Росс Полдарк
Шрифт:
– А почему ты не пошла в собственной одежде?
– Папаша ее порвал вчера ночью, когда меня дубасил.
Они проехали еще какое-то расстояние. Демельза оглянулась, чтобы убедиться, что Гаррик идет следом.
– И часто отец тебя колотит?
– Только когда напьется вдрызг.
– И часто такое бывает?
– Ох... ну, может, пару раз в неделю. Когда денег нет, то реже.
Оба замолчали. Близился вечер, до темноты оставалась еще пара часов. Демельза теребила в руке ворот рубахи, развязав тесемки.
– Вот, глядите.
Росс потянул за ткань и обнажил одно плечо. Вся спина была исполосована. В некоторых местах кожа была рассечена, и эти раны частично зажили, но были заляпаны грязью, а по краям копошились вши. Росс натянул рубаху обратно.
– А сегодня?
– О, вечером точно задаст мне трепку. Но я останусь снаружи и не войду в дом, пока он не угомонится.
Они двинулись дальше.
Росс был не слишком восприимчив к страданиям животных, как и прочие в его поколении, хотя и редко бил их, но жестокость с детьми его возмущала.
– Сколько тебе лет?
– Тринадцать, сэр.
Она впервые назвала его "сэр". Россу следовало догадаться, что эти низкорослые, полуголодные беспризорные дети всегда оказываются старше, чем выглядят.
– Что ты умеешь делать?
– Всякое по дому, картошку сажать, свиней кормить.
– Сколько у тебя братьев и сестер?
– Шестеро братьев.
– И все младше тебя?
– Ага, - она повернула голову и пронзительно свистнула Гаррику.
– Ты любишь отца?
Демельза взглянула на него с удивлением.
– Ага.
– Почему?
Она дернулась.
– Ну как же, в Библии же говорится, что так надо.
– Тебе нравится жить в твоем доме?
– В двенадцать я сбежала.
– И что произошло?
– Назад вернули.
Брюнетка шарахнулась от бегущего наперерез хорька, и Росс сильнее натянул поводья.
– Если немного побудешь вдали от отца, то он наверняка позабудет, что ты напортачила.
Она затрясла головой.
– Он уж точно попомнит.
– Тогда какой смысл его избегать?
Она улыбнулась с какой-то странной зрелостью.
– Просто отсрочка.
Они добрались до развилки. Одна дорога вела в Иллаган, а та, что справа - к окраинам Сент-Агнесс, откуда он бы свернул на привычную дорогу к Солу. Росс остановил кобылу.
– Я тут сойду, - сказала Демельза.
– Мне нужна девушка для работы по дому, - заявил Росс.
– В Нампаре, это за Сент-Агнесс. Получишь пропитание и одежку получше нынешней. Поскольку ты еще не выросла, то жалованье я буду отдавать твоему отцу. Мне нужен сильный человек, работа нелегкая, - добавил он.
Она испуганно подняла широко открытые глаза на Росса, словно он предлагал что-то дурное. А потом ветер растрепал ее волосы, и она моргнула.
– Мой дом в Нампаре, - сказал Росс.
– Но, может, ты не захочешь туда ехать.
Она поправила волосы, но промолчала.
– Ну что ж, тогда спускайся, -
– Или могу доставить тебя до Иллагана, как скажешь.
– Жить в вашем доме?
– спросила она.
– Прямо сейчас? О да, конечно!
Этот порыв, разумеется, был очевидным способом избежать взбучки.
– Мне нужна девушка на кухне. Которая может работать, а также заниматься уборкой, ну и себя держать в чистоте, разумеется. Я найму тебя на год. Ты будешь жить слишком далеко от дома, чтобы бегать туда каждую неделю.
– Я и не хочу домой, вообще никогда, - заявила девочка.
– Необходимо повидаться с твоим отцом, чтобы получить его согласие. Возможно, этого будет трудно добиться.
– Я хорошо справляюсь с уборкой. Все вам ототру, сэр.
Брюнетка начала нервничать от долгой остановки.
– Мы поедем к твоему отцу прямо сейчас. Если он...
– Только не сейчас. Возьмите меня с собой. Я могу убираться. Я отличная поломойка.
– Есть закон касательно таких вещей. Я должен нанять тебя с разрешения отца.
– Папаша еще и после первых петухов в себя не придет. Когда он надирается, то и домой не приходит.
Росс не знал, врет она или нет. Он поступил так под влиянием секундного порыва. Он и правда нуждался в помощи по дому и на полях, и идея вручить это дитя обратно пьяному шахтеру ему претила. Но не хотел он и очутиться в сумерках в какой-то проеденной клопами хибаре с подкрадывающимися к нему полуголыми ребятишками, а потом столкнуться с надравшимся джина громилой, который откажется от его предложения. Действительно ли это дитя хочет поехать в Нампару?
– Насчет Гаррика. Гаррика я держать не смогу.
Ответом было молчание. Пристально за ней наблюдая, Росс четко разглядел борьбу, идущую под тонкими, анемичными чертами. Девушка посмотрела на пса, потом снова на Росса, и уголки ее рта опустились.
– Мы с ним друзья, - сказала она.
– Ну и?
Демельза некоторое время молчала.
– Мы с Гарриком всегда вместе. Я не могу оставить его помирать с голоду.
– Да?
– Я не могу, мистер. Не могу...
В расстроенных чувствах она начала соскальзывать с кобылы.
Росс внезапно понял, что слова, которыми он пытался что-то доказать, доказали нечто другое. Человеческая натура его переиграла. Потому что если Демельза не хочет бросать друга, то и ему не следует.
Они обогнали Джуда вскоре после того, как миновали развилку у Баргуса, где встречались четыре дороги и границы четырех приходов. Волы устали от долгого перехода, а Джуд устал их погонять. Он не мог с удобством ехать на слепом Рамуте, потому что с его боков свешивались четыре большие корзины, набитые живыми цыплятами. К тому же он пребывал в крайнем раздражении из-за того, что пришлось покинуть ярмарку, не успев напиться - такого с ним отродясь не случалось с десятилетнего возраста.