Роман Бо
Шрифт:
В коРидоРе бРодит каРлик
Без очков с Разбитой моРдой.
Пилька читает стихи с экспрессией, которая ни на чем не основана:
Быстрее лани, мрачнее тучи,
Ебать и резать, пошли все на хуй!
После читки Раам-Равец курит с ГПП, Пилькой и Слайком у мужского туалета, а И Линь Шин нажаловалась Кьюрмиху "на хуй".
XIX
"Запорожец"
Солонич ни разу не дрался. Плуцер однажды чуть не побил Бо за то, что тот чуть не... Женщины на Пяльсони
Все едут к Маске в Крым.
Голый Дорцев лежит на своей кровати в углу и курит, стряхивая пепел на одеяло.
Дорцев спиздил на Тяхе красную лампочку, чтобы повесить над своей кроватью.
Каубамая приехала к Бо в армию и боится, что не узнает его среди азиатских рож.
Гегемоны побили Заполя. Тарасик побежал за Плуцером. Плуцер рыщет по коридору в поисках хоть какого-нибудь гегемона, но одни эстонцы... одни эстонцы...
В армии Бо с Каубамаей заходят в магазин, где на весах висит объявление о продаже "Запорожца". Каубамая громко смеется. Продавец обижается.
Дорцев приезжает на машине и отвозит Кьюрмиха со всех спецкурсов. Кьюрмих крякает. Роман громко хихикает. ГПП улыбается. Силь-Бухра не смеется, а как-то вскрикивает. Грегуар с Парниковым путем упорных тренировок научились смеяться почти молча, за счет сотрясения тел.
ХХ
"Маршон"
Солонич говорит, что песня "Молодость, все может молодость..." фашистская.
Силь-Бухра сказала, что молодость - время жестокости и экспериментов.
"Мальчики!
– - пишет И Линь Шин. А мальчики (молодчики) выгнали мальчики Володю (володчика) из стоседьмой
зимой в Подсобку,
ведь в Подсобке холодно!
Кирил-и-рома все время жаловались!
(ирил-и-рм - о - рм - ло-али)
Володя опять начнет кашлять!"
(В Подсобке,
где харкает
туберкулез...)
Плуцер строит в коридоре баррикады из кроватей.
И Линь Шин как шла по коридору с чайником, так и запела "Марсельезу".
Маршон!
Маршон!
XXI
Калейдоскоп
Плуцер собирается в Москву, покупает целый рюкзак бутылок и роняет их на пол.
И сидит на кровати рядом с Парниковым, и услышав в соседней комнате звон бьющегося стекла, говорит: "Никогда не понимала удовольствия бить стекла..."
Плуцер разбивает заднее стекло какому-то эстонцу только за то, что тот не остановился.
Раам-Равец переплевывается с Кьюрмихом через стеклянную дверь. Дверь вдребезги.
У Бера зеленые очки. Кто-то разбил Беру зеленые очки.
В коридоре бродит карлик без очков с разбитой мордой.
Каубамае нравится, как Бо снимает очки с видом "как вы
Каубамае нравится, как Бо вспрыгивает на стол. Стол Бо.
Серж каждый раз поправляет очки с выразительным поблескиваньем.
Кьюрмих каждый раз нервничает во время спецкурса, когда ему приходится воспользоваться очками, и зачесывает начинающуюся лысину длинными волосами.
Климуха ходит вся в очках и всем радуется.
XXII
Пиздец Бо
Когда Бо ухаживает за одной женщиной, его губит одна единственная фраза: "А не прогуляться ли нам по улицам этого прекрасного города?.."
С тех пор Бо никогда не судил о человеке по одной единственной фразе. О человеке вообще нельзя судить по тому, что он говорит, или написал... Например, по этому роману нельзя судить о его авторе.
Одинокий Бо сидит на кровати и вспоминает свои неудачи.
Первый отпор в сарае,
Первая измена,
Первая полная измена.
Одинокий Бо вспоминает, как эстонская девушка вышла замуж за своего эстонца, вернувшегося из армии,
Унизительное уклонение одной женщины от его
ухаживаний,
Изнурительное выяснение отношений с другой
женщиной,
Бесконечное,
Бессмысленное и Безотрадное.
И как ему подставляли счастливый после бессонной ночи профиль и голос в трубке.
Пи-здец, Бо, пиз-дец, как обожала приговаривать Силь-Бухра.
XXIII
ГПП, Слайк и Пилька Грегуар, Парников и Серж
сибирцы. уральцы.
Слайк бегал голым по Грегуар прыгал на одной ноге как
коридору под кенгуру.
вскрикиванья
Силь-Бухры.
Пилька даже стирает Парников даже телевизор смотрит
жизнерадостно. затраханно.
Сибирцы делают доклады Уральцы делают доклады на
на конференциях. конференциях.
Сибирцы вечно Доклады уральцев как правило
левачествуют. консервативноваты.
Вопреки некоторой Уральцы вообще более почвенны и
странственности домоседливы.
сибирцев.
И сибирцы женятся, и у А уральцы обзаводятся семьями и
них родятся дети, но уныло плодятся. У Парникова две
если уральцев как бы дочки, у Сержа два сына. Один
подбирают под себя Кенгуар бесплодно прыгает на одной
семейные начала, то для ноге.
сибирцев детские
пеленки чем не знамя
сексуальной ре-волюции?
А А уральцам жены нужны. Ведь когда
они будут делать доклады на
сибирцам конференциях, то всегда под рукой
утешение, что дома их ждут жены,
женщины дети. В научных кругах уральцы
слывут измученными семейным бытом,
нужны а в кругу семьи всегда можно