Ромео
Шрифт:
Вагнер достал сигарету, но, увидев, как нахмурился Деннисон, и уловив намек, сунул сигарету в карман.
— Я могу понять, почему Перри стремился уничтожить запись истории своей болезни, но зачем ему было красть журнал назначений?
— Может, в этом журнале были расписаны и личные встречи? Например, на тот злополучный вечер? — предположил Деннисон.
— Вы собираетесь и дальше лечить Перри? — спросил Аллегро.
Психиатр задумался.
— Я на распутье. Одна лишь мысль о том, что я могу лечить убийцу Мелани… — В первый раз за все время беседы Деннисону изменила выдержка. Его нижняя губа
— Ничего, — сказал Аллегро.
Деннисон медленно убрал с лица руки. И вновь устремил взгляд на Аллегро.
— Мы собирались предпринять еще одну попытку. Я и Мелани.
— Какую попытку?
— Брачного союза, естественно. Мы очень серьезно обсуждали такую возможность.
В комнате воцарилось гробовое молчание.
Деннисон резко вскочил с кресла, взглянув на часы.
— Сожалею, но через пятнадцать минут я должен быть в Институте на конференции. Как бы то ни было, мне больше нечего сообщить вам, джентльмены.
— Остался последний вопрос, — поднимаясь, сказал Аллегро.
Деннисон был уже у двери, всем своим видом выражая готовность проводить гостей.
— Что такое? — нетерпеливо произнес психиатр.
— Где вы находились в тот вечер, когда была убита Мелани?
Деннисон помрачнел, метнул свирепый взгляд на Аллегро.
— Мелани? А она что, звала вас Джоном? Вероятно, вечерами, когда вы так галантно подвозили ее домой из Дворца правосудия? — Он оскалился, но отнюдь не в улыбке. — Не забывайтесь, детектив.
Аллегро напрягся. Вагнеру пришлось встать между ними, чтобы удержать своего коллегу от резкого выпада.
— Вы не ответили на вопрос, док, — сказал Вагнер. — Где вы были в прошлый четверг вечером? Может, заехали к бывшей супруге, чтобы обсудить планы предстоящей свадьбы? Только не исключено, что она передумала. А может, это всего лишь ваши фантазии насчет того, что вы решили воссоединиться? Скажите мне вот что, доктор. Что бывает, когда фантазии не сбываются? Может это привести фантазера в бешенство?
— Вы, видимо, изволите играть в психиатра, детектив. Так я вам посоветую пройти начальный курс парапсихологии. А теперь слушайте: во-первых, идею воссоздания нашего брачного союза нельзя назвать моей фантазией. За две недели до убийства Мелани мы с ней ужинали в «Коста» — ресторане на Эмбаркадеро, нашем любимом, — и там же обговорили с метрдотелем дату свадебного ужина, который планировали организовать в одном из кабинетов этого ресторана в следующем месяце. К сожалению, все залы оказались забронированными, но нас заверили, что постараются найти место для нашего торжества. — Он взглянул на Аллегро, и на губах его заиграла торжествующая улыбка. — Можете проверить у Марка Сантинелло. Это метрдотель в «Коста».
Аллегро сделал соответствующую запись в своем блокноте.
— Во-вторых, — продолжал Деннисон, — в четверг вечером я был на семинаре в Институте. Имеется в виду Институт психоанализа в Бэй-Эриа. Доктор Джордж Эрхардт читал лекцию о диагностике и лечении сексуальных расстройств. Семинар начался в семь, но у меня был срочный вызов к больному, и я немного опоздал.
— На сколько? — уточнил Аллегро.
Деннисон раздул ноздри.
— Пожалуй, я появился там в семь сорок пять, — с нарочитым спокойствием заявил он. — Лекция закончилась в десять тридцать. Потом показывали получасовой видеофильм, после которого состоялась дискуссия. Разошлись мы в начале двенадцатого.
Вагнер открыл было рот, чтобы вставить реплику.
— Нет, я не участвовал в дискуссии, — опередил его Деннисон. — После фильма я пошел пить кофе со своими коллегами. Напротив Института есть маленькое кафе. «Фигаро» называется. Доктор Стэнли Фельдман был со мной, он может подтвердить.
Аллегро удивленно вскинул брови.
— Так доктор Фельдман тоже был на лекции?
Деннисон кивнул головой.
— Думаю, что да. Ведь он же предварял выступление доктора Эрхардта. Правда, должен признать, что потом я видел Фельдмана только в кафе. Там-то он уж точно участвовал в дискуссии по поводу лекции. Если вам нужны имена других психиатров, которые были с нами, или официантки, которая нас обслуживала…
— Нам нужны имена тех, кто сидел рядом с вами на семинаре, — сказал Аллегро. Выражение лица его оставалось угрюмым.
Деннисон заколебался.
— Я, в общем-то, не обратил внимания. Сидел в последнем ряду, на откидном месте. Справа от меня была какая-то женщина, лихорадочно конспектировавшая лекцию. Она была вся внимание. Мне она не знакома.
— Можете ее описать? — спросил Аллегро.
Деннисон поджал губы.
— Блондинка. Молодая. — Короткая пауза. — Очень красивые ноги. — Он подобострастно улыбнулся детективам, но буквально через мгновение вновь напустил на себя скорбный вид.
— Кто-нибудь еще видел вас на семинаре? — Аллегро постучал ручкой по блокноту. — Пока шла лекция? И вы сидели на откидном месте?
Мускул дрогнул на лице Деннисона.
— Я должен немного подумать.
— Пожалуйста, — сказал Аллегро.
— Господи, не думаете же вы, что я и есть тот самый психопат, — взорвался Деннисон. — Если даже и вообразить, что я мог убить свою бывшую жену, какого черта мне было убивать тех, других? Только не говорите, что у меня были фантазии по поводу женитьбы на каждой из них!
Аллегро презрительно скривил рот.
— Вы же психиатр, док. Вам лучше знать о том, какими бывают фантазии.
Сара спешно покинула студию Санчеса, добежала до своей машины и, сев за руль, резко тронула с места. Неброско одетый мужчина, доедавший в автомобиле свой ленч, тут же завел мотор и пустился следом за ней.
Через двадцать минут Сара уже была в Чайнатауне. Оставив машину у тротуара, она побрела по людным улицам и вскоре оказалась на Вэйверли-плейс — узкой аллее, тянувшейся параллельно Грант-стрит. Она шла вдоль торговых рядов, расположенных по обе стороны аллеи, когда вдруг внимание ее привлекло неопределенного вида здание. Она резко остановилась. Ощущение «дежа вю». Некий туманный образ в сознании. Она не могла утверждать, что бывала здесь, и все-таки чувствовала, что место это ей хорошо знакомо. Память опять вернулась в далекое прошлое. Казалось, те времена давно забыты. Хотя, может, ей просто хотелось в это верить.