Ролевой синдром
Шрифт:
– Бывает. Я и сам в первую ночь не знал, как реагировать. Шел в такой прострации, что припер окровавленную кувалду домой.
После упоминания окровавленной кувалды, Олег попытался незаметно отсесть подальше. А лучше встать, и начать двигаться к выходу.
– Это была кровь монстра, ты не подумай.
– сомнительная отговорка, знаю.
– Уже подумал.
– *нервный глоток* - А твоя сестра в курсе... чем ты занимаешься по ночам?
– Нет. Я стараюсь не втягивать ее, это слишком опасно. У нее и без меня проблем хватает.
Может не
Нет, иногда воображение нужно держать в ежовых рукавицах.
– А меня значит, можно?
– неуверенно спросил Олег.
– Так. Во-первых, ты здоровый (ну, относительно) бородатый мужик, а она хрупкая девушка.
– Ладно, принимается.
– пожал плечами он.
Впрочем, Вике это не помешало начистить рыла целым двум потусторонним тварям.
– Во-вторых, ты веришь во всякую муть, и тебя гораздо легче убедить. А в третьих, - ткнул его кулаком в плечо, - Из-за тебя я влез в драку, искупался в море и просидел полночи в обезьяннике.
– Так я же, вроде, проставился.
– на лице Олега отразилась искреннее удивление.
– Нет, нет, нет. Тогда, я пережил невероятный стресс. Играть со мной в ночной дозор по выходным - меньшее, что ты можешь сделать.
Похоже, мы были близки к переломному моменту в переговорах. Олег явно нервничал, но при этом, это глаза светились без всяких приложений.
– Артур, последние полчаса ты несешь феерический бред.
– сказал он.
– Две недели назад, ты целый день доказывал мне, что в 1812 году была секретная ядерная война.
– И это все равно звучит более правдоподобно, чем пришельцы из другого измерения, чья технология подозрительно похожа на плохонький клон Варкрафта.
– Да блин, пацан!
– я вытащил из кармана договор Амаравати, и сунул Олегу в руку.
– Что это?
– Твой пропуск в советскую космонавтику. И последний шанс. Либо ты идешь со мной, либо мы забываем об этом разговоре. Причем ты, буквально.
– сказал я, намекая, что могу использовать свой дар, чтобы стереть ему память. Сделать такое я могу лишь хорошо врезав по тыкве, но он-то об этом не знает.
Олег нерешительно разглядывал камушек с застывшими капельками крови, а затем резко сжал его в руке. Ничего не произошло. Парень скептически посмотрел на меня, и спустя секунду завопил в точности как тот мужик, который на спор сел голым задом на плиту.
Лучи яркого света вырвались из его глаз и ушей. Олег забился в конвульсиях и повалился на пол, дергаясь как бешеный конь.
Вот когда у нас будут воровать со склада кафель, тоже никто не придет. Если бы на участке, за который я отвечал, раздался такой вопль, я бы мгновенно оказался на месте, размахивая фонарем. Но ни одного охранника так и не появилось. Где-то вдалеке залаяла собака,
Спустя какое-то время, он устал изображать голубя, попавшего в силки, и затих. Олег валялся на полу раскинув руки, смотрел в потолок и выпускал изо рта колечки светящегося дыма. Ну, хоть дышит. Я уже начинал волноваться.
– Чего-то ему не очень...
– сказал я, водя рукой перед глазами нового напарника. Олег не реагировал.
– Да что ему сделается, лосю здоровому?
– ворчал внутренний голос.
– Хотя, в таком возрасте... Может немного штормить. Дети переносят внедрение интерфейса гораздо проще и быстрее.
Что есть, то есть. Я вообще не заметил, что мне что-то внедрили, пока не начал видеть всякое. Моему другу явно нужно было время, чтобы прийти в себя.
– Так я и думал.
– сказал я.
– С самого начала, все это было осложнениями от ветрянки. И много детей вы так эксплуатируете?
Дурак многозначительно фыркнул. Я так понимаю, мне сильно повезло не встретить ни одного монстра за все двадцать лет болезни.
– Из детей выходят плохие агенты, Артур. У них стоит ограничение на получение опыта. До десяти лет всего один процент, до совершеннолетия - двадцать пять. Наши руководители, конечно, бесконечно далеки от народа, но они ведь не изуверы.
Ну да. Ведь то, что они делают, это так гуманно. С кого бы содрать компенсацию за моральный ущерб?
Олег сел так резко, что чуть не врезался в меня лбом. Беспорядочно моргая, он потер лицо руками. Подергал себя за уши. Почавкал. А потом глянул на меня и вскрикнул.
– Эт че такое?
– спросил он, тыкая дрожащим пальцем в сторону моей головы. Судя по всему, договор наградил Олега тем же количеством опыта, что было у меня на момент его заключения. Наши уровни равны, а это значит.... Минуточку!
– Ты видишь эту хрень?
– спросил я. А как же, ну, Луна? Бонус? Вот тебе и скрытность.
– У тебя над головой, как бы, светящаяся полоса.
– пробормотал Олег.
– Это, друг мой, плашки с именами.
– я протянул ему руку и помог подняться.
– Привыкай, теперь они будут у каждого встречного.
– Твою ж через коромысло...
– Не говори. Это ты еще системные сообщения не читал.
Олег едва не упал обратно. Вытянул руки вперед и пробормотал.
– Это мне так плохо, или мы едем по сельской дороге?
– битву с эскадрильей невидимых вертолетов он проигрывал. Пришлось ловить.
– Тише, тише. Тебе лучше присесть. Сейчас должно стать легче.
– рано или поздно, его отпустит.
– Охренеть!
– бормотал Олег.
– Это все правда! Охренеть! Сила... Энергия... А это что? Магазин! Ну елы...
Мой новый напарник шевелил глазами, пытаясь читать все то, что вывалила на него система. В первый раз и для меня все это было дико непривычно. А я ведь жил с табличками почти всю жизнь. Даже представить не могу, о чем он сейчас думает. Да я и в принципе не всегда понимаю, о чем Олег думает, а тут...