Ромашка-1
Шрифт:
– Вот, я как чувствовала блин! Этот придурок в больнице, представляешь!?
Светкин тон становится тревожным:
– Какой, придурок?
– Да, Ромка! Кто же еще.
– Ну, извини, не сообразила сразу. У меня сегодня перебор с придурками. Ну, что там случилось? Что-то серьезное?
– Да, откуда я знаю?! Мне только номер больницы сказали.
– Так поезжай и узнай.
– Да ясень пень, что надо ехать. Ну… Я не могу сейчас, понимаешь?!
– Почему?
– Если я утром
– А-а-а… ну, тогда завтра, в чем проблема?
– Да, какой - завтра. А если я завтра опять все забуду!?
– Маш, да, успокойся - я тебе напомню, если что.
– Свет, а ты не могла бы…это… съездить?
– Что? Куда?
– 59 городская больница, травматологическое отделение.
– Ты что, с ума сошла?
– Светочка, ну я тебя очень прошу!
– Нет, нет, я никуда я не поеду.
– Свет!
– Я тебе говорю: не поеду.
Ничего, ничего…. Если сказать, что она спасительница и благодетельница, без которой я не я, сдастся, уломаю.
***
Ближе к вечеру, когда иду через холл, мимо зала заседаний, где днем проходили смотрины новой помощницы Кирилла, до меня доносятся странные звуки… сходу даже не пойму что это такое - очень похоже на приглушенные женские причитания. Но здесь? У нас?
– Перестаньте... Пустите...
Останавливаюсь неподалеку от двери и прислушиваюсь. Вот, опять:
– Пустите меня, ну, пожалуйста... Ну, отпустите меня.
Мне это не нравится, и я резко сворачиваю в сторону подозрительного кабинета. Оттуда слышится уже громче, чуть ли не со слезами:
– Ну , хватит…
Быстро подхожу и стучу в дверь:
– Кир, ты там? Открой!
После паузы действительно раздается голос Побужецкого:
– Это кто?
– Это Маша. Что у тебя там происходит?
– Ничего не происходит, я работаю.
И поэтому девка воет? Повышаю голос:
– Открой дверь!
– В чем дело?
– Открой дверь или мне что, охрану позвать?
Дверь распахивается и оттуда выглядывает недовольный Кирилл.
– Здесь кто-нибудь русский язык понимает? Не видно, что я работаю?
Позади него, возле фривольного диванчика, маячит испуганная полуголая блондинка, видимо прошедшая «кастинг». Так я и думала! Кир начинает закрывать дверь, но я, вытянув руки вперед, с силой толкаю ее внутрь и врываюсь к ним туда. Работает он! Вижу, как ты работаешь! Дрожащая от страха девушка стоит посредине вся расхристанная, прикрывая обнаженную грудь скрещенными руками.
– Что здесь происходит?
Побужецкий орет, привлекая к нам новую публику:
– Ты что, спятила?
Не обращая внимания на этого урода, я бросаюсь на помощь к девушке.
– Он что-нибудь с тобой сделал? Не бойся, скажи мне.
Надо ее чем–нибудь прикрыть… Кидаюсь к диванчику, хватаю с него полотенце и набрасываю девушке на плечи. Ну, хоть, вот так. Побужецкий продолжает разоряться:
– Это как понимать? Ты же видишь, ее напугала! На каком основании ты вломилась в эту дверь, когда я работаю? Между прочим, я…
Ну, все, меня этот клоун достал! Договорить Кирилл не успевает - я бью его коленкой между ног. Побужецкий сразу сдувается и сгибается:
– О-о-о…
А потом хрипит:
– Ты что рехнулась? Ты же понимаешь, что ты сейчас сделала?
Незаметно, незаметно, а толпа в дверях растет и ждет что же дальше.
– Могу повторить!
Бью коленом еще. На этот раз, заставляя скрюченного Верховцева схватиться за нос.
Растерянный вопль, становится агрессивней:
– Та-а-а-к, вы сейчас все видели - она меня ударила!
Побужецкий обвиняюще, тычет в меня пальцем и от этого становится еще более жалким. Ору в ответ:
– Да! И правильно сделала!
Во мне все бурлит и я готова махать руками без раздумий, стоит ему сделать хотя бы один неправильный жест в мою сторону. Поворачиваюсь к девушке:
– У тебя все в порядке?
Но та лишь испуганно хлопает глазами…Этот слюнтяй, не привыкший к отпору, продолжает шипеть и пугать:
– Ты, понимаешь, во что ты вляпалась? Ты, понимаешь, кто перед тобой стоит?
Вот, дерьмовый мужичишка, никак не угомонится.
– Минуту назад я точно поняла, кто передо мной стоит!
Поворачиваюсь к собравшейся толпе в дверях:
– Будете свидетелями все!
В первых рядах, конечно, Валя с Толиком, они дружно кивают, соглашаясь быть и свидетелями, и понятыми, если дойдет до смертоубийства. Кирилл продолжает, что-то выкрикивать, но, похоже, обилие присутствующих его выбивает из колеи:
– Только свидетелями чего вы будете, а?
– Да уж не бракосочетания!
Он сопит и топчется на месте, а потом вновь идут в ход запугивания:
– Можешь искать себе другую работу! Я очень сильно сомневаюсь, что тебя кто–нибудь теперь возьмет!
Широко раскрыв глаза, делаю радостно – удивленное лицо и киваю каждой угрозе. Блин, может еще раз врезать? Товарищ явно не в адеквате… Обвожу взглядом присутствующих:
– Вы слышали, да? Стоит и не краснеет!
– А чего это мне краснеть-то!
Валентина вмешивается:
– Мы видели Кир, все. Видели!
Толик поддакивает:
– Видели.
– Да что вы видели? Что вы видели, а?
Народ такой наглости вытерпеть не может и нестройно шумит:
– Видели.
– Видели.