Романтика. Вампиры
Шрифт:
— Поцелуй меня!
Выполняя повеление своего любовника, она приникла к его губам и кончиком языка провела вдоль его клыков. Затем, уступая наконец-то взаимному желанию, их уста сомкнулись в поцелуе.
Откуда-то из самой глубины его естества донесся рык одобрения, и она от дрожи, пробежавшей по его телу, очень скоро почувствовала сладкую боль в затвердевших сосках своих грудей. Его пальцы, блуждая по ее телу, оставляли за собой на коже тонкий красный след. Он заурчал от удовольствия, когда она принялась осыпать быстрыми поцелуями его подбородок
Внезапным движением он рванул у нее на спине застежку бюстгальтера. Ответив на это коротким, сдавленным смешком, она повела плечами и, сбросив с себя две изящные чашечки, потянула рукой обмотанное вокруг его бедер полотенце. Ее трусики последовали за бюстгальтером. Разница в росте у них была совсем незначительная, однако он подхватил ее на руки, словно она вдруг стала такой же миниатюрной, как и его бывшая невеста. Стараясь задвинуть мысль о Петре в самый отдаленный уголок сознания, Джослин сейчас упивалась негой в сильных руках своего любовника-вампира. Когда они оказались наконец в постели, он стал покрывать ее жадными поцелуями, так что она уже не могла разобрать, где заканчиваются ее ласки и начинаются его.
— Я хочу, чтобы все прошло безупречно, Джос, но все это копилось слишком долго, чтобы я мог сдерживаться еще, — прошептал Рафферти и, придвинувшись, нежно развел ей ноги.
— Мы и так ждали этого слишком долго. Возьми же меня скорее, Рафферти!
Она обхватила его за плечи и уже не разжимала объятий, когда он, глубоко войдя в нее, начал совершать уверенные, ритмичные движения. Если он пытался остановиться, она выкрикивала его имя и, впиваясь острыми ногтями в спину, тут же побуждала его продолжить с прежней энергией.
Он и продолжал, не щадя ни ее, ни себя, будто каждым движением утверждая свое право быть с ней. Когда же первые волны надвигающегося оргазма уже должны были вот-вот ее захлестнуть, его взгляд остановился на пульсирующей венке на ее шее.
— Джос?…
То, что он спрашивает, вместо того чтобы сразу действовать, заставило ее улыбнуться:
— Когда я сказала «возьми меня», я и это имела в виду тоже…
— Я буду осторожен… — Удлинившиеся клыки уже мешали ему говорить.
— Я не настолько уж хрупкая, Рафферти, — произнесла она и повернула голову в сторону, чтобы ему было удобнее.
Он задержал свое неровное дыхание и укусил… Острая боль почти сразу же потонула в ощущении какого-то теплого покоя. Она давно была не девственницей, но никогда прежде не достигала такой близости с партнером, как теперь, когда Рафферти овладел ею не только как мужчина, но и как вампир. Не испытанное прежде возбуждение как пламя охватило все ее тело с головы до ног, и из груди вырвался сладострастный крик.
Вновь ощутив мир вокруг, Рафферти осторожно вынул клыки из шеи своей подруги и поднял голову. Чтобы не осталось рубцов, он заботливо провел языком по краям кровоточащей ранки. Прошлый раз, когда она позволила ему испить своей крови, он уступил инстинктивному
Распростертая под его телом, она беспокойно зашевелилась. Понимая, что, если они хотят вывести Петру на чистую воду, девушке необходимо отдохнуть, он отодвинулся к краю постели. Та кровь, что он испил, лишь разожгла его аппетит, но ослаблять Джослин и далее было рискованно, зная, какой безжалостной может быть его бывшая, задумавшая погубить их обоих.
— Ты чего это, Рафферти? Задумался так, будто у нас с тобой только что не было лучшего секса в жизни! — улыбнулась Джослин устало, но счастливо.
Он не мог не ухмыльнуться в ответ, польщенный таким мнением о себе дорогой для него женщины.
— Извини, я только подумал: смогу ли я пережить вторую попытку?
— Дай мне несколько минут отдышаться — и узнаешь. Если и не переживем, то, по крайней мере, хоть умрем счастливыми!
Когда она громко зевнула, он хихикнул и, подоткнув одеяло, с умилением наблюдал, как быстро его подруга погружается в сон. Боясь шевельнуться, он просто тихо лежал, стараясь сохранить в памяти каждое мгновение, пока она находится в его объятиях.
Уже проснувшись, Рафферти долго не хотел открывать глаза, опасаясь снова увидеть мрачные стены своей тюремной камеры. Напрягая все свои чувства, он старался понять, не сон ли все это и не приснилась ли ему лежащая у него в объятиях Джос. Он блаженно улыбнулся, когда рядом с собой услышал в тишине ее дыхание и стук сердца. Затем ощутил тяжесть теплой женской ноги, переброшенной через его ногу, руку, безмятежно покоящуюся на его груди. Несколько раз глубоко вдохнув, он жадно вобрал в свои легкие воздух, наполненный сладким запахом Джос.
Нет, это не сон.
Девушка шевельнулась:
— Что-то случилось?
Он рукой накрыл ее ладонь и прижал к своей груди, наконец позволив своим глазам открыться.
— Да нет, все хорошо.
Джос подняла голову и взглянула на него спросонья:
— Который час?
Ему не нужно было смотреть на часы, чтобы ответить:
— Солнце садится.
— Значит, нам пора ехать.
— Подожди, дай еще несколько минут…
Конечно, времени — только чтобы поцеловать и прижать ее к себе, но он не хотел уступать даже этого. К тому же, если он поспешит…
Губы Рафферти стали сбегать вниз по телу Джос, по пути останавливаясь на его излюбленных местах. После того, что у них было, ей, возможно, будет немного больно, но ведь он знает много разных способов доставить удовольствие своей женщине. Она схватила его за волосы, когда он был почти у цели.
— Насколько я помню, Рафферти, нам с тобой еще надо кое-что сделать. У нас совсем нет времени на подобное…
Судя по ее упрямо поджатым губам, она была настроена весьма серьезно.
— Отлично, пусть будет так. Только не хочешь ли сначала принять душ?