Ролевой синдром
Шрифт:
Знаете, я человек не особо впечатлительный. Даже происходящие события вызывают у меня в лучшем случае тревогу или интерес. Но вот тут мне стало как-то не по себе.
Был такой рассказ, про людей пытавшихся выжить, пока город накрывает бесконечный снегопад. Надо ли говорить, что выживали они очень недолго. Весь населенный пункт превратился в безмолвную, занесенную снегом могилу. После этого рассказа, я с каким то неясным волнением смотрел на падающие снежинки.
Так и здесь. Я увидел перед собой чудовищных размеров кладбище, только на этот раз наяву. Дома с
Зато, здесь были куклы. Они бродили среди руин, сидели на углах построек, как горгульи. Нас они не видели. Пока что.
– Давай-ка сваливать отсюда.
– я положил Вике руку на плечо. Она молча развернулась и пошла в комнату с порталом.
– Жутко, правда?
– сказал Дурак.
– Надеюсь, здесь нет радиации.
– буркнул я. Хотя, обычные картины последствий ядерной войны выглядели поживее. Даже брошенная Припять начала девяностых по сравнению с этим городом казалась вполне себе милым местечком.
– Надо было покупать приложение с дозиметром. Но, знаешь, не только от радиации такое случается.
– Что вообще произошло?
– А то ты не понял. Игра пришла, что еще? А с ней и куклы. Теперь, этот мир умирает. Смотри внимательно, Артур. Вот результат халатной работы агентов.
– Я чего-то такого и ожидал.
– Не надо ожидать. Надо действовать. Активно предотвращать такую хрень.
– Ты так и не сказал, что они такое.
– Боты, если не усложнять. Они как... как иммунные клетки. Или что-то в этом роде. Когда в мир смертных прорывается слишком много элементов Амаравати, система порождает этих. Они очищают пространство. От местных, от игроков, от всех.
– Но... зачем?
– я задумался.
– Раз это игра, ее кто-то создал. Зачем вообще допускать такую возможность? Здесь же столько народа полегло, кто вообще был не причем.
– Это наша с тобой ответственность, Артур. Паутина растет и поглощает новые пространства. Такова ее природа. Никто этого изменить не может. Но мы можем сделать так, чтобы эта экспансия обошла стороной твой дом. Короче, ты мешок с песком, Артур.
– В смысле?
– На баррикаде от наводнений. Ты не можешь предотвратить потоп, но не дать ему залить твой двор вполне можешь.
– Разве, я не хозяин двора в этой метафоре?
– Нет. Хватит любоваться энтропией. Пошли, пока на звук выстрела не сбежалась вся округа.
Я снова посмотрел на кукол. Они не могли не слышать. Но тем, что сидели на соседней крыше, к примеру, это было совсем не интересно.
– Так, вроде...
– Я не про них. Давай, шевелись.
До меня донесся поток отборного, трехэтажного мата. Вика! Я выскочил в комнату, и едва не налетел на девушку. Она пятилась, пытаясь лучше прицелиться в новую куклу. Враг снова лез из портала. У этой куклы был двенадцатый уровень. Из отверстий на броне торчали черные шипы, а из маски изогнутые бычьи рога.
Пуля попала кукле прямо в нос, но даже не
– Отвлечем эту штуку, потом вернемся к порталу и закроем с той стороны. Давай, только резче!
Отличный план. Что может пойти не так?
И что мне делать? Бежать в соседнюю квартиру, в надежде, что там есть второй выход? На улицу, к друзьям этого осинового пня? Вариантов становилось все меньше. Соображай! Драться с этой штукой вы в принципе не сможете, она тобой за две секунды пол вытрет.
Прежде чем мы выскочили из комнаты, кукла успела выставить вперед ладонь. На кончиках когтей вспыхнули синеватые огоньки.
– Там было написано «Лед». Почему?
– спросила Вика, когда мы выбрались в коридор. Только я раскрыл рот чтобы ответить, из комнаты вырвалось клубящееся облако. Все, чего оно касалось, начало покрываться толстой коркой светящегося льда.
Я так думаю, можно уже не отвечать. Эта волна холода работает ровно так же, как фильмах про внезапную зиму-людоеда, типа «Послезавтра». А значит, от нее можно убежать, если очень захотеть. Мы же очень хотим, правда?
Дверь на лестницу почему-то была закрыта. Казалось бы, в доме где уже брать нечего и стены обвалены, не должно было оставаться запертых дверей. Но вот поди ж ты. Я выбил замок, и мы очень вовремя ушли с пути облака.
– Ну да, еще все подряд пользуются магией.
– Естественно.
– язвительно сказала Вика.
– Иначе и быть не могло. И ты?
– Я нет. Не вышел из меня городской чародей. Валим!
Кукла уже неслась к выходу, звонко цокая острыми частями.
Бежать по лестнице было неудобно. Даже прочные на вид части могли обвалиться в любой момент. Поэтому, мы скакали со ступеньки на ступеньку, аки горные козлики.
Я посмотрел наверх. Кукла зависла на перилах, уцепилась ногами за потолок. Рогатая морда была направлена прямо на нас, а светящиеся огоньки быстро объединялись в рунный узор.
– Именной прием!
– крикнул Дурак.
– Быстро в сторону!
Но уходить было особо некуда. Я прижал Вику к стене, и на всякий случай закрылся щитом. Хотя, это бесполезное мероприятие. От магии щит нас все равно не спасет, но зато я могу стать самым красивым и пафосным снеговиком по эту сторону Иртыша.
Облако сгустилось, превратившись в столб голубого света. Слишком узкий, чтобы достать нас в углу. Но ситуация осложнялась тем, что от этого потока энергии, слой льда начал нарастать прямо у нас под ногами. Полуразрушенная лестница - последнее место, где стоит поскальзываться.
Закрываясь от вихря острых льдинок, окружавших поток, я дотянулся до дверного проема. Вика проскочила у меня под рукой и укрылась внутри. Я последовал за ней. После такого мощного выхлопа, кукла должна была хоть пару секунд повисеть неподвижно.