Ролевик: Орк

Лифантьева Евгения

«А ведь он сейчас абсолютно искренен, – подумал я. – Не играет, не позирует. Видимо, какие-то события действительно развиваются куда-то не туда».

А вслух сказал:

– Конечно, от любого можно ждать какого угодно выверта. Но меня-то ты давно знаешь! Ладно, рассказывай, в чем проблема! А по поводу моего «хочу» – давай так договоримся. Ты выполнишь два моих желания. Одно – для «сейчас». Второе – для «вообще».

Арагон кивнул:

– По поводу «сейчас» я даже знаю, что ты хочешь…

Он щелкнул пальцами, и между нами возник накрытый

стол. Точнее, невысокий столик, вроде тех, что бывают в чайханах – за ним удобно сидеть на ковре, сложив по-турецки ноги, или, как мы сейчас, на плоских камнях. Правда, сервирован он был по-европейски: крахмальная скатерть с вышивкой, тонкий фарфор, искристый хрусталь, темные запыленные бутылки, салатницы с чем-то, похожим на цветочные клумбы, тарелки с нарезанными хлебом, мясом и фруктами. Арагон приподнял крышку супницы, принюхался:

– Рекомендую: из той ресторации на Невском, куда ходил любить Пушкин. Тогда в моду стала входить русская кухня.

– Опять временные парадоксы?

– А как же без них, – Арагон запустил в супницу половник и, мечтательно улыбаясь, налил в тарелку что-то бордовое и ароматное. Я последовал его примеру.

– Да ты сметанки клади, не стесняйся! – бог показал на соусник со сметаной.

Ответить я ему не смог, пока не проглотил содержимое тарелки. Если полдня машешь саблей, до этого шляешься по подземельям, на завтрак была лишь горсть каши, а тут добрался до вкусной еды, то как-то не до разговоров. Но поблагодарить бога было нужно. Поэтому, накладывая добавку, я поддержал разговор:

– Я не стесняюсь, я удивляюсь: неужели в пушкинские времена в высшем свете не брезговали борщом? У меня такое ощущение было, что тогда больше французам предпочтение отдавали.

– Кто как. Были и русские рестораны, – со знанием дела отозвался Арагон.

И я снова поверил ему. Наверное, в пушкинские времена этот бог удачи был очень уважаем…

– И все же – давай о деле, – продолжил Арагон, когда выхлебал добавку и уже не торопясь, без жадности, соорудил себе бутерброд. – Наливай вина и поговорим.

Вино оказалось отличным. Впрочем, каким еще могло оно быть в дорогом ресторане в те времена, когда никто еще представления не имел об ароматизаторах, идентичных натуральным.

– Ты не ошибся. У меня для тебя есть еще работа, – со значением сказал бог. – Причем – по твоей основной специальности. Конечно, там нужен воин, а не целитель. Лечить пока никого не нужно. Но есть шанс, что ты, психиатр, сумеешь договориться с одним забавным существом.

– Это какой-то псих? – сообразил я. – Тогда бы мне неплохо бы запастись чем-нибудь попроще из лекарств. Хотя бы аминазинчиком… Вколоть ему, а потом можно и душеспасительные разговоры вести.

– Ишь чего захотел! – расхохотался Арагон. – Ты вообще знаешь, о ком речь? О боге. Правда, он действительно не очень-то нормальный…

– А в чем это проявляется? На коллег кидается?

– Ну, это-то как раз нормально, – продолжал веселиться Арагон. – Наоборот, Лофт непонятно чего хотел. Все боги

конкурируют между собой за источники энергии…

– И ты – тоже? – перебил его я.

– Ну, мне особо конкурировать не с кем…

Арагон отвел глаза, и я понял, что он соврал.

– Моя сила – игра вероятностей, переплетение случайностей и закономерностей. Пока существуют правила, существуют и исключения, которые, если разобраться, – проявление других, более общих правил. Впрочем, это сейчас не важно. Я о Лофте. Он был странным. Не пытался утвердить свое владычество в какой-то отдельной сфере или в веере миров… И при этом нашел способ получать энергию из… ниоткуда. Не из того, что создано, не из Хаоса… Вообще – ниоткуда. Причем столько энергии, что хватило бы разрушить не один веер, а десятки.

– Ясно, – я задумался, прикидывая, к чему клонит Арагон. – Странный, хочет непонятного, неизвестно откуда получает силу… Забавно: у вас, богов, все как у людей.

– Это у вас, людей, все по образу и подобию божьему.

Арагон, ухмыльнулся, допил вино из бокала и снова налил. И обо мне позаботился:

– Еще будешь?

– Погоди! – задача меня заинтересовала. – Ты говоришь, что этот… как его… Лох… нет, Лофт… Он был странным? В смысле – его сейчас нет?

– Не то, чтобы есть, и не то, чтобы нет, – в своей обычной обтекаемой манере ответил Арагон. – Он существует, но лишен возможности что-то делать. Он заточен в одном месте…

– И кто его так? Если у него есть не подконтрольный никому из остальных богов источник энергии, то как его умудрились запереть в тюрьму?

– Если честно – не знаю, – с сожалением сказал Арагон. – Когда боги объединились против Лофта, я еще не существовал. Знаешь ли, мы, боги, тоже иногда рождаемся. И даже, бывает, гибнем…

– А что требуется от меня? Вытащить этого парня из тюрьмы и проконтролировать, чтобы он сразу же после освобождения не натворил чего-нибудь? Думаешь, я справлюсь? Я же не бог.

– В том-то и дело. Для богов по многим причинам это задача не решаемая. Ну, хотя бы потому, что Лофт может быть очень зол на нас и постарается отомстить всем, до кого доберется. А добраться он сможет до многих. А люди с Земли не сделали ему ничего плохого.

– Ясно, – повторил я. – То есть мое дело – отговорить его от идеи мести, если у него такая возникнет? Хорошо, попробую. А вот как его из тюрьмы вытаскивать? Подозреваю, там такая охрана, на которую методы психоанализа вряд ли подействуют.

– Тут ты прав. Через охрану пробиться сложно. А кто говорил, что будет легко? Но, кажется, ты не из тех, кто ищет легких путей?

Арагон снова почувствовал себя уверенно и принялся меня подначивать.

– Вот за это ты и выполнишь мое второе желание, – я решил не дать ему меня заговорить и вернулся к тому, с чего мы начали. – Я хочу иметь возможность в любой момент, когда захочу, вернуться домой, на Землю. Причем – в тот момент времени, который сам назначу. И уходить с Земли, когда захочу и куда захочу.