Роркх-4

Бо Вова

В целом, все идет своим чередом. Мы воюем, собираем сторонников. Блог растет, а появление новых демонических отрядов лишь добавляет нашему проекту популярности. Мы об этом часто пишем, освещаем события. Вообще на блог я полностью посадил Анархию. Она, хоть и своеобразная, но все же девочка. А как лицо команды привлекает куда больше внимания, чем моя небритая харя. Если где кишки надо по полкам разложить, то это пожалуйста. Я готов, хоть на камеру, хоть просто для души. А вот если с безумными фанатами общаться – увольте. Я три дня преодолевал себя. Прошел все стадии,

начиная с отрицания, заканчивая похмельем. Выдержал совместный натиск всего отряда и все-таки сдался. Пришлось открыть возможность левым людям писать комментарии под нашими записями. Правда я потом забанил несколько сотен человек, и мне сразу полегчало.

Ана говорит, что это полезно. Больше активности – выше популярность. Раньше-то они по всему форуму Обсервера размазывались. Короче, не знаю, откуда у девушки столько желания этим заниматься, но я не против. Не все ее идеи успешны и принимаются единогласно, но она старается и увлеченно что-то постоянно придумывает. А главное, никто не пытается теперь до меня достучаться. Все вопросы к пирсингованной милой мордашке.

А еще я сегодня понял, что у меня в жизни нет никаких интересов. Кроме Роркха. Вот мы весь день тут пьем, веселимся, а поговорить не о чем. Да и с кем? Вокруг все такие же повернутые на всю катушку. Немного порасстраивался, но скорее для проформы. Потом выпил и забил. И так нормально. Меня все устраивает.

Да и говорить ни с кем не хотелось. Я никогда не праздновал дни рождения. Считал, что не заслужил. Да, это мы тоже выковыряли на курсах у штатного психолога. Мол, если за год я не достиг ничего особенного, то праздновать дату в паспорте – такое себе. Для меня праздник сравним с некоей наградой за успехи в жизни. Поработал год, сделал дело, отметил. И я до сих пор считаю такой подход правильным. Нечего отмечать, если ты просто просуществовал еще один кусок своей жизни. Но вот крайний год был щедр на события. Оглядываясь назад, понимаю, что не только совершил невероятный скачок, но и сам сильно изменился.

Вроде бы я все тот же ощетинившийся одиночка, который не любит общаться с людьми и считает себя самым умным непризнанным гением. Но теперь это все выглядит как-то более адекватно. Я чувствую, что еще год-два в таком темпе и этот круг тоже замкнется. Я снова вернусь к состоянию «я тут самый умный, отвалите все куда подальше». Только теперь это будет обосновано. Не пустое балабольство, а достижение, которое будет основано на результатах и победах. Это будет хорошим итогом. Но до того времени еще пахать и пахать.

И я вроде бы порадовался за себя. Отметил, выпил, отдохнул. Но вот все. Хватит. Больше не хочется. В голове крутятся мысли, требующие действий. Вернуться в Роркх, вскрыть свежую колоду хантов четвертой-пятой ступени. Закинуть их на ферму, прогнать по тренировкам. Самому в их шкуре пройти полосу препятствий и разрядить пару десятков барабанов. Протестировать новые стволы и экипировку. Разобрать какую-нибудь мистическую тварь на составляющие, в конце концов. А потом выбраться из капсулы и завалиться к фанатикам на тренировку. Через час доползти до медблока с очередным переломом.

Еще

я начал заниматься гимнастикой. И легкой атлетикой. И акробатикой. И паркуром. Но это если простым языком. Так-то в башне есть отдельный зал для таких тренировок. И все это ведется в сумме. Вместе. Один какой-то гибридный стиль, разработанный под Роркх. Очень много растяжки и упражнений на гибкость. То, чего мне не хватало. Эти тренировки разработаны под игроков, играющих на ловкачах ближнего боя. Ассасины с кинжалами, бойцы с парным холодным оружием, быстрые мечники и воины, использующие оружие восточного стиля. То есть это ханты ближнего боя, но не имеющие достаточной физической защиты. И поэтому им приходится полагаться на скорость и маневренность.

К самому оружию я не прикасался. Так что занимаюсь лишь половину отведенного времени. Думал научиться ножевому бою. У Гаро были такие тренировки, как часть рукопашки. Но здесь это совсем другой стиль. Решил, что мне нужно натренировать тело и довести действия до автоматизма. А в остальном я должен остаться стрелком в чистом виде. Прогресс не то чтобы есть, но травм стало меньше. Но тут проблема в рефлексах. У меня реакция как у обкуренного пингвина. Но это тоже поправимо. Так говорят. Вот и проверим, что произойдет раньше. Я начну уворачиваться от пластмассового меча или обзаведусь козырным инвалидным креслом.

– Скучаешь? – спросил подсевший Маус.

– Да, – честно ответил я. Чего юлить? – С удовольствием пошел бы спать. А завтра вернулся бы в Роркх.

– Да ладно. Мы здесь меньше суток. День оффлайна и то длиннее.

– Да, но там мы в башне хотя бы. И в деке покопаться можно. И оперативный штаб открыт, чтоб поработать. В конце концов архив под рукой, как и Обсервер. А тут чего? Бухло и бассейн с музыкой.

– Друзья, – возразил он.

– Друзья и в башне будут.

– Терпи. Ты же сам в это ввязался. Так что…

– Знаю. Я без нытья. Ты спросил, я ответил. Сам как?

– Уже почти в драбадан.

– По тебе не скажешь, – удивился я.

– Я опытный почтивдрабаданщик.

– Почтивдрадра… Что? Ай, забей. За Овером приглядываешь?

– Нет необходимости. Он уже напился и режет ковер.

– Режет что? Маус. Это же чужой дом.

– А что ты от меня хочешь? Ты сказал приглядывать, я приглядывал.

– Ты мог бы попытаться его остановить, – вздохнул я.

– Вот сам иди и останови, раз такой храбрый. Я же сказал, что я почти в драбадан, а не уже упился до неадекватности.

– Ладно. Главное, чтобы никто не пострадал. За мебель расплатимся.

– Куда мы денемся.

– Что вообще за бзик у него? На коврах? Почему именно ковры?

– Понятия не имею. Да и какая разница? – пожал плечами Маус.

– Мотивация.

– Вот сейчaс не понял.

– Черч не так давно мне сказал, что я должен лучше понимать мотивацию хантов. Это поможет в их развитии. Но там, по сути, только обрывки лора есть. Если покупать напрямую у вербовщиков, тех же Медвежат, то можно еще что-то выяснить. Типа как непись превратился в ханта, что там вообще произошло.