Рон
Шрифт:
«Если на тебе нет оранжевой повязки, зайди в барак и жди.»
Три десятка новичков остались снаружи. Заспанный хленг отобрал двадцать. Рон попал в их число. Маг порадовался тому, что когда собирался в путь не забыл приклеить диск-приемник к коже головы (но так, чтобы не причинять вред своему мозгу). Сейчас это могло быть важным. Рону было совсем ни к чему оказаться разоблаченным.
Офицер привел отряд зомби к одному из главных зданий. Они прошли по пустому коридору и зашли в комнату. Затем последовал приказ сесть на пол. Приведший их офицер вышел, и в комнате остался только молодой, но уже начинающий
Обычно значок с указанием звания и рода войск прикреплялся прямо к доспехам, но в случае штатской одежды каватсы делали по-другому. Они брали прядь волос у лба и туго обматывали ее у самых корней белой лентой, на которой и было все указано. Волосы у каватсов были жесткие, и лента всегда была перпендикулярна коже головы. Рон уже знал многие роды войк, но этот знак он видел впервые и мимоходом отметил это.
– Хорошо, ребята. А теперь – «Один-два-съер-риго-двадцать пять».
Вторую часть фразы он произнес мысленно. Рон не совсем понял, в чем дело, но тут последовала команда: «Слушайте и запоминайте», и Рон догадался, что это инструктаж. Хленг начал с того, что изменил четыре из пяти зарезервированных пароля (сам он перед началом назвал четвертый). Теперь у всех зомби в группе было четыре одинаковых пароля. Очевидно, четвертый пароль у них и раньше был общим. А как насчет пятого? Рон так и не смог выудить из Кече ничего, кроме первых двух. Теперь он понял, почему. Пароли передавались прямо в подсознание безмозглого, и Кече вспомнил лишь то, что слышал в мысленных командах. К остальным его разум просто не имел доступа, о чем было отдельно оговорено во время внушения. Сам же Рон легко смог преодолеть давление на мозг и запомнить нужные слова.
Рассуждая, юноша начал склоняться к тому, что универсальный пароль для всех зомби, «пароль держателя», как назвал его про себя Рон, – не такая уж безумная мысль. Дорого бы он дал в таком случае, чтобы его узнать! Тогда его миссию можно было бы считать наполовину выполненной. Если зомби и вправду используются в качестве пушечного мяса, да еще составляют половину армии каватсов, то Империю можно сильно ослабить, всего лишь изменив у всех зомби все пароли, а если очень повезет, можно заставить их крушить все вокруг себя.
После смены паролей хленг прочел зомби лекцию о том, как они должны себя вести, и велел всем по очереди ее повторить. Рон был одиннадцатым. За такое время только идиот не смог бы выучить эту ерунду наизусть. Отбарабанив свое, Рон занялся более интересными вещами.
Стены комнаты «украшали» многочисленные плакаты и наставления. Судя по всему, здесь занимались не только с безмозглыми. До сих пор у Рона не было случая научиться читать на языке каватсов – клеви. Теперь он попробовал это сделать.
За шесть минут маг сумел выделить все знаки их нехитрой азбуки, поблагодарив звезды за то, что каватсы пользуются той же системой записи, что ротени или твен. Эдорскую систему записи, да еще без огласовок, трудно понять с первого раза и грамотному человеку, а иероглифы некоторых племен западного материка порой приходится учить по несколько лет.
Рон сделал кое-какие гипотезы, запомнил некоторые надписи на стенах, а по возвращении в барак, перенес
С безмозглых уже сняли оранжевые повязки. Каждый из них теперь имел номер. В команде Рона номера отливались только последней цифрой. У каватсов была двадцатиричная система счисления, и этим, вероятно, объяснялось количество людей в группе. Номер не был нигде обозначен, но зомби был обязан назвать его любому, кто подтвердит вопрос ментальной командой (даже если не будет назван пароль).
Номер Рона был 8798.
Опять подъем, опять противный завтрак. После завтрака им выдали и велели надеть грубые, толстые куртки с длинными рукавами, высоким воротником и капюшоном. «Кот-террак-одиннадцать». Совершенно бессмысленный набор слов. Но теперь товарищи Рона настроены на обучение. Их вывели на плац, где было уже 18 таких же групп. «Наверное, добавят двадцатую и на этом остановятся.» – предположил Рон.
Командовал один человек, и, значит у девятнадцати групп второй пароль – общий. Каждому безмозглому дали большой деревянный щит и что-то вроди палицы – палку с наконечником в виде шара с шипами. Потом их построили по двадцать человек в ряд. Первый ряд должен был держать щиты перед собой. В остальных ширенгах крайние защищали бока, а остальные держали щиты над головой, образуя «черепаху». Когда такая колонна пыталась двигаться, люди в середине то и дело теряли ориентацию, спотыкались, наступали друг другу на ноги и получалась куча мала.
На соседнем плацу более опытная и уже полная колонна отрабатывала другой маневр: по команде первая шеренга должна была быстро положить на землю свои щиты, выпуклой стороной вверх, отойти на пять шагов вперед и взять в правую руку палицы. Остальные же должны были опять образовать неуязвимую «черепаху», то есть вторая шеренга немедленно принимала на себя функции первой.
Рону все это показалось странным, но с такими дисциплинированными воинами такая тактика действительно могла иметь успех.
Потолкавшись час, зомби сдали щиты и приступили к новым упражнениям. Началась совместная тренировка рекрутов с безмозглыми. Первые учились наносить удары тупыми копьями и палками, заменяющими мечи, а вторые – уклоняться от них. Рон, еще в школе проходивший основные приемы боя, с удивлением отметил, что при таком уровне подготовки ни зомби, ни рекрут, не продержится против тренированного воина и трех минут. Пришлось, однако, чтобы не выделяться, принять несколько ударов.
Еще час занимались отработкой ударов палицей. Рон не слишком старался. Он знал, что после долгого перерыва мышцы завтра будут болеть, а он вовсе не стремился ограничивать свою подвижность.
После обеда на тренировку увели вторую половину барака, а Рона оставили в покое.
Вечером в соседний барак прибыла очередная партия новичков. Теперь оранжевоповязочников было тридцать семь, и это означало, что двадцать из них, а, может и всех могут завтра взять на инструктаж. «Значит, у меня есть шанс.» – подумал Рон. Он очень хотел туда попасть. Во-первых, ему не терпелось узнать степень совпадения паролей. Во-вторых, ему нужно было проверить, правильно ли он расшифровал записи каватсов. В этом ему могли помочь те слова на стенах комнаты, которые он не успел запомнить.