Романтика. Вампиры
Шрифт:
Желание прикоснуться к девушке было таким сильным, что Змей не удержался и заправил ей за ухо выбившийся локон.
Мария тотчас забыла об иллюминации — приоткрыла рот и жадно вдохнула.
Змей откашлялся и зашептал ей на ухо:
— Скажи, почему со мной? Почему сегодня?
Пухлые губы сжались, и Марии снова не хватило воздуха.
— Не волнуйся, ты не первый мужчина, попавшийся мне сегодня вечером. Мальчика на ночь я не искала.
— Тогда в чем дело?
— На комплименты напрашиваешься? — Змей не ответил,
Змей притих, решив не форсировать события и выжать из нее ответ.
Мария насупилась и раздосадованно стиснула зубы:
— Ладно, дело в другом. Мне стало одиноко и показалось, что ты… ну, что тебе тоже нужно немного тепла.
Глаза заболели, словно от невыплаканных слез, — Змей потупился и молча кивнул: в горле встал комок.
Мария накрыла его ладонь своей, и в ее больших карих глазах Змей увидел отражение собственной грусти.
— Вдруг мы нужны друг другу только сегодня? Если так, то о большем и мечтать не стоит…
Она что, успокаивает? Мол, одна ночь вдвоем ни к чему не обязывает?
— Нет, ты должна ждать большего! — прохрипел он.
— Может, завтра будет именно так, а сегодня мне вполне хватает того, что тебе нужна я одна.
Змей вымучил улыбку:
— Ты готова сегодня в меня влюбиться?
— Это так абсурдно звучит?
Змей прижал ладонь к ее щеке:
— Нет, звучит прекрасно.
Мария наклонила голову, чтобы насладиться лаской:
— Я живу неподалеку отсюда.
Надо же, как быстро все получается! И как естественно!
— Уверена, что хочешь позвать меня к себе?
— Я ведь сама приглашаю!
— Не нужно меня бояться. По крайней мере, сегодня.
— Пугаешь, да? — спросила Мария, сделав большие глаза.
— Позвони подруге или к соседям постучись. Пусть на меня посмотрят. Я удостоверение личности покажу. Что угодно, только бы ты меня не боялась.
Целую минуту, больше похожую на вечность, она буравила его взглядом, а потом растянула губы в дерзкой улыбке:
— Почему-то я не боюсь, что ты меня убьешь, а раз уж предложила тебе свое тело, то и сексуальное домогательство исключено, по крайней мере с твоей стороны. А вдруг я стану тебя домогаться?
Змей сделал глубокий вдох — нужно расслабиться и получать удовольствие: эта Мария — настоящая кошка, агрессивная, но мягкая.
— Мы же ни разу не целовались, а если тебе со мной не понравится?
— Шутишь? — Мария изогнула правую бровь. — Ты хоть изредка в зеркало смотришься? Вдруг это ты меня не считаешь привлекательной?
— Кто кого соблазняет? Кто с кем заигрывает?
Мария улыбнулась еще шире:
— Красивый мужчина умеет красиво говорить? Я сражена наповал! Ничего оригинального, но как душевно!
— Нервничаешь?
— Что за вопрос?
— Просто болтаешь много, — пробормотал он, поправив ее непослушный локон, который снова выскользнул из-за уха. — Двигайся
Мария взглянула на его губы:
— Думаешь о поцелуе, которого у нас не было?
— Хочу попробовать кофе, над которым ты так чувственно вздыхала.
— Я показалась слишком довольной? — придвинувшись ближе, спросила Мария.
— А так бывает? — Змей снова скривил губы в псевдоулыбке.
— Почему мне кажется, что ты не из улыбчивых?
— Потому что так оно и есть.
— Ты легко мог бы найти себе пару. Почему ты одинок?
Змей совсем чуть-чуть отстранился и ответил вопросом на вопрос:
— С твоей красотой ты могла бы менять мужчин как перчатки. Почему ты одинока?
— Наверное, потому, что внутренней связи ни с кем не почувствовала. Понимаешь, о чем я?
Змей прекрасно понимал. Он был уверен, что перед ним единственная женщина на свете, которую он мог бы назвать своей половинкой.
— Никогда об этом не думал, — солгал он, и Мария прищурилась.
— Типично мужской ответ, — сказала она.
Врать больше не хотелось, поэтому Змей медленно поднял левую руку и положил Марии на затылок. Длинные ресницы затрепетали — Мария закрыла глаза и запрокинула голову, ласкаясь о его ладонь. Змей подался вперед и жадно смотрел на ее полуоткрытые губы.
От первого же робкого прикосновения Змей едва не перестал владеть собой. Страшно захотелось завалить ее здесь и сейчас, но он взял себя в руки, сделал глубокий вдох и прильнул к ее губам. Мария охнула, Змей медленно захватывал ее пухлые губы и, услышав протяжный стон, скользнул языком ей в рот. От ее вкуса — кофе плюс мята зубной пасты плюс собственная сладость — по спине побежали мурашки.
Мария подняла голову и облизала нижнюю губу.
— Видишь, мы с тобой последний стыд потеряли. Теперь доволен? — Насмешливо-язвительные слова решительно не вязались с хриплым от возбуждения голосом.
Змей прижался к ней лбом:
— Твоя квартира далеко отсюда?
— В пяти минутах ходьбы.
— А за четыре не добежим? — спросил Змей, поднялся и протянул Марии руку: пошли, мол.
Они шли рука об руку и остановились у двери. Змей огляделся по сторонам и напряг слух: не заскрипит ли гравий от чьих-либо шагов, не застучит ли чье-то сердце? Нет, во мраке никто не таился и за ними не следил.
Готовясь к сегодняшнему вечеру, Змей очень старался не привести к ее двери хвост. Он тщательно вымылся, чтобы кожа и волосы не пахли ни кровью, ни куревом, ни спиртным, и надел все чистое. Он проложил фальшивую тропу в противоположном от ее дома направлении и вернулся по собственным следам. Теперь никто не узнает, что они общались, никто не догадается, как дорога ему Мария. Страшные обитатели его темного мира никогда ее не тронут. Ради ее безопасности Змей пожертвовал всем.
Мария неловко вставила ключ в замок, и тяжелая связка звякнула.