноты, посреди чахлой акациевой поросли, вырисовывалась прямоугольная громада. С ходу не поймешь, что это такое. Макар подкрался ближе. Под ногами — куски бетона и щебень, над головой — «пизанская башня» в масштабе один к десяти, криво воткнутая в землю. Крытая эстакада, идущая от завода, обвалилась — бетонная квадратная труба надломилась и рухнула вниз, размолотив деревья в щепу. Будто сломанная гигантская спичка.
Разом плюнув на «найтов» с их подлунными клятвами и алюминиевым мечом, Макар переключился на эстакаду. Еще полмесяца назад она была целой — он в этом поклясться мог. А сейчас эстакада обрушилась, проломив землю насквозь. Шорох зашел за бетонный угол и присел, рассеянно водя пальцем по стене. Неожиданно зарядил дождик. Текли минуты. Одна, другая. В серо-зеленом небе над грузовым портом вспыхнула молния. А ведь круто, что он не двинул по тропинке — запросто мог пропустить этот обвал в темноте.
Вымокшие «герои» засобирались: «шевелись быстрее», «подожди, зонтик возьму», их голоса поплыли в сторону и пропали за стеной дождя. Вроде не заметили. Макар облегченно вздохнул, провел по мокрому лбу пальцами…
— Здорово! Что, тоже в «Night» играешь? По дополнительному маршруту шпаришь? Или так… прогуливаешься? Для прогулки вроде место не самое подходящее…
Макар от неожиданности дернулся, вскочил, неуклюже стукнулся локтем о бетон. Не заброшка, а проходной двор какой-то!
—
Макару протягивал ладонь мужчина: на плече закреплен фонарь-«паук», плотная ветровка, пухлая сумка на поясе, высокие ботинки, смутно знакомое лицо с крючковатым носом и кудрявой рыжей бородкой… Стоп. Макар машинально пожал руку и улыбнулся. Осторожно. Бдительно. Понимающе.
«Не знаю, какого черта ты тут делаешь, чувак, но ты спалился». У якобы коллеги по ночным развлечениям не было жилета. Ни оранжевого, ни желтого… Никакого. И ни на «найтовских» форумах, ни на прошлых играх Макар этого бородача не встречал. Впрочем, и сам Макар «палился» только так. Жилетик-то остался в багажнике.
От дороги снова залились собаки.
— Только извини уж, — бородач деловито потряс Макарову руку и полез в сумку, — я сюда первый добрался, первый и полезу. Целый час во-о-он там прождал, пока придурки уберутся, — мотнул головой в сторону кустов. — Все сюда нос совали. Хорошо, что провал не запалили. Так что новую точку я, как положено, первым отсмотрю. А ты — жди.
— Ок. За полчаса управишься?
— Уж не до утра, не боись. К тому ж непонятно, что там за коридор внизу. Есть завалы, нет… Пошастаю там, пофотаю и назад.
— Откуда знаешь, что внизу коридор? — Вопрос выскочил быстрее, чем Макар успел его поймать и затолкать обратно в горло. Идиот! «Откуда знает» — наверняка не из фальшивок, болтающихся на сайте «Night». По «найтовской» версии, никаких подземных ходов под мукомольным не было. А вот на той карте, что Макар качнул со старого отцовского ноута, — были. И не только там. Макар непроизвольно коснулся рукой груди — там во внутреннем кармане ветровки лежал планшетник, где, запрятанные и запароленные, хранились его собственные схемы. Те, что он с грехом пополам сбил из «найтовских» фальшивок, маркшейдерских планов, спертых из отцовского компа, и записей, что раскопал в библиотечных архивах в разделе «спелеистика».
Не бойся заблудиться в темноте И захлебнуться пылью — не один ты. Вперед и вниз! Мы будет на щите, Мы сами рыли эти лабиринты!—было написано от руки на обложке одной из тонких брошюр под старинным планом ростовских катакомб начала века. Макар не стал гуглить автора стихов — почему-то решил, что так будет правильно. «Вперед и вниз…»
— Я много что знаю, господин Шорохов младший, — хохотнул бородач.
Яркой вспышкой мелькнуло перед глазами — маркшейдеры! Метро! Точно! Тогда ночью, в отцовском кабинете, этот сидел в углу, положив подбородок на скрещенные руки, и не отсвечивал. Представился диггером из Москвы, налил себе воды в высокий стакан и спрятался в тени. А когда его прямо спросили — развел руками: нет, мол, в Ростове хорошего спуска ближе, чем через Кобяково, а там слишком опасно. Врут, мол, ваши карты, Сергей Александрович. Оказывается, врет здесь кто-то другой. Если нет спуска, то зачем вернулся, товарищ диггер? И вообще зачем вернулся, если было решено проект закрыть до лучших времен? Что? Не нагулялся еще? Докинуться адреналинчиком захотел?