Романс о Розе
Шрифт:
Сердце Розалинды растаяло. Он так старался похоронить призраки прошлого! Она подошла к нему сзади и ласково взъерошила его волосы. Он закрыл глаза, наслаждаясь ее лаской. Поцеловав его в макушку, Розалинда оперлась о его твердые, словно скала, плечи.
– Я когда-то думала, что желание мстить лишь напрасная трата твоих талантов, но теперь мне все ясно. Ты должен знать, кто уничтожил твоего отца, иначе так никогда и не будешь счастлив и не преуспеешь в жизни.
Дрейк тотчас схватил ее за руку – никогда еще он не чувствовал такую духовную близость между ними.
– К
– Нет! – Розалинда опустилась на стул напротив него. – Я не допущу этого.
Он усмехнулся, то ли насмешливо, то ли восхищенно:
– Полагаешь, ты в силах спасти меня от тюрьмы, в то время как королева решила заточить меня туда?
– Стража королевы будет здесь через несколько часов. Нам нужен план действий.
– Ты хочешь сказать: нам нужно чудо!
– Объяснись с Елизаветой.
– Она не станет слушать. Ей все равно. Ты же знаешь ее, Розалинда. В ее поступках нет логики. Не исключено, что через год она решит избавить меня от наказания, но вот только к тому времени она может и умереть.
Розалинда задумчиво поднесла руку к губам.
– Я была права в отношении твоих мотивов, да? У тебя действительно были веские основания для того нападения?
Он так и расплылся в торжествующей улыбке:
– Клянусь Богом, жена, ты права! Ты не доверяла мне, может быть, даже ненавидела, но никогда не сомневалась в моей порядочности.
Розалинда вспыхнула от гордости и неохотно позволила себе улыбнуться.
– Да, муж мой, я не сомневалась.
Дрейк встал, подхватил ее на руки и закружил по комнате.
– Ты чертовски хорошая женщина, Розалинда! Даже через сто лет я не забуду, как ты противостояла королеве. Одно это уже стоило той боли, которую мы столько лет причиняли друг другу.
Когда Дрейк опустил ее, она не отстранилась, а крепко обняла любимого. От нее так изумительно пахло! Он даже застонал.
– Розалинда, как же я буду жить без тебя? – Он слегка прикусил мочку ее уха и потерся щекой о ее волосы. – Ты – настоящий ангел!
Дрожь пробежала по ее спине, сердце забилось сильнее, и она прижалась щекой к его щеке. Но увы, любовь не спасет их.
– Нет! – Она отстранилась. – Сначала открой мне все твои секреты. У тебя был роман с леди Эшенби?
– Да нет, черт возьми! Когда ты застала нас, я выуживал у нее информацию об Эссексе. И показал ей свой телескоп. И всего лишь.
Розалинда поколебалась мгновение, затем согласно кивнула:
– А что произошло в Ачине?
– Чего только там не произошло, – ответил Дрейк. Он прошел к столу с закусками и, налив два бокала портвейна, передал один из них ей. – В Ачине были неприятности еще до инцидента с компанией «Левант». Капитан Дэвис привел туда свой корабль «Лев» год назад. Переговоры прошли неудачно, и король Ачина отослал Дэвиса назад. Я появился там следом и, узнав, что король чувствует себя обманутым, успокоил его. Я гарантировал ему качественные товары при сделке с англичанами, дав понять, что действую от имени королевы.
– И так оно и было?
– Нет. Но морские офицеры нередко действуют за границей как дипломаты.
– А ты не представлялся
– Да нет, но кто же может сказать, что подумал король? Я не говорил на его языке, а он не знал английского. Кое-как мы смогли достичь соглашения. И как раз в тот момент, когда он готов был пустить в свои порты новые английские корабли, компания «Левант» направила туда свой флот. Они отбыли оттуда, забив товарами все трюмы. Но король вновь счел себя обманутым и потребовал возвращения флота Пила как раз в тот момент, когда я входил в гавань. Мне пришлось остановить флагман Пила, чтобы объяснить, как много сейчас поставлено на карту. Пил, однако, неверно истолковал мои намерения и открыл огонь. Началась битва. Его корабль загорелся и затонул.
Розалинда покачала головой.
– Но ты ведь наверняка знал, что не вправе ступать на адмиральский флагман?!
– А как насчет того, что флот покинул Ачин, не заплатив, как полагается, туземцам? Вот и результат: английские корабли в Ачине больше не нужны. Королева, разумеется, не беспокоится о будущем, ее волнует только прошлое. Это уже так давно произошло. И я надеялся, что Пил не вернется в Англию до тех пор, пока я не решу своих финансовых проблем.
– Значит, леди Блант была права. Твои торговые дела плохи.
Дрейк тяжело вздохнул:
– Настоящая катастрофа! Мне нужно больше кораблей, больше денег, больше времени. А ничего этого у меня нет. Я потерпел неудачу. Точно так же, как и мой отец. Я думал, что если преуспею в торговле, в том самом деле, которое привело его к краху, то он будет отмщён сполна. Я думал, что если преуспею, то мне не нужно будет убивать тех, кто убил его. Успех стал бы моей местью. Но получается, что я бы большего добился, охотясь за преступниками и перерезая им горло.
– А если бы ты продал Торнбери-Хаус и использовал деньги для покупки новых кораблей и товаров, все твои проблемы были бы решены?
– Да.
Розалинда опустила голову, но через мгновение взглянула на него в упор, и Дрейк увидел, какой гордостью сияет ее лицо.
– Ты говорил со мной, как муж с женой. Ты был честен, и я не могу просить большего, потому что только этого всегда и хотела. Может, из меня и не получилось самой лучшей жены, но я буду хорошим другом, как и следовало давным-давно сделать.
Дрейк тотчас приблизился к ней.
– Я тоже могу быть другом.
Он вынул из-за обшлага рукава камзола пергамент, перевязанный голубой лентой. Розалинда тут же узнала его. Это было одно из завещаний, подписанных ее отцом.
– Открой его.
– В этом нет необходимости. Я знаю, что это.
– Открой. Я хочу, чтобы ты снова его прочитала. Дрожащими руками, ненавидя документ за все то горе, которое он им причинил, она развернула пергамент Пробежав его глазами, она пожала плечами.
– Это завещание, в котором отец назвал тебя наследником Торнбери-Хауса. Я уже видела его и больше не сомневаюсь в его подлинности.
Дрейк кивнул. Потом взял пергамент и разорвал его на части. Розалинда ахнула. Когда он сложил обе части вместе, явно намереваясь снова разорвать их, она схватила его за руку.