Россия – Путин
Шрифт:
И жизнь твоя уйдет в века,
Как память вечная солдату.
Она вольна, она скупа,
Она достоинством богата.
Тому, кто пулю на лету,
Остановил открытой грудью.
Для всех живых он спас весну,
И мир приблизил к правосудью.
Для
И мир приблизил к правосудью.
Тому, кто пулю на лету,
Остановил открытой грудью.
И богом созданную нить,
Порваться вы не торопите.
И не спешите правдой ныть,
Самим себе не согрешите.
И не спешите правдой ныть,
Самим себе не согрешите.
И богом созданную нить,
Порваться вы не торопите.
Полночной тени лоскуток
Полночной тени лоскуток,
Прилип случайно на подушку.
И шепчет мне, зачем браток,
Свою ты бросил деревушку.
Смотри, не паханы поля,
Луга давно косы не знали.
И стонет русская земля,
И узелки, связав узлами,
Так затянули слабину.
И окантованные речи,
И помнят вроде старину,
Но грузом нам легли на плечи.
И одеялами трава,
От подсыревшего сарая.
Крапивы дерзкой кружева,
И уткой как-то жизнь хромая.
Качнется влево, а потом,
Уйдет сама куда-то вправо.
Парным запахнет молоком,
А там пастух моргнет лукаво.
И из кустов что было сил,
Хотел на жизнь прокукарекать.
Но горло судорожно сдавил,
Ему бы впрямь тогда
И вкус парного молока,
На белой скатерти картинкой.
А в небе те же облака,
И бабье лето паутинкой.
Нас убивали и мы
Нас убивали и мы,
Смерть избирательна только.
В звуках скупой тишины,
Терпкая льется настойка.
Выстрел беззвучный и нож,
Холода злая отрава.
Где упражняется ложь,
Смерти уже не забава.
В грязь заползает война,
В лужах дожди по колено.
Ждали они ордена,
Русского скушайте плена.
Минное поле свое…
Где наступить не случайно?
Агнцем стало зверье,
Если совсем не печально.
Холодом веет туман,
Ночь, покрываясь снегами.
Вы уготовили нам?
Мойтесь своими слезами.
Лед, извиваясь, дрожит,
Руки и ноги ледышки.
Путь по России лежит,
Нет уже вам передышки.
Многих размоет водой,
В грязь укатает дорога.
Вот и нашли вы покой,
Зря прогневили вы Бога.
У православия реки
У православия реки,
Не иссякают родники,
В ней русский дух черпает силу,
И новый смысл дарует миру.
В суровых буднях наших дней,
Она надеждою огней,
Зажжет свечу успокоенья,
И понимания служенья.
Вода ее чиста собой,
Конец ознакомительного фрагмента.